ВНИМАНИЕ!

ВНИМАНИЕ!

Текст предназначен только для предварительного и ознакомительного чтения.

Любая публикация данного материала без ссылки на группу и указания переводчика строго запрещена.

Любое коммерческое и иное использование материала кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей.

Элли Грейс

«Исцеление»

Оригинальное название : Break Away by Ellie Grace

Элли Грейс — «Исцеление» (серия «Исцеление» книга №1)

Переводчик: Мар'яна Г.

Редактор: Марина К.

Вычитка: Екатерина И.

Оформление: Екатерина З.

Обложка: Александра В.

Перевод группы: vk.com/lovelit

Аннотация

Когда Оливия Мейсон застает своего жениха за изменой, ее жизнь переворачивается с ног на голову. Без семьи и места, которое могла бы назвать домом, Оливия отправляется на юг, чтобы начать новую жизнь в Чарлстоне, Южная Каролина. Девушка решительно настроена добиться собственной независимости и защитить сердце. И последнее, что ей нужно, так это сексуальный, покрытый татуировками парень, который случайно появляется у нее на пути и испытывает на прочность ее решимость. Как только Оливия начинает приводить свою жизнь в порядок, она раскрывает часть своего прошлого, которая все меняет.

У Декса Портера свои демоны. Бывшего морпеха преследует прошлое и он использует виски, женщин и драки, чтобы заглушить боль и вину, которые съедают его. Когда в город приезжает Оливия, парень осознает, что увлечен ею и удивлен желанием лучше ее узнать. Девушка абсолютно отличается от всех, кого Декс встречал раньше, но он знает, что не может стать ближе к ней, не открыв свое темное прошлое.

Между Оливией и Дексом завязывается дружба. Они сопротивляются влечению и помогают друг другу залечить душевные раны, их стены начинают рушиться. Однако прошлое всегда где-то поблизости и скоро они узнают, что как бы быстро они не убегали, прошлое всегда их догонит.

Пролог

Оливия

Впервые с тех пор, как появилась в офисе, я подняла взгляд от кучи отчетов и электронных таблиц, которыми завалены мой стол и время. Уже почти полдень и, несмотря на тот факт, что мой утренний кофе и булочка остались почти нетронутыми, наступило время для перерыва на обед.

Меня всегда удивляло то, как быстро пролетает время за выполнением черной канцелярской работы, на которую я согласилась в Нью-Йоркской инвестиционной компании. Официально я работала на должности ассистента аналитика, на самом же деле это придуманный термин для человека, который весь день носится с бумагами и заботится о нудных обязанностях, для выполнения которых большие шишки были слишком важными или слишком занятыми. Не уверена, что я изначально планировала делать со своей бизнес-степенью, но быть прославленным секретарем точно не входило в мои планы.

Я работала в компании «Чемберс Интернешнл» уже почти год, с окончания Нью-Йоркского университета. Я не была слишком заинтересована в инвестиционном банкинге, но мой жених, Стивен, был старшим аналитиком в компании, а его отец оказался главным директором. О, а его прадедушка был основателем этой компании. Нужно ли говорить, что все планы Стивена на жизнь были связаны с той работой и постепенно претворялись в жизнь, так что когда он высказал свое мнение о том, насколько было бы круто работать вместе, я, в конце концов, согласилась. В итоге, через несколько дней он сделал мне предложение и оставил задаваться вопросом: его так мотивировала любовь ко мне или факт, что я наконец-то вплела себя в сложную паутину его жизни.

Само собой, офис Стивена располагался наверху, вместе с остальными шишками и руководителями, так что мы в действительности вместе не работали или не встречались нигде, кроме как на редких обедах, когда позволял его график. Не то, чтобы я возражала. Я работала в его компании, не потому что хотела каких-то подачек или особого отношения. Правда в том, что я пошла на эту работу потому, что это было удобно, и я не знала, что ещё делать.

Я, обычно ела свой обед одна, в кафетерии для сотрудников, но сегодня решила позвонить в офис Стивена и узнать, не сможет ли он ко мне присоединиться. Его секретарь ответила, как всегда, радостным голосом после первого гудка.

– Здравствуйте, офис Стивена Чемберса. Чем могу вам помочь?

– Привет, Лин, это Оливия, – сказала я. – Стивен случайно не свободен?

– Нет, милая, боюсь, что нет. Он уехал домой на весь день... сказал, что не очень хорошо себя чувствует и подозревает, что подцепил грипп.

– О, нет проблем. Спасибо, Лин, – я отключилась. Странно; он не упоминал, что заболел и, обычно, его ничем нельзя выкурить из офиса. Я надеялась, что ничего слишком серьезного.

Спустилась на первый этаж, но вместо кафетерия я решила поехать на нашу квартиру, чтобы проверить Стивена, по пути остановившись у бистро и купив его любимого куриного супа с лапшой. Он всегда делал замечания по поводу того, какой «холодной» и «отчужденной» я была, даже если парень утверждал, что только шутил, меня настоятельно призывали делать что-то милое и доказывающее, что он ошибался.

Поприветствовав консьержа нашего здания, я зашла в лифт и поднялась на пятый этаж в нашу квартиру. Стивен переехал в этот эксклюзивный жилой комплекс, когда его приняли в компанию на полный рабочий день. На тот момент, он все ещё был студентом в Нью-Йоркском университете и не хотел переезжать из уютной квартиры на кампусе, в которой я жила со своей соседкой Норой. Однако, после выпускного, когда Нора вернулась домой в Южную Каролину, а Стивен и я обручились, переехать к нему было самым здравым решением.

Для меня все ещё не привычно жить в таком изысканном месте и быть частью роскошного образа жизни Стивена, который он всегда вел. Для меня это был абсолютно новый мир и, возможно, никогда к нему не привыкну. Единственная жизнь, которую я знала – это экономия, чтобы свести концы с концами, квартиры размером с обувную коробку, и я всегда сама зарабатывала себе на хлеб. Мне не нравилось, что Стивен оплачивал мое обучение, но он настаивал на этом. Я же делала все возможное, чтобы отплатить, а именно заботилась о женихе: готовила, убирала квартиру, стирала, гладила ему рубашки, в основном, удовлетворяла его потребности. Казалось, что ему это нравилось.

Я бы предпочла платить аренду.

Тем не менее, я была благодарна Стивену. Он появился в моей жизни и позаботился обо мне, когда никого другого у меня не было. Так что, не имеет значения насколько я ненавижу готовить и убирать, я всегда буду для него это делать.

В первое лето после окончания средней школы и всего месяц моего обучения в Нью-Йоркском университете в автокатастрофе погибла моя мама. Я никогда не знала своего так называемого отца; он ушел, когда мне было три, и мы больше никогда о нем не слышали. Мама была единственным ребенком в семье и потеряла родителей, когда была молодой, так что всей моей семьей была она. Когда я ходила в школу, мы много переезжали. Мама переезжала туда, где могла найти работу и, поскольку мы не задерживались надолго на одном месте, у меня никогда не было настоящих друзей, с которыми мы поддерживали бы отношения. Когда я потеряла маму, я осталась совсем одна.

Такая же опустошенная, как после смерти матери, осенью, как и планировалось, я поступила в университет. В основном, по причине простого факта – мне больше некуда было пойти. Я передвигалась по учебному заведению и посещала занятия, но все было, как в тумане. Я была совершенно безразлична к окружавшей меня действительности. Моя соседка по комнате, Нора, очень помогала, но у нее были свои проблемы. Через несколько недель я встретила Стивена в университетской библиотеке. На тот момент он был выпускником и, в отличие от моей, в его жизни, казалось, все в порядке. Он был решительным и, похоже, всегда знал, что сказать. Внезапно, я перестала быть такой одинокой. Стивен заботился обо мне и был рядом, когда больше никого не было.

Так что я стала той женщиной, которую он хотел видеть.

Вышла из лифта в коридор, который мы делили с ещё одной квартирой. Тихо войдя в квартиру, я сняла каблуки и поставила их рядом с дверью, прежде чем пойти вглубь квартиры. Было тихо, и я предположила, что Стивен либо отдыхал в спальне, либо работал в своем домашнем кабинете. Прежде чем у меня появился шанс проверить, открылась дверь в спальню, и оттуда вышел мой жених с полотенцем, обернутым вокруг бедер, а его всегда идеально уложенные волосы были растрепаны.

– Оливия, что ты здесь делаешь? – сказал он, плотно закрывая за собой дверь. – Разве ты не должна быть на работе? – его черты исказила паника, когда Стивен встал между мной и дверью. Его удивление показалось мне странным, поскольку наша квартира располагалась всего в пятнадцати минутах от офиса. Выглядело так, будто я проехала через весь город, и о быстром возвращении домой не было и речи.

– У меня обеденный перерыв, – пояснила я. – Лин сказала мне, что тебе стало плохо, и ты уехал домой, я хотела проведать тебя. Принесла тебе супа из того кафе в центре, которое ты…

Остановилась на полуслове, когда услышала звук включаемого душа. Но прежде чем я смогла осознать произошедшее, с той стороны двери в спальню прозвучал женский голос.

– Стиви! Чего ты так долго? Тащи сюда свою сексуальную задницу, чтобы я могла ее намылить. Ты плохой, плохой мальчик...

Распахнулась дверь и оттуда выплыла симпатичная брюнетка с полотенцем, едва скрывающим ее наготу. Остановилась на полпути, когда увидела меня, ее веселое выражение лица исказилось в страхе. Стивен все ещё, как статуя, стоял там, все краски схлынули с его лица, а взгляд метался между мной и шлюхой, словно парень отчаянно искал в своей голове какое-то объяснение, не выставляющее его придурком.

– Ну, Стиви... очевидно ты был плохим мальчиком, – выплюнула я, злость кипела во мне. Это серьезно произошло? Он мог бы найти и более оригинальный способ показать себя говнюком и изменником. То есть, да ладно. Вся ситуация выглядела таким... клише. Честно, я не знала, хотела ли я закричать, заплакать или громко рассмеяться. В конце концов, возможно, я действительно была фригидной сучкой.

– Черт, все не так, как выглядит, – произнес Стивен, безуспешно подбирая слова. Он медленно двигался ко мне, как будто я размахивала тут заряженным ружьем и грозилась пристрелить обоих к чертовой матери.

Я издевательски рассмеялась, закатив в отвращении глаза.

– Не будь идиотом, Стивен. Все именно так, как выглядит, – наконец, сдвинувшись с места, где стояла, я ворвалась в спальню и схватила небольшую спортивную сумку из шкафа, беспорядочно запихнув туда несколько вещей, которые мне необходимо было взять с собой. Мой гардероб был полон потрясающей одежды и дорогой обуви, но я не думала брать с собой какой-либо хлам. Стивен купил мне все это для разных вечеринок и мероприятий, которые мы посещали все эти годы, но мне больше не нужно было ничего от него.

– Оливия, прости, – произнес Стивен, медленно подойдя ко мне сзади. – Я был дураком и позволил ей соблазнить меня, но клянусь, это была разовая ошибка и она ничего не значит. В последнее время ты была такой отчужденной, и больше четырех лет спустя ты все ещё не впустила меня. Я был расстроен и разочарован. Но этого больше никогда не повторится. Обещаю, что заглажу свою вину. Пожалуйста, не уходи. Я совершил ошибку. Мы все уладим и будем двигаться дальше.

– Ты серьезно пытаешься обвинить меня в том, что не смог удержать член в штанах? – подбоченившись, спрашиваю я. – Это худшее извинение, которое я когда-либо слышала. Ты – жалкая пародия на мужчину и я не могу поверить, что потратила на тебя четыре года своей жизни. Иди к черту!

В его глазах вспыхнула злость и я знала, что задела за живое. Никогда так не поднимала на него голос, а Стивен был человеком, который всегда получал то, чего хотел. От всех.

– Куда ты пойдешь, Оливия? – ухмыльнулся он. – Если ты забыла, я – все, что у тебя есть!

Я застегнула сумку и встала в паре сантиметров от его лица, посмотрев на Стивена прищуренными глазами.

– Как можно дальше от тебя. Лучше я буду одна, чем с тобой.

Забросив свою жалкую авоську на плечо, я повернулась и вышла из комнаты, пробормотав саркастическое «удачи» женщине, все ещё стоящей с полотенцем в коридоре. Схватила сумочку, оставила обручальное кольцо и телефон (за который платил Стивен) на столике и, не оборачиваясь, вышла за дверь.

Возможно, я всегда была немного замкнутой, но на то была серьезная причина. Мужчины – сволочи! Только посмотрите на моего так называемого папочку. Он утверждал, что любил маму и меня, но при первой же возможности бросил нас. Я никогда не хотела переживать такое расставание и боль, вот почему я выбирала мужчин, совершенно не похожих на отца. Стивен казался безопасным выбором. Я выросла в постоянной нестабильности и переменах, и поклялась себе прожить свою жизнь по-другому. Такая увлеченность Стивеном связана в первую очередь с тем, что он предсказуемый, без заморочек и безопасный. Я думала, что всегда смогу предугадать свое будущее с ним. Оказалось, что я совсем его не знала.

Все ждала, когда меня накроет разрушающая боль, но этого не происходило. Я чувствовала злость, обиду, замешательство и небольшой страх по поводу того, что буду делать дальше, но каким-то образом, я также чувствовала странное облегчение, словно сбросила несколько килограмм.

К сожалению, я не представляла, что мне делать или куда идти. Стивен был прав в одном: у меня действительно больше никого не было.

Глава 1

Оливия

Я уже почти пятнадцать часов за рулем. Когда только села в машину, не знала, куда мне ехать. Но пока я ехала некоторое время в южном направлении, я осознала, что хочу находиться только в одном месте. Последнем месте, которое я когда-либо считала домом.

Чарлстон, Южная Каролина.

Я никогда не жила в Южной Каролине, но мама родом из Чарлстона, и я была там с Норой на каникулах. В том месте было что-то, что сразу же привлекло меня. Я не могла объяснить это. Возможно, там я чувствовала связь с мамой или, может, просто потому, что город очень красивый, но как только я туда приехала, появилось чувство, что мое место именно там. Город утешал и дарил покой, и каким-то образом пребывание там успокаивало меня. С тех пор, как мы с мамой начали часто переезжать, я жила во многих городах – Пенсильвании, Огайо, Мэриленде, Вирджинии, Нью-Йорке, – но там у меня никогда не было такого ощущения.

Покинув квартиру Стивена, я немного побродила по городу, пытаясь решить, что делать дальше. У меня была только сумочка, парочка туалетных принадлежностей и сменная одежда. У меня больше не было даже телефона. В конце концов, я поймала такси до Скарсдейла на севере штата, там жили мы с мамой, пока она не умерла.

Все наши вещи, включая мамину старую «хонду», до сегодняшнего дня находились в складском помещении. Я могла никогда не пережить все это или выбросить некоторые вещи, так что платила за место, пока бы не решила, что с этим делать. В этом помещении было все, связанное с моей старой жизнью. Не хотела перевозить эти вещи к Стивену, это всегда казалось неправильным. Две эти жизни всегда были разделены. Но теперь, когда я оставила свою «новую жизнь» позади, это все, что у меня есть.

Здесь все ещё была моя старая одежда, и хотя она осталась с того времени, как я была подростком, мне придется довольствоваться этим, пока не смогу купить новые вещи. Я начала распаковывать одну из маминых коробок, но это было слишком. Как только я открыла ее, в меня ударил запах маминых духов, разворошив воспоминания, которые обрушились на меня, словно товарный поезд. Поразительно, как запах смог вернуть меня в то время и заставил вспомнить определенные моменты с абсолютной четкостью. Он вернул меня в то время, когда я была маленькой девочкой. Я смотрела, как мама садилась за туалетный столик и собиралась на работу, она наносила немного духом мне на запястье и шею, как умела делать только она. Из-за этого я чувствовала себя такой взрослой.

Найдя то, что искала, я закрыла коробку. Я оставила большинство ее вещей, пока не нашла для них безопасное место, не багажник машины. Единственная мамина вещь, которую я захотела взять с собой – пара ее сережек. Они были прекрасны, сережки-капельки со старинным бриллиантом, которые принадлежали ещё моей прабабушке. Не имеет значения, насколько нам нужны были деньги, мама никогда бы их не продала. Для нее украшение было особенным, и по какой-то причине, я хотела держать их при себе.

Загрузив все вещи в машину и произнеся тихую молитву, чтобы эта куча барахла все ещё была на ходу, я отправилась в путь, готовая начать все с чистого листа.

Определившись с целью, я сразу туда помчалась, лишь пару раз остановилась, чтобы поесть, принять душ и быстро вздремнуть на одной из стоянок. Я также прихватила с собой газету и просматривала объявления в поиске квартиры возле Чарлстона. Знала, что Нора была там и я, вероятно, могла остановиться у нее, но я хотела сделать это без чьей-либо помощи или подачки. Больше никогда не хотела ни от кого зависеть. Я должна была узнать, чего сама стою.

Единственная квартира, которую я могла себе позволить, находилась на Фоли Бич, прямо за Чарлстоном. Набрала номер и договорилась посмотреть на нее завтра утром.

Проехав более шестиста километров по трассе, я уже отчаялась увидеть что-то, кроме шоссе с двусторонним движением, вдоль которого тянутся деревья, рекламы фейерверков и стендов, предлагающих знаменитые плетеные корзины ручной работы. Когда я, наконец, проехала поворот к Чарлстону, я была взволнована и вся на нервах. Вскоре я въехала в город и увидела знакомые мощеные улицы, живые дубы и кирпичные дома с богатой историей. Ранним утром здесь было довольно спокойно, улицы были тихими, пока ещё не забитые машинами и толпами людей. Такое ощущение, что вы попали в другое измерение, гармоничное и очаровательное в своей простоте, сочетание прошлого и настоящего.

Пересекла небольшой мост, соединяющий Фоли Бич и Чарлстон, и нашла адрес, который дала мне по телефону женщина. Это был двухэтажный домик, который располагался на берегу одного из фьордов. На воде находился небольшой док, а в тени дерева висел гамак. Рай.

Когда я выбралась из машины и распрямила усталые конечности, женщина, приблизительно моих лет, спустилась вниз по ступенькам из квартиры на верхнем этаже. Ее коричневые волосы были собраны в растрепанный конский хвост, и на ее руках расположилась маленькая светловолосая девочка.

– Привет! Ты, должно быть, Оливия! – весело поприветствовала она меня. – Я Эми, а это моя дочь, Сэди.

– Рада познакомиться, – сказала я, улыбаясь и пожимая свободную ладонь. – Спасибо, что встретились со мной так быстро.

– Это совсем не проблема! Мы живем в квартире на верхнем этаже, так что мы, в любом случае, здесь. Также ты единственная заинтересовалась нашим объявлением, не будучи жутким мужчиной средних лет, – она засмеялась. – Здесь живем только мы двое, так что я хочу, чтобы внизу тоже жила женщина. Готова посмотреть квартиру?

Квартира была потрясающей. Здесь была спальня, маленькая кухня и столовая, и гостиная со стеклянной дверью, выходящей на задний двор и небольшое патио. Лужайка полого спускалась к берегу фьорда, и оттуда открывался великолепный вид на топи. Все выглядело слишком прекрасным, чтобы быть правдой, и я не поверила, что мне удалось найти такое место. Легко смогла бы представить, как живу здесь.

Мне сразу же понравились Эми и Сэди. Эми была невероятно дружелюбной, спокойной и с ней было легко общаться. Она одна растит четырехлетнюю дочь, так что я сразу невероятно зауважала ее. Я собственными глазами видела, как тяжело быть матерью-одиночкой, но очевидно, что она была отличной мамой. Сэди была милой и очаровательной. Казалось невозможным не улыбаться рядом с ней. Хотя обе квартиры в доме были отдельными, было бы неплохо общаться с Эми и Сэди, и надеюсь, лучше узнать девушек.

Верхний этаж был пустым, так что, слава Богу, я могла въехать прямо сейчас. Я подписала договор об аренде и выписала Эми чек, готовая обустраиваться. Она помогла мне разгрузить несколько сумок, которые я взяла с собой и, предложив как-нибудь зайти на бокал вина, оставила меня распаковываться и привыкать к новому дому.

Декс

Я посмотрел вниз на противника, мне нужно время, чтобы аккуратно его изучить и разработать план нападения. Мы стояли друг напротив друга в кругу, очерченном мелом, на холодном цементном полу в подвале. Нас окружали десятки людей, в последнюю минуту перед началом боя выкрикивающие ставки. Затхлый, с запахом пота воздух звенел от адреналина, но я отбросил все и нацелился на мужика, который попытается выбить все дерьмо из меня, как только прозвучит гонг. У него смертоносное выражение лица, но ему не получится запугать меня. Я уже выиграл этот бой; просто он ещё об этом не знает.

Мои губы изогнулись в улыбке. Скоро парень все поймет.

– Чего улыбаешься, ты, слабак хренов? – провоцировал он. – Ты даже уже не морпех. Ты ни хрена не можешь, Портер. Мне почти жаль, что они поставили меня против такого несчастного инвалида, бывшей морской задницы.

Моя улыбка стала шире. Не мог дождаться, чтобы преподать этому засранцу урок. Морпехи бывшими не бывают. Если стал морпехом, то всегда им будешь. Тот факт, что я признан «непригодным» для действительной службы, ничего не меняет. Меня взбесило то, что такой кусок дерьма не понимает этого. Если бы у меня не было частичной потери слуха на левое ухо, или «акустической травмы», на которую ссылались врачи, я все ещё был бы за рубежом вместе с остальной моей группой. Все во мне хочет быть там, бороться за свою страну бок о бок с ними. Но я застрял здесь, с почестями отправлен в запас и вынужден уйти в отставку, а мне ещё нет тридцати.

Мое тело все ещё гудело от энергии и смертоносной силы морского пехотинца. Мозг все ещё функционировал и разрабатывал стратегии, как у морпеха. Единственный способ притупить чувства – это выбивать дерьмо из других парней, вот почему я участвую в подпольных боях. Это были исключительно военные – кого-то уволили по какой-то причине, кто-то не был на действительной службе – но никогда посторонние. Посторонним доверять нельзя, все было чрезвычайно секретно, потому что если бы здесь поймали какого-то действующего военного, его бы тотчас вышвырнули. Уверен, в разных подразделениях вооруженных сил существовало соперничество, и там болтали много всякого дерьма, но также были и доверительные отношения. Мы все были воинами. Бойцами.

Мы собирались вместе каждые несколько недель и некоторые люди дрались, в то время как остальные просто смотрели и делали ставки. В конце концов, все мы искали одно и то же: способ выпустить пар, чтобы и дальше функционировать в наших «нормальных» жизнях. Никто никогда не получал серьезных травм. Всегда кому-то поручали следить за боем и заботиться о том, чтобы он не вышел из-под контроля. В этих боях было что-то, что отличало их от обычных драк в баре и поднимало на уровень или два выше.

Риз – он был здесь главным и организовывал все бои – отправит массовую рассылку SMS о предстоящем бое и даст знать, когда и где он будет. С военной базой Пэррис-Айленд и крепостью поблизости, здесь никогда не было недостатка в бойцах или зрителях. Места проведения чередовались между разными подвалами, гаражами и складами в этом районе, обычно каждые несколько недель или около того. Риз принимал ставки на победителя, и это было безумие, сколько денег люди готовы выбросить на ветер за один бой. Я участвовал в этом ради денег, и меня точно не задевало то, что я зарабатывал на этом приличные суммы каждый раз, когда выигрывал. А выигрывал я часто.

Описание точно соответствовало дикой действительности, но бои обеспечивали отдушину для тех, кто в этом нуждался, и это проводилось в контролируемой среде, что делало их более безопасными. До того, как я нашел эту группу, гнев практически съедал меня заживо и я завязывал драки с незнакомцами, чтобы выпустить свое отчаянье. Для всех было бы лучше, чтобы моими противниками были добровольцы. Стоит ли говорить, что драка становилась намного лучше, если противник имел такой же уровень подготовки, как я.

А ещё это чертовски бодрит.

Некоторые люди для этого ходят к психологу, некоторые – принимают таблетки, а я занимаюсь этим. Вот моя психотерапия. Моя кратковременная доза свободы. Освобождение было мимолетным, и я был не настолько тупым, чтобы верить, что это лечение, но бои – это все, что у меня было.

Прозвучал гонг, сообщая о начале боя. Я видел, как мой соперник бросился вперед и, не теряя времени, напал на меня со всей силой.

Это была его первая ошибка.

Я никогда не атакую первым. Вместе этого, я рассмотрел и проанализировал своего оппонента. Проверил его технику, нашел слабые стороны. Затем подождал, пока парень устанет и использовал его слабости против него же. Я дрался умно и эффективно, потому что для этого меня тренировали. Позволил противнику думать, что у него было преимущество, а потом вырубил его.

Мой противник упал после нескольких хороших ударов. Несколько ударов по моим ребрам, сильный хук правой по лицу, который рассек мою кожу и начал кровоточить. Парень был сильным, в этом не было сомнения, но он уже выдохся.

Его дыхание стало тяжелее, и тут в игру вступил я, чтобы добить противника. Когда он наступал на меня, намереваясь ударить в другую сторону головы, я нырнул, выведя его из равновесия и заставив немного споткнуться. Прежде чем парень смог полностью восстановить равновесие, я нанес мощный удар в его бок и апперкот в челюсть, из-за которого он упал навзничь. Он нанес вялый удар, от которого я с легкостью увернулся и ответил ему сильным ударом по ребрам.

Драка так же хорошо закончилась, как и началась.

Я выбросил правую руку в жестком хуке, удар пришелся на его щеку и отбросил парня в толпу, прежде чем он упал на пол, не двигаясь. Рефери ударил по полу три раза, объявляя о нокауте, и половина толпы ликовала, пока вторая половина – стонала от досады.

– Вот это бой, ребята! – Риз кричит в громкоговоритель. – Ваш победитель и все ещё непобедимый чемпион, Декс Портер! – он поднял одну мою руку над головой и ударил пачкой денег по второй.

Проще простого.

Глава 2

Оливия

Перевернувшись на своей новой кровати, я проснулась и не могла снова заснуть, хотя было только шесть часов утра. Возможно, это было связано с тем фактом, что прошлой ночью я уснула ещё до захода солнца.

Проведя последние пару дней за рулем, не говоря уже об эмоциональном потрясении, я чувствовала себя истощенной. Мне удалось выгрузить из машины все вещи и распаковать коробки, а также сложить весь небогатый запас одежды в комод и шкаф. Я была более чем признательна, что квартира Эми была прекрасно обставлена, и в ней было все, в чем я нуждалась, включая полотенца и постельное белье, так что мне не нужно было покупать предметы домашнего обихода. Приняв чудесный долгий душ, я сразу же завалилась спать, даже не позаботившись об ужине. В любом случае, у меня не было какой-либо еды.

Теперь мой желудок требовал завтрака... и кофе. Поездка в продуктовый магазин определенно маячила на повестке дня.

Почистив зубы и пробежавшись пальцами по светлым спутанным волосам, я натянула свободную футболку с V-образным вырезом и обрезанные джинсовые шорты, которые я не видела со времен старшей школы. Было прекрасное солнечное утро и, выходя из квартиры, я прихватила с собой камеру, чтобы сделать несколько снимков, пока буду на улице.

Камера была погребена под кучей остального хлама на складе, и я не могла больше оставлять ее там. Мама всегда любила делать фотографии. На протяжении всего моего взросления мама сделала около миллиона моих фотографий, потому что у нее в руках почти всегда была камера. Не одна из тех дешевых цифровых гаджетов, а настоящая пленочная камера, которая требовала больше, чем просто наводить фокус и нажимать кнопку. Когда я достаточно подросла, мама показала мне, как ею пользоваться и научила всему, связанному с освещением, внешним воздействием и всем остальным штукам, от которых зависела удачная фотография. Совсем скоро я начала чувствовать себя за камерой уверенней, и пристрастилась познавать мир через объектив и захват окружающей красоты.

Ради моего восемнадцатилетия мама копила месяцами, чтобы купить мне Nikon FM-10, дорогую пленочную камеру, на которую она однажды положила глаз. Это был лучший подарок, который мне когда-либо дарили и то, что она так тяжело работала, чтобы достать ее для меня, значило очень много. Когда мама через несколько недель умерла, камера была слишком болезненным напоминанием, так что я запаковала ее и оставила на складе.

Я была рада, что взяла ее сюда. Скучала по фотосъемке. Находясь за камерой, вы чувствуете определенный контроль; выбрать, как запечатлеть образ и как он будет воспринят, заставить определенные моменты застыть во времени так, как я хотела их запомнить. Никогда ничего не контролировала в своей жизни, но когда я за камерой, я могла контролировать то, что хотела изобразить. Кроме того, Южная Каролина была слишком красивым местом, чтобы не фотографировать ее.

Я взяла кофе и пончик в кафе, находящееся неподалеку, и поехала на пирс Фоли Бич, чтобы посидеть на тихом пляже и поесть. Было ещё рано, вокруг не было людей и создавалось ощущение, что здесь обитают только тишина и покой, прежде чем в утренний штиль ворвется хаос нового дня.

Плюхнувшись на песчаный пляж, я смотрела, как чайки ныряют вокруг пирса, охотясь за объедками, которые оставили рыбаки. Накатывали маленькие волны и шлифовали берег, брызгая на большие деревянные столбы пирса, а потом исчезали обратно в океане. Пляж до самого горизонта был застроен домами, но в летний период, ещё несколько недель назад, они были пустыми и вакантными. Все здесь было таким мирным. Я приезжала сюда только во время оживленных каникул, но я рада, что смогла узнать городок с другой стороны.

Начала фотографировать, заново знакомясь с камерой и оглядывая окрестности через видоискатель. Заметила движение внизу на пляже и увеличила масштаб, поворачивая регуляторы, чтобы настроить фокус.

Мужчина бежал по пляжу в мою сторону. Он был без рубашки и чем быстрее он приближался, тем тяжелее было отводить взгляд. Его накачанный торс блестел от пота, словно парень бежал уже давно, хотя он не казался усталым. На его животе четко выделялись шесть кубиков, и была отчетливо видна V-образная линия в нижней части живота, которая исчезала в сетчатых шортах и заставляла меня практически истекать слюной при мысли, куда она ведет.

Парень замедлил темп в ста метрах от моего места и остановился, развернувшись лицом к воде. Ничего не могла с собой поделать и отметила его безупречные накачанные мышцы спины, перетекающие, как я думаю, в потрясающую задницу, спрятанную под этими шортами. Тело было покрыто несколькими татуировками: одна из них тянулась через лопатки, другая покрывала его предплечье и ещё одна на бицепсе. Я не могла сказать, что они означают, но черная краска выделялась на фоне его гладкой, слегка загорелой кожи.

Некоторое время он просто стоял там, не двигаясь, и я задалась вопросом, о чем парень думал, смотря на открытый океан. Он казался... потерянным. Я сняла несколько снимков, не в состоянии отказаться от запечатления такого момента.

Внезапно он повернулся, его взгляд через объектив встретился с моим. Я вспыхнула и опустила камеру, смущенная тем, что меня поймали не только за наблюдением, но и за фотографированием парня. Было легко забыть, что я не невидимка, когда брала в руки камеру.

Повернулась и начала фотографировать в другом направлении, пытаясь стереть неловкий момент, но почувствовала, как он подошел ко мне. Взглянув на парня, я могла поклясться, что мое сердце пропустило удар. Я была слишком отвлечена его телом, чтобы обратить внимание на лицо, но когда я увидела его... вау.

У него были каштановые волосы и привлекательные, тонкие черты лица. Крепкую линию челюсти покрывала легкая щетина, а на подбородке была маленькая ямочка. У парня были темные и глубокие глаза, и я не смогла отвести взгляда. Заметила несколько синяков на его ребрах и небольшой порез на брови, явные признаки того, что он недавно дрался. Каким-то образом это сделало его грубым и сексуальным, и немного опасным. Самое главное: парень был невероятно красивым.

А потом... он открыл свой рот.

– Как дела, детка? Видишь то, что тебе нравится? – его губы превратились в самоуверенную ухмылку, когда парень сел рядом со мной.

Я отодвинулась от него, меня сразу же оттолкнуло его высокомерие, и притворилась, что осматриваюсь.

– Нет, я так не думаю.

– Уверена? – он ухмыльнулся. – Потому что ты казалась действительно заинтересованной, не то, чтобы я против. На самом деле, я был бы более счастлив, если бы ты воспроизвела то, о чем мечтала, когда пялилась на меня. По правде говоря, сейчас у меня есть немного времени...

– Фу, – я поднялась и отряхнулась от песка. – Кое-кто немного самоуверен, ты так не думаешь?

– Так значит, нет?

– Черт, нет.

Он ухмыльнулся, во взгляде парня плясало веселье.

– Как угодно, милая. Я рядом, если ты изменишь свое мнение.

– Не волнуйся, милый... не изменю, – я услышала, как он рассмеялся, когда уходила, но я не обернулась. Что за типичный козел. Он был достаточно привлекательным, чтобы без каких-либо усилий заполучать девушек, соответственно, никогда не заботился о личных качествах или не трудился вести себя, как нормальный человек.

Агх, я ненавидела таких парней. Они думали, что были подарком Бога для женщин, и мы могли считать себя счастливицами, получив шанс побыть рядом с ними. Нет, спасибо.

Это было отличным напоминанием, почему я избегала мужчин.

Декс

Я включил душ, наслаждаясь потоком холодной воды на своей разгоряченной коже, прежде чем она окончательно нагрелась. Этим утром я бегал дальше, чем обычно, пытаясь снять напряжение, сковывающее мое тело. Как правило, эндорфины помогали. Не так, как бои, но они были на втором месте. Однако сегодня не прокатило.

Мои утренние пробежки были единственным занятием, где я чувствовал покой. Там было тихо и не приходилось общаться с людьми... по крайней мере, не часто. Хотя сегодня было по-другому, и моя неожиданная встреча с девушкой возле пирса, была пока лучшим событием за весь день. Я даже не узнал ее имени, но ловил себя на мыслях о ней всю дорогу домой.

Вне сомнения, она была привлекательной. На самом деле, она была чертовски сексуальной. Но, в действительности, мое внимание привлекло ее дерзкое «я ненавижу мужчин» поведение. Уверен, она была увлечена мной, и если большинство женщин не могли отказать мне, когда я включал свой шарм, то та девушка определенно отказала.

Так, какого черта я все ещё думал о ней? Когда телка отшивала меня – что, честно говоря, происходило не часто – она была тотчас же забыта, а я был с другой. Однако мои мысли все время возвращались к девушке с пляжа. Ее длинные светлые волосы... потрясающие голубые глаза... полные губы... длинные ноги... идеальные изгибы...

От мысли о ней мой член сразу же встал, напоминая мне о ещё одном способе снятия напряжения. Я опустил руку, обхватив твердую длину и медленно проводя рукой вверх и вниз. Думал об этих пухлых губах на моем члене, двигая рукой все быстрее и представляя, как она опустилась на колени, взяла меня в свой жаркий ротик, жестко сосала и глубоко заглатывала мой член. И все это время незнакомка не отводила от меня своих больших голубых глаз. Быстрее задвигал рукой и через минуту я кончил. Сильно.

Я встал под струи воды и откинулся на кафельную стену, ловля ртом воздух и успокаиваясь. Не мог вспомнить, когда последний раз меня отшивала совершенно незнакомая девушка и уж точно не вспомню, когда кто-то производил на меня такое впечатление.

Мне действительно нужно трахнуться.

Позже этим утром я пришел в маленькую автомастерскую, где работал механиком. Это не то, что я планировал делать со своей жизнью на этом этапе, но мне нравилось работать с машинами. Было в этом что-то лечебное, что помогало мне успокоиться и спасало от собственных мыслей. Машины были простыми и без затей. Если что-то было не так, проблема могла быть выявлена и исправлена. Не имеет значения, насколько сложной или запутанной она была, сломанные детали можно было починить или заменить, и машина снова работала. Как новая.

Если бы жизнь была такой простой.

Владельцем мастерской был мой приятель, Нэйт, которого я знал ещё со средней школы. Он унаследовал бизнес от своего отца и большую часть своего времени посвящал работе с машинами. Я всю свою жизнь посвятил морской пехоте, но когда меня отправили в отставку, а мне больше нечего было делать, Нэйт дал мне работу.

Все ещё было раннее утро, но когда я вошел в гараж, он уже валялся под старым «Фордом Мустангом». Это был его любимый проект, с которым друг постоянно возился.

– Привет, друг, – поприветствовал я его. – Ты когда-нибудь спишь?

– Я избегаю идти домой, – сказал он, выкатившись из-под машины и вытерев тряпкой сальные руки. – Я порвал с той девчонкой, Келли, и теперь она не оставляет меня в покое.

– Ты что, боишься девчонки? Скажи ей, чтобы убиралась.

– Она немного... непредсказуемая. Думаю, я дам ей некоторое время остыть.

– Ты имеешь в виду, что она больная, – исправил я друга. – Удивлен, что встречался с ней так долго. Хотя... безумные девушки, как правило, довольно дикие в кровати, так что я понимаю тебя.

– Ты такой кобель, – сказал Нэйт, покачав головой. – Мы с Келли не подходим друг другу и точка. Я пытался найти то, чего не было.

В то время как я предпочитал простые, неосложненные обязательствами отношения, Нэйт был тем типом парней, которые просто хотели остепениться.

– Какая разница. Я просто рад, что ты снова свободен, – сказал я. – Я больше месяца назад застрял без своего напарника, пока тот «переживал» новые отношения. Это серьезно подпортило мою игру. На прошлых выходных горячая цыпочка была уже у меня на крючке, все было готово, но она бы не ушла из бара без своей чертовой подруги.

– Так что, ты ушел домой один?

– Черт, нет. Я увез домой их обоих, – я нехорошо ухмыльнулся. – Как оказалось, это была потрясающая ночь, реально, ты многое упускаешь.

Нэйт рассмеялся.

– Вот бедняжка... и я должен чувствовать себя виноватым перед тобой, почему?

– Чувак, нелегко обрабатывать двух девушек одновременно. В два раза больше мест для изучения! Посчитай... это куча работы. У меня только две руки и, хотя мой член невероятно дееспособен, он у меня только один.

– Ага, пока он не отвалится. Учитывая всех тех грязных шлюх, с которыми ты уходишь домой, я удивлен, что он ещё не сдулся и не умер.

– Ты шутишь? – сказал я, надевая свой комбинезон. – Я слишком люблю удовольствие, которое приносит мне мой член, чтобы позволить этому произойти. Я всегда осторожен. На самом деле, осторожность – это мое второе имя. В этом плане я чист, как стеклышко, не волнуйся.

Нэйт налил себе чашку кофе из пыльной, старой кофемашины, стоящей на рабочем столе.

– Ладно, но я все ещё думаю, что тебе нужно завести девушку. Не одну из тех дурочек, шлюх из бара, которых ты, кажется, так сильно любишь, а милую девушку, с которой тебе будет о чем поговорить.

Мои мысли сразу же вернулись к девушке, что встретил утром.

– Спасибо, но не надо, – сказал я, отбрасывая эти мысли. – Я не создан для моногамии. Зачем быть только с одной женщиной, если ты можешь быть со многими другими женщинами... иногда в одно и то же время? Отношения не приносят ничего, кроме головной боли.

– Ладно, Декс, – он ухмыльнулся. – Но однажды ты подавишься собственными словами.

Он даже не представлял, насколько ошибался. Даже если бы я захотел с кем-то встречаться, а я не хотел, не мог никого представить рядом с собой. Я не был готов настолько сближаться с кем-нибудь, и когда-то узнал, что я не тот человек, на которого можно положиться. То, что я держал женщин на расстоянии вытянутой руки, было как для их, так и для моего блага. После всего, что я сделал, я не достоин кого-то хорошего, и уж точно не достоин быть счастливым. Все, что я бы сделал, так это облажался, как произошло со всем, что я любил.

Лучше вообще ни о чем не волноваться. Пребывать в оцепенении. Конечно, я использовал женщин, но и они меня использовали. Не то, чтобы им было на меня плевать. Они хотели того же, чего хотел я. Прогнать боль. Забыть.

Даже если это было лишь на мгновение.

Глава 3

Оливия

Когда я заехала в продуктовый магазин и запаслась едой, мне осталось сделать только одну вещь. Найти работу.

У меня было немного сбережений, но надолго их не хватит. Заплатив арендную плату за первый месяц и за безопасность квартиры, я потратила почти половину своих денег. Большая часть денег ушла на оплату университета, а он не был дешевым. Я была счастливицей, так как получала стипендию, но она покрывала только часть расходов. Это не было проблемой, когда я встречалась со Стивеном, потому что он всегда настаивал на оплате всех расходов. Мне не нужно было раскошеливаться на аренду, еду и коммунальные услуги, так что я смогла погасить большинство своих долгов, но, к сожалению, у меня осталось немного сбережений.

Я думала, что со стороны Стивена было мило и щедро настаивать на заботе обо мне, но потом осознала, что это был просто ещё один способ заставить меня зависеть от него. Если бы я нуждалась в нем, то не ушла бы. Со Стивеном я всегда была под контролем. Он следил за тем, как я одевалась, как вела себя, даже где я работала. Парню удалось замаскировать это под любовь, но теперь, когда я оцениваю наши отношения со стороны, то я больше никогда не совершу подобную ошибку.

Люди ненадежные. Они всегда подведут, если вы им позволите. Отныне единственный человек, от которого я буду зависеть – это я сама.

Однако первым шагом к независимости являлось устройство на работу, так что я прочесала все открытые объявления. Особого выбора не было, но в этом вопросе я не была привередлива. Я бы делала почти все, пока за это платили.

Несколько первых звонков были провальными, так как места были уже заняты, но, в конце концов, мне повезло с рестораном «Сисайд Бар & Гриль». Он был расположен прямо на Фоли Бич, и они искали официантку и бармена. Я никогда не работала барменом, но поскольку в средней школе я обслуживала столики, они сказали мне прийти на собеседование с менеджером.

Остановилась на маленькой гравийной парковке за рестораном и вошла внутрь. Помещение было оформлено в потрясающем пляжно-деревенском стиле с корягами из моря и досками для серфинга. В центре был большой бар, окруженный столами с креслами, а небольшая площадка была выделена для музыкальных групп. Одна стена была полностью открытой и вела к столикам на террасе, откуда открывался вид на океан. До обеда было ещё далеко, так что ресторан был пуст, не считая нескольких сотрудников, готовящихся к обеденному столпотворению.

– Я могу вам чем-нибудь помочь? – дружелюбная женщина лет тридцати или около того подошла, когда увидела, что я неловко переминаюсь с ноги на ногу у входа.

– Я звонила ранее насчет вакантной должности, – сказала я. – Должна встретиться с менеджером.

– Это я. Меня зовут Сара, – она протянула руку для рукопожатия. – Вы, должно быть, Оливия.

– Да, спасибо большое, что встретились со мной.

– Без проблем. Вы сказали, что у вас есть опыт официантки?

– Я обслуживала столики в закусочной на протяжении четырех лет. Это было давно, но уверена, что я быстро подхвачу.

– О, все вернется. Это как езда на велосипеде, – она улыбнулась. – Итак, мы обслуживаем посетителей во время ланча и обеда, затем убираем все столики, а вечером у нас обычно живая музыка или ди-джей. Вакансия в основном для официантки на ланч и обеденную смену, но мы можем поставить тебя на несколько ночей в неделю за барную стойку. Назначим кого-то, чтобы ввел тебя в курс дела, так как ты никогда не работала барменом, но это довольно просто. Думаешь, справишься?

– Конечно. Звучит здорово, – если это означало, что она приняла меня на работу, то я буду делать все, что она захочет.

– Замечательно. Сейчас ты будешь работать неполный день, но когда начнется сезон и будет полно работы, ты сможешь трудиться столько, сколько захочешь.

– Все в порядке. Я согласна на все, что вы только можете мне предложить, – это было идеально, но параллельно я могла бы найти ещё одну работу на неполный день. – Когда я могу начать?

– Как насчет вечера пятниц? – спросила Сара. – Приди примерно в четыре, и я поставлю тебя в вечернюю смену, чтобы Мелани могла потренировать тебя. А затем, решать тебе: ты можешь остаться и приобрести немного опыта за стойкой, осмотреться и понять, как все здесь работает.

– Отлично. Я приду.

Когда я вышла из «Сисайд», решила поехать в Чарлстон и посмотреть, смогу ли найти ещё одну работу. Я хотела работать как можно больше, чтобы начать копить деньги. Кроме того, как будто у меня был выбор. Если не работать, то я просто буду шататься по дому. Это печально.

Я начала с Маркет-Стрит во французском квартале, рядом с несколькими уличными продавцами, потом поехала на Кинг-Стрит, где размещались все роскошные магазины. Обошла множество шикарных магазинов розничной торговли и даже кинотеатр, но нигде не было свободных мест. Так что я решила закругляться.

Я не хотела ещё ехать домой и предпочла некоторое время прогуляться вдоль берега и рассмотреть город. Посмотрела на Рейнбоу Роу, знаменитые дома пастельных цветов на Ист Бей-Стрит, и Фонтан-ананас в парке Ватерфронт. Затем, купив итальянское мороженое у одного из уличных торговцев, я оказалась у входа в аквариум Южной Каролины в бухте Чарлстона (прим. пер.: Рейнбоу Роу (Rainbow Row) – название группы из тринадцати разноцветных домов с историческим значением в Чарлстоне, Южная Каролина).

Вероятно, я была единственным человеком в возрасте за двадцать, который все ещё любил ходить в аквариум, но ничего не могла с собой поделать. Мне всегда нравилось все, что связано с океаном. Он был огромным, открытым и бесконечным. Меня восхищало то, сколько удивительных созданий спрятано под водой. Это напоминало мне, что намного больше их на поверхности.

Оплатив проход, я начала осмотр с большого океанического аквариума и рассматривала всех рыб, морских черепах и других классных созданий. Было что-то расслабляющее в том, чтобы стоять в темном коридоре под голубым свечением огромного аквариума и смотреть, как все эти рыбы проплывают мимо тебя в бесконечном круге. Подобное зрелище завораживало и всегда успокаивало меня.

Я как раз рассматривала очаровательную морскую черепаху, плавающую вокруг рифа сразу за стеклом, когда услышала за спиной голос.

– Вам нравятся морские черепахи?

Я повернулась и увидела немолодого мужчину, одетого в рубашку поло с логотипом аквариума и табличкой с именем «Френк», что означало, что он здесь работает.

– Да, – я улыбнулась. – Я люблю их.

– Вы когда-нибудь спускались в больницу для черепах? – спросил он.

Я покачала головой.

– Что это?

– У нас одно из лучших помещений на южном побережье. Они болеют, могут пораниться или черепах может выбросить на берег, а мы восстанавливаем их, пока они не выздоравливают достаточно, чтобы вернуться в дикую природу.

– Звучит изумительно.

– Так и есть. Хотите, чтобы я провел для вас экскурсию?

– Было бы здорово, – сказала я, качая головой как нетерпеливая первоклашка. – Уверены, что не против?

– Совершенно, – сказал Френк. – Обычно, мы не открываемся для посетителей по средам, но сейчас тихо, и я не посмею отказать человеку, который разделяет мою любовь к морским черепахам, в возможности увидеть их.

Он провел меня вниз, где располагался поисково-спасательный центр для черепах, болтая со мной по пути. Мужчина рассказал, что работал в аквариуме более десяти лет, и ему это нравилось, хотя совсем не интересовался морской жизнью, пока не начал здесь работать. После увольнения с нервной корпоративной работы Френк искал что-то другое. Его также как и меня привлекло это место. Я рассказала, что только что приехала в город и не представляю, что делать. С мужчиной было легко разговаривать, и я сразу же пришла от него в восторг.

Френк показал мне помещение и представил меня «пациентам» больницы. Это было впечатляющее зрелище, и я не могла поверить, что все это находилось под аквариумом, а я абсолютно ничего не знала.

– Это Эдисто, – сказал Френк, указав на один из резервуаров. – Эту морскую черепаху спасли на пляже Эдисто, оттуда и имя.

– Что с ним случилось? – он потерял один из передних плавников, поэтому ему сложно плавать.

– Он сильно запутался в рыболовной леске. К сожалению, такое часто случается. Эдисто сильно пострадал, а плавник был очень серьезно поврежден, так что пришлось его ампутировать.

– Он поправится? Сможет когда-нибудь плавать в океане? – спросила я, не могла представить себе, как он будет выживать в открытом океане, если сейчас он еле плавает.

– Да, он будет в порядке, – сказал Френк. – Ты будешь удивлена тем, как быстро они способны восстанавливаться и приспосабливаться, конечно, с правильным лечением. Совсем скоро он будет, как новенький плавать по резервуару. Разве не так, Эдди?

Я с облегчением улыбнулась.

– Должно быть, потрясающе работать здесь и быть частью всего этого.

– Знаешь... по утрам им нужен стажер. Платят не много, и рабочий день начинается довольно рано. Это определенно не гламурная работенка – в основном уборка и помощь с экскурсиями – но также частая помощь ветеринарам. Обычно, все места заняты студентами местного колледжа, но в этом году у нас возникла проблема с персоналом. Если ты заинтересована, я могу поговорить с руководителем программы...

– Да! – Практически выкрикнула я, подпрыгнула и обернула руки вокруг удивленного Френка. – Это было бы потрясающе!

Френк засмеялся, обнимая меня в ответ.

– Не слишком радуйся, я ещё не принял тебя на работу.

Но, конечно, все закончилось тем, что он взял меня на работу.

Декс

Сейчас вечер пятницы и Нейт, после двух дней убалтываний, согласился выйти куда-то со мной. Я отчаянно нуждался в передышке, и так как никаких боев не намечалось, мне пришлось довольствоваться выпивкой и сексом. Обычно, это делало свое дело, и теперь, когда напарник прикрывал мой тыл, было намного легче все реализовать.

Мы решили остаться в Фоли Бич, потому что мой дом находился всего лишь в нескольких кварталах отсюда, и нам не нужно было ехать на машине. Было несколько мест, которые я частенько посещал, но в «Сисайд», похоже, была самая лучшая еда и самая нормальная музыка. А ещё, казалось, что там собирались все женщины. Так что, естественно, мы пошли туда.

Хостесс сразу же отвела нас к столику, открыто флиртуя и поправляя волосы. Она была достаточно милой, но пока она здесь работает, я к ней не прикоснусь. Как бы это сказать, я никогда не гажу там, где ем. Это место было одним из моих любимых и последнее, что мне было нужно, так это бывшая девушка на одну ночь, из-за чего возникала неловкость, заставляющая меня больше здесь не появляться. Здесь было достаточно студенток и отдыхающих, приезжающих на выходные, так что я держался подальше от местных.

Наша официантка, Мелани, которую я, будучи постоянным посетителем, довольно хорошо знал, подошла, чтобы принять заказ.

– Привет, Декс, – сказала она, вытаскивая ручку и блокнот. – Дай угадаю, рюмку виски и светлое пиво?

– Угадала, – и мой друг будет то же самое, – ответил я, зная Нейта достаточно хорошо, чтобы понять, что он хотел только пиво, но сегодня мы повеселимся и расслабимся. Даже если я должен был его заставить.

– Хорошо, через минуту я вернусь с выпивкой и приму у вас заказ еды.

– Спасибо, Мел, ты лучшая.

Заказав два бургера, я поднял свою рюмку и заставил Нейта сделать то же самое.

– За окончательное возвращение твоей свободы! – сказал тост, чокнулся с ним своей стопкой и позволил теплой, янтарной жидкости скользить вниз по горлу. Тепло разлилось в животе и согрело меня изнутри, почти сразу же успокоив.

За барной стойкой была новая барменша, и я два раза оглядывался, прежде чем узнал в ней недавнюю красавицу с пляжа. Она стояла ко мне спиной, но я узнал эту потрясающую попку и ее светлые волосы, собранные в конский хвост.

Она развернулась и, когда ее глаза встретились с моими, в них вспыхнуло осознание. На мгновение ее взгляд задержался на мне, прежде чем девушка вернулась к заказу, который принимала. Она казалась немного взволнованной, и я задался вопросом, это из-за меня или она просто перегружена работой. Я никогда раньше не видел здесь эту девушку, так что она, должно быть, новенькая. Часть меня разочаровалась, она жила здесь. Я не хотел нарушать свое правило об отношениях с местными, но также не мог ничего с собой поделать и радовался перспективе регулярно видеть ее.

Пока мы с Нейтом ели, я продолжал смотреть, как девушка передвигалась за барной стойкой и обслуживала клиентов. Время от времени она бросала на меня взгляды, заставляющие ее покраснеть и быстро посмотреть в другую сторону. Она определенно пыталась игнорировать меня, но невольно возвращалась сюда взглядом. Мне нравился тот факт, что она искала меня. Это заставило меня думать, что она тоже наблюдала за мной.

Оплатив счет, мы покинули столик, и пошли к бару. Прибывало все больше людей, и персонал убирал столики в сторону, чтобы очистить комнату для толпы, стоящей перед баром. Нейт ушел в туалет, а я плюхнулся на свободный барный стул, как раз там, где работала блондинка.

– Ну, мы снова встретились, – сказал я, когда ее взгляд остановился на мне.

– Встретились, – тихо сказала она. – Что будете пить?

Очевидно, она не была заинтересована в небольшом разговоре, что не удивительно, учитывая ее надменное отношение ко мне на пляже. Тем не менее, очевидно, что она заметила меня. Все эти робкие взгляды в мою сторону сказали мне, что она была заинтригована, но теперь, когда я сидел перед ней, блондинка вела себя так, словно ничего от меня не хотела. Эта девушка – полная загадка.

– Две рюмки виски Джеймсон, – наконец сказал я.

Она потянулась за рюмками, опрокинув одну, когда ставила их на стойку. Я потянулся, чтобы поднять ее в то же время, что и она, из-за чего наши руки соприкоснулись.

– Спасибо, – смущенно пробормотала она.

– Первый день?

– Да. Я уже была официанткой, но работать барменом для меня в новинку, – ей удалось налить две стопки виски без дальнейших происшествий. – Я все ещё приобретаю навыки.

– Похоже, у тебя хорошо получается, – я подмигнул, позволив себе взглядом пробежаться по ее телу. Девушка закатила глаза и перешла к обслуживанию другого клиента.

К тому времени, когда я готов был заказать ещё выпивку, вернулся Нейт, и к нам добрались несколько девушек. Они приехали в город на девичник и были уже довольно пьяны. Рыжая – кажется, ее звали Бриджет – пользовалась каждой возможностью прикоснуться ко мне или прижаться к моему телу. Вероятно, я мог бы прямо сейчас увести ее домой, но я ещё не был готов уйти.

Приблизился к бару и привлек внимание блондинки.

– Ей, красавица, – сказал я, послав ей самую очаровательную улыбку. – Можешь налить ещё две рюмки, пожалуйста?

– Ты определенно не теряешь времени, – девушка посмотрела на прицепившуюся ко мне рыжую, и мне показалось, что она говорила не о виски.

– Не могу удержать их подальше, – я перегнулся через барную стойку и прошептал ей на ухо. – Но если ты хочешь присоединиться, тебе нужно сказать лишь одно слово, дорогая.

– Придурок, – посмеялась она, толкнув ко мне рюмки.

– Да, я такой, – я не стал с ней спорить. В конце концов, это была правда, но это решение далось мне с трудом. Даже если я знал, что это была правда, прозвучавшие из этих прекрасных губ слова ужалили больше, чем я думал. Бросил на стойку несколько купюр, плюс щедрые чаевые, но она уже ушла обслуживать другого клиента.

Я повернулся к рыжей и с намеком прижал ее к себе.

– Готова уйти отсюда?

– Конечно, – промурлыкала она, проведя пальцем по поясу моих джинс.

– Хорошо, давай поедем к тебе домой. Показывай дорогу.

Мои очки ночного видения освещают пейзаж пустыни мягким зеленым сиянием, а фары «Хамви» бросают нечеткие тени вдоль краев пустынной грунтовой дороги. Мы почти всегда едем ночью, но это Ирак, и мы привыкли к этому. Покров темноты предоставляет тонкую завесу защиты, которой у нас нет под палящим солнцем. Ночной воздух кажется прохладным, несмотря на тот факт, что сейчас почти сорок градусов тепла и от песка после дневной парилки исходит жгучий жар (прим. пер.: Хамви – американский армейский внедорожник, стоящий на вооружении в основном у ВС США, а также вооружённых сил, полицейских и иных служб некоторых других стран).

Запертые в бронемашинах и мокрые от пота, мы молимся о малейшем ветерке, который, как мы знаем, никогда не подует. Мои мышцы напряжены из-за ношения тяжелой брони в течение нескольких дней подряд, но это намного лучше, чем быть уязвимым и незащищенным. Очень часто наше защитное снаряжение – это единственная преграда между жизнью и смертью.

В отдалении вижу небольшую деревеньку, всего в двести метрах от нас, и я стремлюсь добраться туда, потому что у нас наконец-то появилась возможность отдохнуть. «Хамви» несется по пересеченной местности и, когда мы каждый раз наезжаем на камень или выбоину, грохот гранат, пуль и оружия заполняет небольшое пространство. Это умиротворяющий звук, в том смысле... это постоянное заверение в боевой мощи, которой мы вооружены в случае нападения.

Я смотрю через грязное пуленепробиваемое стекло, сканируя местность впереди и с обоих флангов в поисках чего-то необычного. Никто не ездил по этому маршруту в течение нескольких недель, давая повстанцам много времени, чтобы замаскировать придорожные бомбы вдоль дороги. Чем раньше замечу что-то необычное, тем больше у нас будет шансов на спасение.

На таких дорогах возникает жуткое чувство, а ночью, в этих пустынных районах, не всегда впереди увидишь подсказки или знаки опасности. Все, что у тебя есть – это твое чутье, которое говорит тебе, что-то не так. И прямо сейчас мое чутье просто кричит мне, что все плохо.

Не успел остановить автоколонну, когда появилась ослепляющая вспышка, а потом оглушительный звук и наша «Хамви» переворачивается в воздухе.

Я подскочил на кровати, разбуженный собственным грохочущим сердцебиением. Весь в холодном поту, я посмотрел вокруг и понял, что лежу дома на своей кровати, в безопасности. Попытался выровнять дыхание и успокоиться, напоминая себе, где я находился и как сюда попал.

Как только мы с рыжей, ну... закончили... я извинился, сказав, что должен идти, и вернулся домой, где, в конечном итоге, уснул. Я не заводил отношений и не оставался на завтрак. Только быстрый секс и ничего больше.

Обычно, ночь выпивки и секса приводила к спокойному сну, без кошмаров, которые преследовали меня с тех пор, как я вернулся из Ирака. Но по какой-то причине, сегодня они нашли меня.

Это всегда были части или обрывки одного и того же сна. Часть ночи, которой я не мог избежать. Почти всегда, когда засыпал, я должен был пережить это – местность, звуки, запахи – все было таким же реальным, как и ночь, когда все случилось.

Солнце только начало подниматься, но я знал, что уже не смогу заснуть. Когда сердце вернулось к более-менее нормальному ритму, я поднялся с кровати и оделся, чтобы пойти на пробежку.

При свете дня я мог спрятаться от призраков прошлого, но передышка была только временной. Стоило мне заснуть, как они снова настигали меня.

Глава 4

Оливия

Я позволила себе уснуть после долгой ночи в баре. Я обслуживала столики во время вечерней смены, что было не так ужасно, как я думала. Сара была права насчет того, что все возвращается, а Мелани, официантка, которую назначили меня тренировать, была дружелюбной и очень помогала. Через некоторое время, когда она поняла, что я многое уже умею, то поставила меня за барную стойку осваивать ещё одно место работы.

Сначала это было легко. Вечером у бара было мало посетителей, и моя работа состояла в основном в выполнении заказов для официанток; однако, когда столики убрали и «ресторан» превратился в «бар», суеты заметно прибавилось. Мне понадобилось немного времени, чтобы привыкнуть и найти свой ритм, но когда я его нашла, дела пошли плавнее, чем я думала.

В «Сисайд» была удивительная атмосфера, и все были приветливыми и веселыми. Постоянная занятость означала, что ночь пролетала незаметно; и я вернулась домой с неплохой стопкой чаевых. В целом, мне понравилось там работать.

Конечно, работа в баре также подразумевала, что я каждый день должна была разбираться с идиотами и придурками, типа того козла с пляжа. Мелани рассказала мне, что он никогда не уходил из бара один и его девушки никогда не повторялись. Не то, чтобы это стало для меня шоком. На самом деле, это только подтвердило мои предположения насчет него. Мелани также упомянула, что он обычно держался подальше от девушек, которые здесь работали и, что она была в шоке, когда увидела, что его «внимание» направлено на меня. Да какая разница! Я не собиралась анализировать эту ситуацию. Не представляла, какую игру он вел, но я знала, что это была именно игра... и я совершенно не хотела в ней участвовать.

Я встречалась со своей старой соседкой по комнате и подругой, Норой Монтгомери, за обедом, и не могла дождаться, когда, наконец, ее увижу. Конечно, я позвонила ей по дороге на юг, но подруга была автором песен и должна была быть в Нэшвилле, записывать новую песню. Она вернулась только прошлой ночью. У меня не было возможности посвятить ее в последние новости. Я знала, что она стремилась наверстать упущенное и узнать, почему я совершенно неожиданно бросила жениха и свою жизнь в Нью-Йорке, и приехала в город, который посещала всего несколько раз. Нам определенно, нужно было о многом поговорить. Со всеми этими неожиданными изменениями, произошедшими в моей жизни, я была рада хоть одним отношениям, на которые могла положиться.

Нора и ее парень, Джейк, жили в доме ее бабушки в Чарлстоне. В том же доме мы останавливались, когда приезжали сюда во время каникул, и я не могу себе представить лучшего дома. Он располагался в самом центре Бэй-Стрит, и был одним из тех домов с историческим значением, с белыми колоннами и крыльцом, заставленным креслами-качалками. Дом выглядел так, словно сошел со страниц журнала.

Как только я выбралась из машины, Нора пронеслась вниз по ступенькам, за ее спиной развивались волосы, когда девушка бросилась ко мне с объятиями.

– Лив! – радостно выкрикнула она. – Не могу поверить, что ты здесь!

– Ты даже не представляешь, насколько я рада тебя видеть! – сказала я и коротко обняла ее, прежде чем освободиться от объятий и последовать за ней в дом. – Как ты?

Я скучала по этой девушке. Она была действительно самым милым и искренним человеком в мире, таким же прекрасным внутри, как снаружи. Повидаться с ней было огромным облегчением, и я почувствовала, как на глазах выступили слезы. До этого момента я не понимала, насколько отчаялась найти знакомого человека, чтобы поговорить.

– Лучше не бывает, – она улыбнулась. – Но сейчас твоя очередь рассказывать. Какого черта произошло?

Нора повела меня вверх по ступенькам на крыльцо, и мы разместились в креслах-качалках. Я рассказала ей всю историю, от начала до конца, пока девушка пристально внимала мне. Выражение ее лица переполнила злость, когда я добралась до части рассказа, где поймала Стивена с другой женщиной.

– Агх! Я всегда знала, что он был слизняком. Я знала это! – сказала она, когда я закончила. – Он быстро положил на тебя свою лапу, словно знал, что ты слишком хороша для него и должен был убедиться, что ни у кого не будет такой возможности. Потом, он всегда диктовал тебе, что ты должна одевать, и какие предметы должна изучать... Боже, я ненавижу этого парня!

Я не смогла с собой ничего поделать и улыбнулась такой заботе. Я всегда знала, что подруга была не большим фанатом Стивена, но она держала это в себе, потому что я сказала, что была счастлива. Я должна была знать, что такой человек, как Нора, которая никогда плохо не относилась к другому человеку без серьезной на то причины, была права насчет Стивена.

– А знаешь что? – продолжила Нора, – я рада, что ты с ним порвала. Он получит то, чего заслуживает, а ты наконец-то найдешь того, кто тебя достоин и хорошо относится к тебе. Как ни крути, тебе повезло гораздо больше!

– Я знаю, – я кивнула. – Я довольно быстро осознала, что не была по-настоящему счастлива, живя той жизнью и вместе с ним. Хотя я никогда не позволяла себе признать это, потому что ужасно боялась начать все с чистого листа. Но сейчас я здесь... и я реально взволнована началом новой жизни. Могу делать то, что захочу, не заботясь о том, что огорчу или разочарую кого-то. Наконец, моя жизнь принадлежит только мне.

– Я так горжусь тобой, Лив! – сказала подруга, сжав мою ладонь. – Ты самый сильный и самый храбрый человек, которого я когда-либо знала. У меня нет ни малейшего сомнения, что ты будешь в порядке.

– Спасибо, но я вряд ли храбрая, – я резко замолчала, когда заметила слабый блеск на левой руке Норы. – Святое дерьмо! – я схватила ее руку и подняла повыше, чтобы рассмотреть потрясающее бриллиантовое кольцо на безымянном пальце. – Ты позволила мне бесконечно болтать об этом идиоте Стивене Чемберсе и даже не сказала, что помолвлена?

Нора улыбнулась.

– Я собиралась рассказать тебе! Просто ждала подходящего момента...

– Детали, немедленно! – пропищала я, едва сдерживая свой восторг. Я была жутко рада за свою подругу. Никто не был так достоин счастья, как Нора.

Они с Джейком встречались ещё со школы. Отец Норы всегда был против этих отношений и подстроил их расставание, прежде чем Нора уехала в Нью-Йоркский университет. Она переживала разрыв на протяжении всей учебы; никогда не увлекалась кем-то другим и отказывалась приезжать домой, где могла увидеть его. Окончив университет, подруга, в конце концов, вернулась домой, и стало очевидно, что ни один из них не хотел двигаться дальше. Когда раскрылась правда об их расставании, ребята снова сошлись и с тех пор жили счастливо. Когда Нора уладила все со своим папой, она смогла заняться любимым делом, написанием песен. Сейчас она раз в месяц ездила в Нэшвилл, чтобы записывать свои песни, и несколько песен уже забрали разные певцы. Джейк сделал ей предложение на прошлой неделе перед тем, как отправиться в дорогу. Было легко наблюдать за тем, как она счастлива. Я раньше не встречала Джейка, но учитывая все, что о нем рассказывала Нора, уверенна, что он мне понравится.

Сидящая рядом со мной Нора совершенно отличалась от той девушки, с которой я прожила четыре года в университетской общаге. Она всегда была потрясающей, но в глубине ее глаз всегда присутствовал оттенок грусти. Как бы хорошо она его не скрывала, в ее улыбке и смехе ощущалась печаль. А сейчас на нее не было даже малейшего намека. Вся девушка лучилась счастьем, практически светилась.

Когда Нора закончила рассказывать мне все романтические детали предложения, на подъездную дорожку въехал старый грузовик. Машина определенно видела и лучшие дни, и она совершенно не соответствовала элегантной окружающей обстановке. Но по тому, как засветилось лицо Норы, когда она увидела грузовик, я подумала, что заявились представители национальной лотереи с чеком на пять миллионов долларов.

– О, хорошо! Джейк дома, – взволнованно сказала Нора. – Я боялась, что ты не сможешь встретиться с ним!

Джейк с такой же счастливой улыбкой, как у Норы, взбежал по ступенькам. Ни разу не оторвал от нее взгляда. Если бы я не знала точно, то подумала бы, что они не виделись несколько недель, а не часов. Если они были такими милыми, то меня могло стошнить от того, как сильно они влюблены.

– Эй, детка, – сказал Джейк, нагнувшись, чтобы поприветствовать Нору поцелуем. Затем он, улыбаясь, повернулся ко мне и удивил меня объятием вместо рукопожатия. – Ты, должно быть, Оливия, – сказал он. – Нора не прекращала говорить о тебе с тех пор, как узнала, что ты переехала сюда. Рад, что мы наконец-то встретились.

– Я тоже, – я улыбнулась, парень сразу мне понравился. Повернулась к Норе и сказала: – Ну, теперь все понятно... я бы тоже не интересовалась другими парнями в университете, если бы дома меня ждал такой экземпляр!

Они оба рассмеялись, и мы вошли в дом, чтобы пообедать. Впервые за все время пребывания в Чарлстоне, я не чувствовала себя совершенно одинокой.

Когда я вернулась домой, увидела Сэди во дворе, играющую с незнакомым парнем. Они оба сидели на траве, застеленной клетчатым одеялом, устроив пикник. Эми не упоминала о бойфренде, и, похоже, с отцом Сэди они не общались, но я задалась вопросом, может быть, это был он. Как только Сэди увидела меня, она бросилась ко мне.

– Олиия!

Она все ещё не могла полностью выговорить мое имя, и я невольно улыбнулась.

– Как дела, куколка?

– У нас с Ди чаепитие, – она схватила меня за руку и потянула к месту, где они играли. – Будешь играть с нами?

Парень рядом с малышкой, Ди, развернулся, когда мы подошли, моя челюсть упала на траву. Там, держа крошечную розовую чашку в своей огромной руке, сидел тот козел с пляжа. И с бара. Он расплылся в улыбке, когда увидел меня.

– Это мой дядя Ди, – сообщила Сэди, ласково похлопывая его по спине.

Чувак послал мне дерзкую ухмылку.

– Ну, что за неожиданность. Ты, должно быть, новая соседка моей сестры... Оливия, верно?

– Да, – подавилась я, все ещё не понимая. – Итак, Ди... ты – брат Эми?

– На самом деле, мы двойняшки, но я на целых три минуты старше, – шутливо заявил он. – И мое имя Декс. Декс Портер.

– Оливия Мейсон, – я пожала его протянутую ладонь, и пока это был наш самый вежливый разговор.

– Присоединишься к нашему торжественному чаепитию? – спросил Декс, указывая на одеяло и чайный сервиз, который принесли они с Сэди.

– Да! – сказала Сэди, подпрыгивая вверх-вниз.

– Ну, не могу отказаться от такого приглашения, – садясь, улыбнулась я, пока Сэди наливала мне чашечку «чая».

Было что-то в том, чтобы видеть такого крепкого парня, как Декс, играющего в чаепитие со своей маленькой племяшкой, которая растопила мое сердце. Я знала, что, возможно, это была игра, но все ещё задавалась вопросом, может быть в нем есть что-то ещё, помимо грубого осла, с которым я сталкивалась раньше. Тот, что вел себя так мило с Сэди, не мог быть совершенно плохим, верно?

– Приятно знать, что в мире есть хотя бы одна девушка, способная удержать твое внимание, – дразнила я Декса, пока Сэди занималась раздачей несъедобных сэндвичей с огурцами.

– Это потому что она – особенная девушка. Разве я не прав, Сэди? – Декс впервые по-настоящему улыбнулся, и я вернула ему улыбку.

– Прав! – Сэди хихикнула.

Именно тогда, когда вы думаете, что поняли все про человека, он поворачивается и удивляет вас.

Декс

Оливия. Конечно, у нее и имя красивое. Я не мог поверить, что она действительно согласилась поиграть с нами в чаепитие, и был чрезвычайно взволнован этим. Уверен, что девушка так поступила только ради Сэди, но я был рад, что не отвратителен ей настолько, что она не могла находиться рядом со мной. Сделал мысленную пометку купить моей племяннице новую куклу или рожок мороженого в качестве вознаграждения за то, что Оливия осталась.

– Ещё чая? – Сэди задержала свой розовый пластиковый чайник перед Оливией.

– О, да, пожалуйста! – сказала Оливия, протянув свою чашку. – Этот чай просто потрясающий, Сэди. Я так рада, что ты пригласила меня на свою вечеринку.

– Теперь мы друзья, так что ты приходишь на все мои вечеринки! – воскликнула Сэди.

– А что насчет меня, малышка Сэди? – спросил я. – Я тоже приглашен на все твои вечеринки?

– Эмм... да! Только если они не девчачьи, тогда парням запрещено приходить. Даже тебе, Ди.

– Вполне справедливо, – я не отрывал глаз от Оливии, удерживая ее взгляд, пока щеки девушки не покраснели, и она не посмотрела в другую сторону. Мне понравилось, что она покраснела – это было так неожиданно. Она казалась сильной девушкой, с этими своими колкостями и уверенным бескомпромиссным отношением. А в следующую минуту она была почти стеснительной. Также, она реально была милой с Сэди. На самом деле, она вроде обожала малышку. Я души не чаял в своей племяннице и тот, кто заставлял ее улыбаться, как это делала Оливия, автоматически получал мое одобрение. Она не уделяла мне много внимания, но, в какой-то момент, когда я потягивал свой «чай» – что, на самом деле, было всего лишь чашкой свежего воздуха Южной Каролины – я был уверен, что увидел ее улыбку, адресованную мне. Она исчезла почти также быстро, как и появилась, но я был рад, получив подтверждение того, что я не был ей противен.

Я сожалел о том, как относился к ней те два раза, когда мы встречались. Правда в том, что я не знал как ещё общаться с женщинами. Кроме моих мамы, сестры, или Сэди. Всех остальных женщин я держал на расстоянии вытянутой руки, потому что не хотел сближаться с ними или позволять им сближаться со мной. Разве только в физическом смысле, конечно. И это был предел моих отношений с женщинами. Все остальные, кроме семьи или девушек на одну ночь, находились в переходной зоне, которой я не мог управлять.

Теперь, когда я знал, что Оливия была соседкой Эми, все надежды на то, что она попадет в категорию на-одну-ночь, давно исчезли. Были шансы на то, что я буду часто видеть ее, и вместе с ней проводить время, но это означало, что я не буду связан с ней так, как хотел. Я должен был выяснить, как нам стать друзьями и как мне преодолеть свое очевидное влечение к ней. Настало мое время найти нужный путь в переходную зону.

Время от времени я ловил на себе взгляд Оливии. Не мечтательный или восхищенный, казалось, она изучала меня. Пыталась решить головоломку. Я не привык к такому взгляду со стороны женщины. На моей памяти, все женщины смотрели на меня одинаково – словно ждали или хотели от меня чего-то. Их привлекала только моя внешность. Обычно, меня все устраивало, но Оливия... она смотрела так, словно хотела узнать меня, и часть меня тоже этого хотела. Эта мысль испугала меня. Если бы все было по-другому, возможно, у нее и получилось бы. Однако, это не так. И если бы Оливия узнала хоть крупицу того, что скрывала моя внешность, это бы только отпугнуло ее.

Что-то прожужжало в кармане Оливии, она вытащила телефон и посмотрела на него.

– Ой! Уже четыре часа. Мне нужно на работу, – она поднялась и ласково потрепала Сэди по косичкам. – Скоро повторим, ладно?

– Хорошо! – Сэди улыбнулась ей.

– Увидимся позже, ребята, – сказала она и, бросив на меня короткий взгляд, направилась к машине.

Я начал собирать чайный сервиз Сэди и складывать одеяло, когда услышал знакомое нытье мотора, затем последовал рассерженный голос.

– Агх! Тупой кусок металлолома!

Я подошел туда, где Оливия пыталась – неудачно – завести свою машину.

– Что случилось?

– Это доисторическое корыто выбрало именно этот момент, чтобы сдохнуть, – злилась она, продолжая поворачивать ключ и гробить мотор.

– Ну, я механик. Так что, тебе улыбнулась удача, – сказал я, подходя ближе. – Не против, если я взгляну?

– Ради Бога, – сказала Оливия, открывая капот. – Хотя, с моей удачей, она, наверно, не подлежит ремонту.

Я проверил движок и вскоре понял, что проблема была в неисправном замке зажигания.

– Ее легко починить, – заверил я ее. – Эми будет с минуты на минуту и останется с Сэди, как насчет того, чтобы я отвез тебя на работу, потом заскочил в автомастерскую и взял то, что мне понадобиться для починки. Когда ты приедешь домой, она уже будет как новая.

– О, нет, ты не обязан это делать, – сказала она. – Я могу пройтись, до «Сисайд» не далеко.

– И не подумаю отпускать тебя идти пешком. Ну же, я думал, что мы наконец-то стали друзьями. А друзья именно это и делают.

– Хмм... я не знаю насчет друзей. Может, это перебор, – поддразнила она.

– Хорошо, – я рассмеялся, – ну, тогда, как насчет того, чтобы я таким образом искупил вину за свое идиотское поведение ранее? Потом мы даже могли бы созвониться. Клянусь, у меня нет никаких скрытых мотивов, кроме дружбы. Что скажешь?

– Ладно, хорошо, – она боролась с улыбкой. – Спасибо.

Через несколько минут, когда машина Эми въехала на подъездную дорожку, мы с Оливией запрыгнули в мою машину для короткой поездки до «Сисайд». Честно говоря, я мог бы прямо там починить ее машину, но я был эгоистом и хотел несколько минут побыть с ней наедине.

– Хочешь, чтобы я заехал и забрал тебя, когда закончится твоя смена? – предложил ей, когда мы заехали на парковку ресторана.

– Все в порядке, я поеду с одной из наших официанток, – Оливия вышла из машины и посмотрела на меня своими прекрасными глазами. – Но спасибо тебе за помощь, Декс. Я, правда, ценю это.

– Обращайся, – я смотрел, как Оливия пересекает парковку, сосредоточившись на ее легкой походке и плавном покачивании бедер. Наблюдал за ней, пока девушка не скрылась в здании, затем я отвел взгляд и уехал.

В конце концов, я купил несколько запасных вещей, когда остановился у магазина. Мне всего лишь нужен был новый замок зажигания, но некоторые другие детали машины были действительно старыми и изношенными. Так что я подумал заменить их, тем самым предотвратив поездку Оливии позже к механику.

Я не мог вспомнить, когда последний раз хотел помочь женщине, ничего не ожидая взамен. Хорошо, возможно, не ничего. Я хотел узнать ее. Она такая разная – дерзкая, милая, застенчивая, и забавная – я хотел узнать больше. Было в ней что-то такое, что привлекло меня, и я не понимал почему. Мы могли быть только друзьями, тем не менее, я все ещё хотел быть рядом с ней.

Когда я закончил с починкой машины, Эми вышла из квартиры с бутылкой пива в руке. Всю дорогу она ухмылялась, тем самым предупреждая, что будет за что-то отчитывать.

– Немного «запал» на мою новую соседку, Декс? – дразнилась она, протягивая мне пиво.

– Да, именно так... – сказал я, делая большой глоток пива и проглатывая его. – Ты же знаешь, что я не завожу отношений. Я просто пытаюсь быть добрым самаритянином.

– Я бы не обвиняла тебя, если бы ты заинтересовался ею. Она кажется действительно замечательной, и если ты не заметил, она умопомрачительно шикарна.

О, я определенно заметил.

Я пожал плечами.

– Она не похожа на девушку на одну ночь, а это все, для чего я гожусь.

– Это полная чушь, и ты это знаешь, – сказала Эми, посмотрев на меня прищуренными глазами. – Если бы ты только подпустил к себе других людей, Декс. Невозможно не любить тебя, если ты любишь. Тебе не нужно так изолировать себя. Ты заслуживаешь быть счастливым.

Такой разговор у нас состоялся впервые. Моя сестра знала меня лучше многих, тем не менее, знала она не все. Я заслуживал многого, но определенно не счастья.

Глава 5

Оливия

Всю ночь в ресторане было много работы и, прежде чем я опомнилась, моя смена закончилась. Ровно пять часов я почти не поднимала головы и была совершенно истощена. Все, чего я хотела, это принять душ и забраться в кровать. К сожалению, единственной официанткой, которую я отваживалась попросить отвезти меня домой, была Мелани, но так как она допоздна задержалась на работе за барной стойкой, все вело к прогулке домой.

Я могла бы попросить об этом других официанток, но я не проработала здесь ещё и недели и не хотела произвести плохое впечатление или отвлекать кого-то. Я должна была сама о себе позаботиться. Было достаточно того, что я согласилась на предложение Декса починить мне машину. Больше я не нуждалась ни в каких услугах. Кроме того, дорога домой была не долгой и сегодня была прекрасная ночь.

Я уже выходила из ресторана, когда хостес позвала меня, остановив на полпути.

– Подожди, Оливия. Немного раньше приходил Декс, и принес тебе вот это, – сказала она, положив мне на ладонь ключи от моей машины. – Ты действительно была занята, так что он не хотел тебя беспокоить, но попросил убедиться, что ты их получишь.

– Правда? – скептически сказала, проверяя ключи. – Эм, спасибо.

– Без проблем, увидимся позже! – сказала она, возвращаясь за стойку администратора.

Я не совсем понимала, зачем Декс преодолел весь этот путь, чтобы привезти мне ключи, пока не вышла из ресторана и не заметила на парковке свою машину. Он не мог так быстро ее починить... не мог ведь?

Запрыгнув на водительское сидение, я вставила ключ в замок зажигания и осторожно повернула его. Вполне уверена, двигатель вернулся к жизни, так как звук был намного лучше, чем в прошлый раз. В неверии откинулась на спинку сидения. Декс не только вернул с того света мою машину, он ещё и позаботился пригнать ее сюда, чтобы я смогла поехать домой. Я не могла в это поверить.

На приборной панели лежал сложенный вдвое листочек, и на нем неряшливым почерком было написано мое имя. Когда я открыла его и прочла записку, невольно улыбнулась.

Теперь друзья? Д.

Очевидно, что Декс мог быть милым парнем. Думаю, в конце концов, мы могли бы стать друзьями. То, что я отреклась от мужчин, не значит, что я не могла дружить с одним из них... даже с таким жутко сексуальным, как Декс Портер. Мужчины и женщины могли быть просто друзьями, а Декс казался таким парнем, который разделял дружбу и отношения. Кроме того, я была не в том положении, чтобы отказываться от друзей, какими бы они не были.

У меня было такое чувство, что в нем скрывалось больше, чем казалось на первый взгляд. В одно мгновение он вел себя, как грубый заносчивый игрок, а в следующее – как милый, преданный дядя, который играл в чаепитие с племянницей и изо всех сил старался мне помочь. Этот парень был полной загадкой. Я хотела понять, какой Декс был настоящим, а который – игрой.

Следующим утром у меня начался первый рабочий день в аквариуме, и во мне бурлила нервная энергия. Никогда не занималась ничем подобным, и я боялась, что сделаю что-то не так или все напутаю. Часть меня надеялась, что мои обязанности будут ограниченными или мне будут поручать элементарные задания, типа чистки резервуаров или мытья полов. Это было бы скучно, но, по крайней мере, я знала, как это делать.

Ещё не было и шести часов утра, когда я зашла в спасательный центр, но в помещении бушевала активность. Около полдюжины людей столпились вокруг одного из диагностических столов, и я задалась вопросом, чем они были так взволнованы. Один из них был в рубашке с логотипом министерства природных ресурсов, и я вспомнила, как Френк рассказывал, что именно они спасали черепах и доставляли сюда для лечения. Лиз, директор программы, увидела, как я подпирала косяк входной двери и окликнула меня.

– Доброе утро, Оливия! – с энтузиазмом сказала она. – Похоже, твой первый день будет интересным.

– Что происходит? – спросила я и, в попытке рассмотреть, вокруг чего такая суматоха, вглядывалась в толпу.

– Команда спасателей только что привезла морскую черепаху, которую нашли рыбаки возле Мёртл Бич. Ее привезли около тридцати минут назад, так что мы собираемся провести полное обследование и анализ, чтобы определить, как ей помочь. Надеюсь, ты готова приступить к работе!

– Конечно, – сказала я, прикладывая все усилия, чтобы не показать нервозность. – Я, эм... в таких делах у меня не много опыта, но если вы объясните, что мне делать, я обещаю, что сделаю все возможное и постараюсь ничего не напутать.

– Не волнуйся, – улыбнулась Лиз. – На самом деле, для того, что мы делаем, опыт не обязателен. Ты просто должна быть рядом с ветеринаром, чтобы помогать ему. Так что, пока ты следуешь указаниям, обещаю, что все будет в порядке, – она протянула мне рубашку с логотипом спасательной программы. – Теперь надень это, найди какие-нибудь резиновые перчатки и идем знакомиться с этой черепашкой.

Я с облегчением выдохнула, чувствуя себя намного лучше из-за своих обязанностей. Надев рабочую форму, посмотрела, как работали те, кто знал, что делал, и с нетерпением ждала указаний.

Привезенная черепаха была маленькой самкой. Она вся была в ракушках и ушибах и, по словам ветеринара, ее сердце билось очень медленно. Я смотрела, как они поставили ей катетер, с помощью которого будут регулировать количество поступающих антибиотиков, витаминов и других лекарств, а также возьмут небольшое количество крови для анализа. Мне показали, как обрабатывать и лечить ранки, и я осторожно и методично обработала все повреждения по очереди.

Черепашка на металлическом столе выглядела такой грустной и беспомощной, со всех сторон к ней было прикреплено множество трубок. У меня болело сердце за бедную черепашку, и я хотела ещё чем-нибудь помочь.

– Что теперь делать? – спросила я Лиз.

– Теперь мы ждём результаты тестов, – пояснила она. – Через некоторое время должны прийти результаты и, как только мы узнаем, что с черепахой, придумаем, как ее вылечить.

– Вы уверены, что мы больше ничего не можем сделать?

– Ты проделала сегодня большую работу, – она сжала мою руку. – Единственное, что осталось, так это дать ей имя. Подберешь одно для черепашки?

Я минуту обдумывала это, а потом улыбнулась.

– Миртл, подойдет?

– Черепашка Миртл, – Лиз рассмеялась. – Мне нравится! У меня такое чувство, что ты отлично впишешься.

Я вернулась домой из аквариума около полудня, из-за жары моя рубашка промокла насквозь от пота. Увидела, как Эми загружала машину какими-то вещами, а Сэди бегала вокруг в купальнике и ярко-желтых нарукавниках.

– Эй! – позвала меня Эми. – Я надеялась, что ты вернёшься до нашего отъезда. Мы едем на пляж. Не хочешь присоединиться?

– С радостью! – на сегодня с работой я закончила, и отдых на пляже звучал просто отлично. Также я хотела провести время с Эми и Сэди. Была так занята, что видела их только мимолетом. – Я пойду переоденусь. Подождите пару минут.

Я поспешила в свою квартиру и начала рыться в одежде, пытаясь найти свой купальник. Когда, наконец, нашла его и подняла вверх чтобы осмотреть, то подумала, что пляж мог быть плохой идеей.

Купальник, как и остальная одежда, которую я взяла с собой, остались с тех пор, когда я была подростком, и у меня было не много вещей. Купальник представлял собой красное бикини и, если я, не сомневаясь, надела бы его в восемнадцатилетнем возрасте, то сейчас я бы такое точно не выбрала.

Надев его, я посмотрелась в зеркало. Оно было совсем не скромным, и моя ложбинка была выставлена напоказ, но все оказалось не так плохо, как я думала. Там будем только мы, девочки, и я уверена, что им будет все равно во что я одета. Пожав плечами, я надела джинсовые шорты и футболку поверх купальника и вышла из квартиры.

Декс

Мы с Нейтом пробирались через толпу на пляже, пока не заметили разноцветный пляжный зонтик Эми. Удивился, когда увидел третье полотенце, лежащее рядом с полотенцами девочек, и задался вопросом, кто ещё приехал с ними. Я получил ответ на свой вопрос, когда увидел, как Оливия вышла из океана на берег, и я чуть не подавился собственным языком.

Кожа Оливии была влажной, а откровенное бикини демонстрировало все ее мягкие изгибы и безупречное тело. Я не мог оторвать глаз от нее. Казалось, что она двигалась, как в замедленной съемке. Естественно, я представлял ее обнаженной – в конце концов, я парень – но, увидев ее сейчас, я постыдился собственной фантазии. Оливия выглядела чертовски идеальной.

«Друзья, – напомнил я себе. – Просто друзья».

Эми помахала нам, а когда Оливия, наконец-то посмотрела в нашу сторону, по ее лицу я мог сказать, что девушка была удивлена. Она определенно не ожидала увидеть нас.

– Оливия, это Нейт, – представляла их друг другу Эми. – Нейт, это моя соседка, Оливия. Она недавно переехала в наш город.

– Приятно познакомиться, – сказала Оливия. – Спасибо, что позволили мне затусить с вами.

– Чем больше, тем лучше! – Сказал Нейт, зарывая огромный кулер в песок. – Мы привезли еды и пива на целую армию, так что, я надеюсь, ты голодна.

Нейт и Эми пошли распаковывать еду, оставив нас с Оливией неловко топтаться на месте.

– Эй, – сказала она, робко улыбнувшись. – Большое спасибо за то, что ты помог мне с машиной... ты максимально выложился ради меня, и я действительно ценю это.

– Обращайся. Друзья именно так и поступают. Подожди... мы теперь друзья, верно? Или мне придется находиться неподалеку в ожидании ещё какого-нибудь ЧП с машиной?

– Этого не потребуется, – рассмеялась она. Мне понравился звук ее смеха, когда она смеялась над моими шутками. – Думаю, ты сделал больше, чем требовалось, чтобы заработать звание «друг».

Пока я пытался сосредоточиться на ее лице, а не на потрясающих сиськах, которые поддерживало сексуальное бикини, я заметил, что Оливия рассматривала мой обнаженный торс. Девушка прикусила нижнюю губу, а ее взгляд обжигал мою кожу. Она точно разглядывала меня.

Я мог сказать, что Оливия была увлечена мной. Задался вопросом, почему она так решительно настроена держать дистанцию. Оливия посмотрела вверх, и ее взгляд встретился с моим. Ее щеки покраснели, когда я поймал ее за разглядыванием. Она милая, когда смущается. Я решил поступить по-джентльменски и дать ей понять, что я тоже пялился на нее. Так было бы честно.

– Милый купальник, – усмехнулся я, изо всех сил пытаясь говорить ровным голосом.

– Это все, что было! – Оливия сильнее покраснела и скрестила руки на груди в попытке прикрыть ее, но от этого, к моему удовольствию, ее грудь ещё больше поднялась. – Не ожидала, что будет столько людей, и у меня не было времени купить новый...

– О, я не жалуюсь... – сказал я, пробежавшись взглядом от ее головы до пят. – Поверь мне.

– Декс! – она шутливо ударила меня в плечо. – Если мы собираемся быть друзьями, то ты не можешь так на меня смотреть.

– Что! – я изобразил невинность. – Я просто по-дружески отмечаю, что мой друг в хорошей форме... ничего такого.

– Ладно, друг... просто не возвращай свои глаза туда, где они только что были, – рассмеялась она и, развернувшись, ушла.

– Если только ты будешь поступать также. Знаешь, я не какой-то кусок мяса, Оливия! – громко прокричал я девушке в спину, из-за чего она стрельнула в меня потрясающим дерзким взглядом через плечо.

– Больше ракушек! – требовала Сэди. – И шире ров!

Мы с Сэди строили замок из песка, а немного выше Эми и Оливия отдыхали, лежа на полотенцах. Нейт пытался помочь, но его навыки не подошли под стандарты Сэди, так что она выгнала его из проекта. Теперь он сидел возле нас и пил пиво.

– Будет сделано, босс, – сказал я Сэди. – Почему бы тебе не пойти поискать ракушки, а я займусь рвом?

– Мммуугу!

Занимаясь расширением рва вокруг замка, я заметил двух девушек, идущих в нашем направлении. Они выглядели, как типичные студентки из колледжа – в крошечных бикини, с искусственным загаром и в очках слишком большого размера. Это было нормально для студентов колледжа, на выходных собираться на пляже, и в толпе их было легко различить.

– Милый песочный замок, – сказала одна из девушек, остановившись рядом с нами.

– Спасибо, – безразлично ответил я, не позаботившись посмотреть на них.

– Похоже, ты действительно умеешь работать руками, – продолжила она, ухмыльнувшись своей подруге так, словно была безумно горда собой, потому что придумала что-то настолько умное. – Возможно, мы могли бы... помочь тебе как-нибудь?

Учитывая то, как бесстыдно она трахала меня глазами, эта девушка готова была снять свои трусики прямо здесь, перед всем пляжем, включаю мою племянницу. К сожалению для нее, я не купился на это дерьмо. По крайней мере, не рядом с Сэди.

– У нас все свое, – отклонил я их предложение и сосредоточил свое внимание на Сэди, которая возвращалась с полным ведерком ракушек.

– Как хочешь, – сказала девушка, встряхнула волосами и потопала со своей подружкой отсюда.

Нейт засмеялся.

– Вау, Декс, это первый раз, когда я вижу, что ты отказался от уже готовой женщины.

– Слишком легко, – сказал я. – Это место кишит легкодоступными студентками колледжа, которые хотят хорошо провести время. Они отдадутся любому парню с шестью кубиками, – это была правда. Обычно, я с радостью хорошо проводил время вместе с ними, но сегодня я был не в настроении.

– И не только девушками... – нахмурившись, сказал Нейт и указал на Оливию и Эми. К ним подошли двое безмозглых парней из братства. Они стояли над шезлонгами девушек, смотрели вниз со слащавыми улыбками и очевидно, пытались флиртовать с ними. – Кто эти уроды? – он посмотрел на Сэди и исправился. – Эм... то есть, это парни.

– Я не знаю. А какая разница? – я безразлично пожал плечами, в то же время борясь с желанием побежать туда и показать этим идиотам, что они лаяли не на то дерево. Конечно, это обеспокоило меня, но я не знал, почему волновался Нейт. У него виды на Оливию? Эта мысль обеспокоила меня даже больше, чем Мудак №1 и Мудак №2, разговаривающие с девушками.

– Конечно, тебе нет никакой разницы. Поэтому ты смотришь туда таким убийственным взглядом, будто хочешь надрать чью-то задницу, – он посмотрел на Сэди. – Эм, я имел в виду, попу.

Я покачал головой. Такими темпами к пяти годам Сэди уже будет использовать ругательства.

– Почему бы тебе не пригласить Оливию на свидание? – спросил Нейт.

– Потому что мы просто друзья, – пояснил я. – Эми – единственная, о ком я волнуюсь. Она всегда увлекается придурками, – частично это была правда. Эми постоянно встречалась с идиотами, самым большим из них был тот, от которого она забеременела, и который сбежал ещё до рождения Сэди. Естественно, я нашел его и выбил из парня все дерьмо, но побои были ничто по сравнению с тем, что он сделал.

Нейт смотрел на Эми, между его бровей залегла складка, а выражение лица стало хмурым.

– Я возьму ещё одно пиво. Ты будешь?

– Нет, я в порядке, – я увидел, как Нейт подошел к месту нашего сбора, сразу же напугав тех двух болванов, которые флиртовали с Оливией и Эми. Как только они ушли, я сразу расслабился и вернулся к выкапыванию рва для замка Сэди.

Глава 6

Оливия

Я невольно рассмеялась из-за пугающего выражения лица Нейта, когда он приближался, намереваясь напугать, пытающихся пофлиртовать со мной и с Эми, парней. Тем не менее, это сработало, и я была благодарна ему за то, что он избавил нас от них. Парни были безобидными, но не думаю, что они поняли наше отсутствие интереса. Они продолжали говорить о спорте и экзаменах в колледже, пока мы с Эми переводили взгляд с них на друг друга, пытаясь понять, как нам заставить их уйти?!

Было что-то... какая-то нежность... во взгляде Нейта, когда он смотрел на Эми, и я задалась вопросом, происходило ли что-то между ними. Он не отрывал от нее взгляда все время, пока парни говорили с нами, и я заметила, что Эми продолжала смотреть в его направлении. Там определенно была какая-то история.

– Нет, между нами с Нейтом ничего нет, – сказала Эми, когда я ее об этом спросила. – Он просто защищает меня, потому что я сестра Декса. Я думала, что между нами может быть что-то большее, но потом он начал встречаться с кем-то, ничего и не было.

– Встречался? – спросила я. – Значит, они больше не вместе?

– Нет, Декс упоминал, что они расстались пару недель назад.

– Ну, может быть, теперь что-то произойдет между вами двумя.

– Нет, я так не думаю, – вздохнула она. – Нейт действительно хороший и забавный – и милый – но между нами никогда не будет ничего, кроме дружбы. Они с Дексом очень близки и он, вероятно, считает меня своей сестрой.

– Его отношение определенно не выглядит братским, – отметила я. – Но, если не Нейт, то кто-то ещё есть на примете? Не думаю, что те два идиота в твоем вкусе?

– Определенно, нет! – рассмеялась она. – Мои «отношения» – если их вообще можно таковыми назвать – обычно длились не больше нескольких свиданий. Как только они узнают, что у меня есть ребенок, они предпочитают свалить, – Эми пожала плечами, отмахнувшись, хотя, очевидно, что для нее это было тяжело.

– А что насчет отца Сэди? – неуверенно спросила я. – Он вообще объявляется?

– Нет, его не было на горизонте ещё до того, как Сэди родилась. Я встретила его в колледже, и мы встречались всего несколько месяцев, когда я поняла, что беременна. Парень безумно испугался, сказал, что он на такое не подписывался и что это конец. С тех пор я о нем не слышала, что, я считаю, неплохо. Без него нам лучше.

Невольно сравнила Эми и мою маму. Их обоих бросили отцы их детей и те стали матерями-одиночками. Я знала, как это было тяжело, и я невероятно уважала Эми за это.

– Что насчет тебя? – спросила Эми, переведя тему разговора на меня. – В твоей жизни кто-то есть?

– Уже нет, – сказала. – Я переехала сюда после того, как поймала своего жениха за изменой.

– Вау. Мужики – сволочи, – просто сказала Эми.

– Да, именно! Вот поэтому я и зареклась не встречаться с ними. Они приносят одни проблемы.

– Так, значит, бесполезно пытаться свести тебя со своим братом, да?

Я рассмеялась.

– Ненавижу обламывать тебя, но мы с Дексом будем только друзьями, – я мельком взглянула в сторону парня, борясь с желанием понаблюдать за ним. – Кроме того, он не похож на парня, который заинтересован в отношениях, если они длятся больше двенадцати часов... без обид.

– И не собиралась, – ответила Эми. – Веришь или нет, но он не всегда был таким. В средней школе Декс был так сосредоточен на службе в морской пехоте, что у него не было времени на все остальное. Его привлекли сразу же после окончания школы, начался военный лагерь, потом он уехал за границу, в Ирак. Он стал... другим... когда вернулся. Ирак изменил его.

– В каком смысле? – я видела татуировки Декса, но никогда не думала, что он был военным.

– Он просто... более мрачный, в некотором роде, более отчужденный, чем был раньше. Декс всегда был душой компании, ты знала? Милый и веселый, человек, который всегда сходился со всеми людьми, и которому все хотели быть другом, – Эми посмотрела на него, как они с Сэди вместе играли на песке. – Во многом он остался прежним, но потом, в какой-то момент, он становится очень напряженным и так злится, что отгораживается ото всех.

Я видела в нем вспышки боли и тьмы; краткие отблески злости в мягком взгляде карих глаз и дерзкой улыбке. Тем не менее, он хорошо прятал это, и я задалась вопросом, поэтому иногда он поступал так, как поступал.

– Декс посвятил морской пехоте всю свою жизнь, – продолжила Эми. – Он всегда хотел только этого. Не смотря ни на что, братик прошел через Ирак, и я знаю, что он бы все ещё был там, если бы мог.

– Почему не может?

– У Декса частичная потеря слуха после того, как рядом с ним взорвалась мина. Также у него была довольно серьезная травма головы, но он умудрился добраться до ещё троих парней из своего подразделения и оттащить их в безопасное место, – слабая гордая улыбка тронула ее губы. – Он спас им жизни. Декса наградили «Серебряной звездой», самой высшей наградой. К сожалению, с поврежденным слухом он не мог продолжить службу, так что Декса с почестями отправили в запас.

– Вау, – я не могла вымолвить и слова. Узнав о его прошлом, я увидела Декса в совершенно новом свете. То, что он сделал, и через что прошел... это было невероятно.

– Хотя он не говорит об этом. Мы знаем только то, что было написано в официальном протоколе, а написано там было немного. Мы даже не представляем, что ещё там произошло, или что ещё он пережил. Мы пытались – я и наши родители – разговорить его, но Декс все обыграл так, словно с ним все в порядке. Он редко сближается с людьми, и я волнуюсь, что если он будет все держать в себе, в конце концов, это его уничтожит.

Несколько минут мы сидели в тишине, пока не пришел Нейт и не начал разговор с Эми. Достав свою сумку, я вытащила камеру и начала фотографировать. Осознала, что передвигаю объектив за Дексом и Сэди, фотографируя, как они смеются и копаются в песке у самой воды.

Невольно изучала Декса через видоискатель. Я увеличила изображение на его накачанной спине, уделяя особое внимание татуировке, тянущейся через его плечи. Черными рельефными буквами были выгравированы слова «SEMPER FIDELIS». Рисунок, вычерченный на его предплечье, вел к ещё одной выдающейся татуировке с орлом, глобусом и якорем – символами Корпуса морской пехоты США – украшающей бицепс парня. Я и раньше видела его татуировки, когда встретила Декса на пляже, но не рассматривала их вблизи и не придала этому большого значения. Хотя теперь, это имеет смысл. Декс был гордым пехотинцем (прим. пер.: Semper fidelis (от лат. Всегда верен) – фраза, служащая девизом Корпуса морской пехоты США).

Когда Сэди вернулась к Эми, Декс подошел ко мне и сел рядом на песок, близко, но оставив достаточно пространства для того, чтобы мы не касались друг друга.

– Что стало с тем стадом шлюх, которые следили за тобой? – с улыбкой дразнила я его.

– Будем надеяться, что они уже далеко, – с раздражением пробормотал он. – Я стараюсь держать подобное дерьмо подальше от Сэди. Не хочу, чтобы она когда-либо плохо думала обо мне, и определенно не хочу, чтобы она находилась рядом с такими девушками. Ни в коем случае я не позволю ей закончить, как одна из них, без самоуважения и готовая раздвигать ноги перед каждым, кто уделяет ей хоть капельку внимания.

– Очевидно, я ещё не достаточно хорошо тебя знаю... – это становилось все более заметным, – ...но одно я знаю точно, Сэди просто в восторге от тебя. Очень легко заметить, как сильно она любит и признает тебя, – я немного передвинулась, сократив расстояние меду нами. – Вероятно, я тоже влияю на Сэди не самым лучшим образом, но обещаю примерно вести себя рядом с ней... и тебе точно не придется волноваться, что я развращаю ее!

Декс повернул ко мне лицо и серьезно посмотрел мне в глаза.

– Сэди повезет, если она будет похожа на тебя.

Декс своей рукой задевал мою, согревая кожу там, где мы касались друг друга, и посылая трепет по моему животу.

– Почему ты так думаешь? – тихо спросила я, не отрывая взгляда от его глаз. – Ты даже не знаешь меня.

– Думаю, я довольно хорошо разбираюсь в людях, – сказал Декс. – Но ты права, я не знаю тебя. Хотя хотел бы узнать, и так как мы теперь друзья, ты просто обязана больше рассказать мне о себе.

– Что ты хочешь знать?

– Для начала, как так вышло, что ты оказалась в Чарлстоне? – спросил он.

– Мне нужно было начать все с начала, – не вдаваясь в детали, сказала я. – Несколько раз я приезжала сюда с подругой и всегда думала, что жить здесь было бы чудесно. Так что, я здесь, – я знала, что это был не совсем ответ, но я не была готова рассказать детали. – Что насчет тебя? Ты всегда здесь жил?

– Родился и вырос, – ответил он. – Ну, это было не так уж и трудно, верно? Такое чувство, что мы уже лучшие друзья, – Декс игриво толкнул меня, сокращая оставшееся расстояние между нами. – С этого момента, каждый раз, когда мы видим друг друга, оба рассказываем что-то новое о себе. Согласна?

– Согласна, – улыбнулась я.

Декс

Мы оставались на пляже, пока солнце не начало садиться, большая часть толпы уже давно рассеялась. День оказался намного лучше, чем я ожидал, и я бы солгал, сказав, что Оливия не имела к этому никакого отношения.

В ней было что-то такое, что восхищало меня и заставляло чувствовать себя уютно в ее обществе. Оливия ничего не ожидала и не оценивала, что успокаивало меня. На протяжении дня было несколько моментов, когда я осознавал, что рассказывал ей слишком много и терял свою бдительность. Такого никогда не случалось. В основном, я пытался оградить людей от близкого знакомства со мной, но, по какой-то причине, с Оливией, я осознал, что хочу, чтобы она меня узнала.

Я не знал, как относился к этому.

В чем я точно был уверен, так это в том, что я не был готов к окончанию этого дня.

– Не хотите пойти куда-нибудь поужинать? – спросил я. – Может выпить?

– Да, звучит неплохо, – сказал Нейт.

– Я бы с удовольствием, но должна отвести Сэди домой, – ответила Эми. – В следующий раз!

Я с тревогой посмотрел на Оливию, ожидая ее ответа, хотя она, вероятно, скажет «нет». Она не была похожа на девушку, которая захочет зависать с двумя парнями.

– Звучит весело, – сказала она. – Я с вами.

– Правда? – Удивившись, просил я.

– Конечно, – сказала девушка. – Но я приехала с Эми, так что кто-то из вас, ребята, должен будет подбросить меня домой.

– Без проблем, договорились, – сказал я, не в состоянии сдержать улыбку. Эта девушка не переставала удивлять меня. Казалось, что она всегда делала то, чего я меньше всего от нее ожидал, и это держало меня в напряжении. Я привык, что женщины предсказуемые, а Оливия была совершенно другой.

Подумал, что Оливия не захочет пойти в «Сисайд» в свой выходной, так что вместо него, мы пошли в другое место, недалеко от него. Мы сели у бара и к тому времени, как принесли нашу еду, мы уже опустошили несколько напитков и чувствовали себя чертовски хорошо.

Я вышел на минуту в туалет, а когда вернулся, на моем месте сидел какой-то непонятный парень и разговаривал с Оливией. Флиртуя, он наклонился к ней слишком близко, а девушка, как могла, пыталась отстраниться. Похоже, ей было неуютно, и его покачивания на барном стуле свидетельствовали о том, что он уже пьян. Нейт сидел с другой стороны, увлеченный разговором с рядом сидящим парнем, и совершенно не обращал внимания на то, что происходило.

В ту секунду, когда бухой парень положил свою мерзкую руку на бедро Оливии, я решил, что пора действовать. Гнев, который я так упорно сдерживал, пульсировал во мне, когда я продвигался к бару, где они сидели.

– Ушел. Быстро, – потребовал я, остановившись в нескольких сантиметрах от него.

– Остынь, мужик. Мы разговариваем, – невнятно проговорил он, так и не убрав руку и не поднявшись со стула.

Я подошел ещё ближе, руки по бокам сжаты в кулаки, взгляд прожигает парня.

– Если не свалишь к черту с этого стула и не уберешь свою руку, я, черт возьми, разорву тебя, – прорычал я через сжатые губы.

– Боже, успокойся, – он поднял обе руки в защитном жесте, наконец, спрыгнув со стула и отойдя от Оливии. – Я сваливаю отсюда.

Облегчение проносится по лицу Оливии, и я возвращаюсь на свое место, сразу же допивая свой напиток в попытке успокоиться.

– Спасибо, – пробормотала она. – Я никогда не знала, как справляться с такими парнями. Все проще, когда я нахожусь по другую сторону бара.

– Жалкие пьяницы – не твой тип, да? – я указал бармену, чтобы повторил. – Как и студенты из братства... звучит так, словно ты ужасно привередлива, когда дело касается мужского пола, – пошутил я, позволив алкоголю утихомирить гудящую во мне злость.

– Не привередлива, просто не заинтересована, – пояснила она. – Я вообще покончила с парнями.

– Интересно, – сказал я, изучая Оливию. – Я не улавливаю лесбийских флюидов от тебя, так кто этот говнюк, заставивший тебя принять такое решение? Бывший парень?

– Точнее, бывший жених.

Так Оливия была помолвлена. В этом есть смысл, учитывая очевидное отсутствие интереса к противоположному полу с ее стороны и то, как усердно она делала вид, что не увлечена мной, даже если я знал, что это не так. Она не хотела, чтобы я ей нравился, или кто-либо другой. Очевидно, что разрыв был ещё свежей раной, и я невольно задался вопросом, что оставило ее такой измученной. Было видно, что Оливия не хотела об этом говорить, так что я не подталкивал.

– Ну, кем бы он ни был, похоже, он чертов ублюдок.

– Примерно так, – хихикнула она, потягивая свой напиток. Я не знал был ли это алкоголь, или она просто хорошо проводила время, но похоже, девушка действительно расслабилась рядом со мной.

– Ты не выглядишь любительницей случайных связей, так как ты удовлетворяешь свои... ну, знаешь... потребности? – мой словесный фильтр исчез вместе с третьим напитком. Я играл с огнем, но не мог остановиться. – И не притворяйся, что девушки могут жить без секса, потому что я на это не куплюсь. Я знаю, вы, цыпочки, тоже хотите секса.

– Ты определенно сразу перешел к делу, да? – Оливия рассмеялась, ее щеки покраснели. – Ну, ты же знаешь, как говорят... лучшее удовлетворение – самоудовлетворение, – она подмигнула.

Я подавился выпивкой и почти свалился с кресла.

– Святое дерьмо, – пробормотал я. – Думаю, ты лучший друг, который у меня когда-либо был.

Все ещё завывая от смеха, Оливия подняла свой стакан.

– За дружбу!

– Ура, – я, все ещё ошеломленный, чокнулся с ней рюмками. Друзья или нет, но когда слово «самоудовлетворение» прозвучало из этих прекрасных губ, мой член сразу же проснулся. Одна мысль о том, как Оливия трогает себя, извивается и стонет, отчаянно двигает пальцами, подводя себя к вершине...

Черт. Теперь я был твердым.

Наклонившись к ней, я склонил голову. Ее глаза расширились, когда я слишком приблизился. Мое теплое дыхание щекотало ее ухо, когда я прошептал:

– Если ты думаешь, что делать это самой лучше, чем реальный секс, то твой парень неправильно им занимался.

Прежде чем я обратно сел на кресло, услышал ее резкий вдох и почувствовал, как по ее телу прошла дрожь. Оливия спрыгнула со стула и, пробормотав что-то о том, что ей нужно пописать, убежала в направлении уборной. Я удовлетворенно улыбнулся от осознания, что мог ее зацепить так же сильно, как девушка зацепила меня. Едва заметил, как кто-то подошел и занял пустующее место Оливии.

– Привет, – сказала женщина, скрестив ноги и заставив свое итак короткое платье подняться ещё выше. Она изобразила радостную улыбку, когда задержалась взглядом на мне и приглашающе потянула свой напиток через соломинку. – Это место не занято?

– Э, да, – сказал я, указывая в направлении ванной. – Она будет прямо…

– Оно полностью ваше, – прервала меня Оливия, появившись из ниоткуда. – В любом случае, уже ухожу. – Она послала женщине теплую улыбку и потянулась за сумочкой, которая лежала на барной стойке.

– Уходишь? – я пребывал в растерянности. Не хотел, чтобы она думала, что должна была уйти. Оливия была огорчена? Не то, чтобы я попросил эту цыпочку сесть рядом, я был бы рад попросить ее исчезнуть.

– Завтра утром мне на работу, так что я действительно должна пойти домой, – пожала плечами Оливия, бросив пару купюр за напитки на стойку.

– Ладно, я отвезу тебя, – я начал подниматься, но Оливия остановила меня.

– Нет, правда, все хорошо. Не буду мешать твоей ночи, – она едва различимо указала на женщину, сидящую рядом, и послала мне знающую улыбку. – Спасибо, что пригласил меня сегодня. Я отлично провела время. Увидимся.

Прежде чем я смог настоять на том, чтобы подбросить ее домой, магическим образом появился Нейт и предложил подвезти ее. Я пытался вмешаться, сказать что-то, чтобы изменить ее решение, но они уже были на полпути к дверям.

Разочарованный, я плюхнулся обратно на свой стул. Такое чувство, что я, наконец, достучался до Оливии, но она ушла, просто оттолкнув меня к кому-то другому. После того горячего момента между нами, я подумал, что ее, по крайней мере, озаботит это, но девушке, казалось, было все равно. Теперь она ехала домой с Нейтом.

Великолепно, мать вашу.

Какого черта я делал? Я знал, что у нас с Оливией никогда не будет ничего, кроме дружбы, но, тем не менее, продолжал настаивать на... чем? Мне нужно проветрить голову. У нас с ней ничего не будет. Ничего не могло быть.

С другой стороны, девушка, сидящая рядом...

Через двадцать минут женщина сидела так близко, что большая часть ее тела находилась на мне, а не на стуле. Она толкнула меня в грудь, умоляя посмотреть, в то время как рукой двигалась по моему бедру все выше. Если мы не уберемся отсюда, я был уверен, что она, в конце концов, начала бы тереться о мой член прямо на барной стойке.

– Не хочешь поехать ко мне? – промурлыкала она, пальцами водила все ближе и ближе к моему хозяйству, а ногой в это время пробралась между моих ног.

Я легко мог ответить, но колебался. Женщина была привлекательной и определенно подходила для одноразового секса. Я просто не мог это сделать.

– Очевидно, что ты хочешь... – она переместила взгляд на большую выпуклость на моих шортах.

Мой член определенно хотел. Но хотел ли я?

– У меня есть идея получше, – я поднялся, настроился, и повел девушку к узкому коридору, где располагались уборные. Проверив, было ли все чисто, я открыл дверь и потянул ее внутрь. – Зачем ждать?

Как только закрылась дверь, и я щелкнул замком, она приклеилась ко мне, потираясь об меня своим желающим телом и погрузившись языком в мой рот. Я позволил ей некоторое время целовать меня, затем направил ее руку южнее. Уловив намек, девушка начала поглаживать меня через шорты, пока я расстегивал пуговицу и молнию.

Она опустилась на колени, губы изогнулись в довольной улыбке, когда я вытащил свой член и предложил его ей. Девушка жадно обернула вокруг него губы и взяла в рот. Рукам я зарываюсь в ее волосы, направляя ее рот и погружаясь все глубже.

Я закрыл глаза и откинул голову, пока девушка продолжала сосать, подводя меня ближе и ближе к освобождению. Она стонала в удовольствии, которого я не понимал, потому что даже не касался ее, но вибрации от ее стонов ощущались превосходно, и я не затыкал ее. Девушка точно знала, что делала, и я сомневался, что это был ее первый минет в туалете.

Она начала сосать сильнее, и я знал, что она ждала моего оргазма. Я уже должен быть близко, но нет. Голова продолжала работать. Как только мысли закружились вокруг Оливии, лежащей на постели, ласкающей свою великолепную киску, я вскрикнул в удовольствии, мой член начал подергиваться и с громким стоном я кончил.

Глава 7

Оливия

– Ты и Декс Портер, хах? – Мелани с намеком подняла брови, пока мы подготавливали столики к обеденной толпе. – Что между вами происходит?

– Ничего не происходит! – настаивала я, неспособная скрыть раздражение. – Мы просто друзья. Это все.

– Уверена? Декс не тот парень, который будет просто дружить с девушкой. Помимо всех помотрошенных и брошенных, единственная девушка, с которой я его видела, это его сестра, – совершенно неожиданно Мелани остановилась и повернулась, пристально меня изучая. – Теперь, когда я об этом знаю, понимаю, почему несколько дней он не приходил сюда для своих распутств. На самом деле, единственный раз, когда я его видела, он приходил, но ты работала.

– Поверь мне, мы просто друзья. Когда я его узнала, парень оказался довольно классный, – это была правда. Даже после того дня на пляже мы много тусили вместе. Сначала я не была уверена, что дружба с ним возможна. Особенно после того напряжённого момента в баре, когда я настолько увлеклась им, что не могла мыслить ясно. Я прочитала жёсткую лекцию своему отражению в зеркале ванной и плеснула в лицо холодной водой, чтобы мозги снова встали на место.

С того времени, границы «дружбы» были четко установлены. Я была благодарна за это, потому что я действительно получала много удовольствия от его общества. Декс вытащил меня из скорлупы и помог расслабиться.

– Да, а ещё он великолепен! – уточнила Мелани, не желавшая оставлять эту тему. – И я слышала, что он, черт возьми, невероятен в постели. Неудивительно, что девушки сами запрыгивают на него, даже если знают, что парню на них наплевать.

Тоже правда. Я вспомнила, как отчаянно женщины старались обратить на себя внимание Декса, не заботясь о том, как он к ним относился. Я думала, что Декс был придурком, потому что использовал женщин, но осознала, что они использовали его точно так же, как и он.

– Я не понимаю, почему ты хочешь быть с ним только друзьями, – сказала Мелани. – Если бы я была тобой, я бы не отличалась от него. Может быть, тебе стоит направить его ко мне... я бы отдала что угодно за ночь с Дексом Портером. Ням!

– Он не аттракцион на карнавале, Мелани! – я ненавидела то, что люди думали, будто он годился только для секса, потому что мне казалось, что Декс тоже иногда о себе так думал. Также я невольно почувствовала укол ревности, когда подумала о Мелани и Дексе вместе. Что было глупо, так что я отбросила это подальше.

– О, Боже, нет нужды быть такой защитницей, Оливия. Я думала, вы просто друзья?

Я с раздражением вздохнула и вернулась к работе.

Декс

Наступило воскресенье, а это значит, что пришло время ехать в родительский дом на семейный обед, который наша семья устраивает каждую неделю. Эми, Сэди и я завалились в машины и немного проехались по городу к дому, где я вырос. Как обычно, мама и папа уже стояли на пороге и побежали приветствовать нас раньше, чем мы вышли из машины.

– Вы приехали! – весело сказала мама, приветствуя каждого из нас объятием и поцелуем в щеку. Папа стоял прямо позади мамы, он ласково сжал мое плечо, когда проводил нас в дом.

Наши родители всегда вели себя так, словно не видели нас годами, несмотря на тот факт, что не было и недели, чтобы мы не проводили время вместе. Просто они были такими людьми. На протяжении всей жизни мы чувствовали, что нас любят, в нас верят и нами дорожат. Я знал, как нам с ними повезло.

Я часто чувствовал вину, даже рядом с родителями, какими бы замечательными они ни были, за то, что стал таким. Они заслуживали такого же замечательного сына, а я таким определенно не был. Пытался оградить их от своей темной стороны и быть веселым и расслабленным, когда родители рядом. Таким, каким был раньше. Но у меня не всегда получается, и тогда я чувствую себя абсолютным разочарованием. Родители были в ужасе, когда я впервые сказал, что хочу вступить в ряды морских пехотинцев, но они все равно поддержали меня. Все это время они были рядом. И теперь я здесь, но я ли это? Всего лишь, оболочка человека, которым я когда-то был.

– Как у тебя дела, сынок? – спросил папа. Каждую неделю он делает то же самое; зовет меня в сторону, пока Эми и мама заняты на кухне, и дает мне возможность открыться ему. – Ты говорил с кем-то?

Как будто это так просто. Я знал, что у отца хорошие намерения, но я не знал, чего он от меня ожидал. Он точно не хотел слышать, что единственные консультации, которые я посещал, проводились в начерченном мелом кругу, а лечение включало выбивание дерьма из людей.

– Нет нужды, – сказал я, выдавливая улыбку. – Я в порядке, пап. Правда.

Отец знал меня достаточно хорошо, чтобы видеть сквозь вранье, но он никогда не давил. Вместо этого, он напоминал мне, что он будет свободен, когда я буду готов поговорить. Единственное, чего он не понимал, так это, что моя проблема заключалась не в готовности поговорить об этом... я просто не был готов к тому, что мой папа это услышит. Никогда не хотел, чтобы он смотрел на меня так, как я каждый день смотрел на себя в зеркале. С разочарованием.

– Итак, кто эта Оливия, о которой все не перестают говорить? – спросила нас мама, пока мы рассаживались вокруг обеденного стола.

– Она переехала на квартиру на первом этаже, – пояснила Эми. – С недавних пор мы проводим вместе много времени. Девушка действительно потрясающая, она тебе понравится.

– Она очень милая, – вмешалась Сэди, делая перерыв в поедании мороженого. – И хорошенькая!

– Это правда?.. – мама с любопытством посмотрела на меня, пряча улыбку в уголках губ.

Я послал ей предупреждающий взгляд.

– Даже не начинай, мам. Мне нравиться проводить с ней время, но мы просто друзья. На этом все. Я не завожу отношений.

Родители обменялись взглядами, которые означали, что они не поверили ни одному моему слову.

– Заведешь, когда появится подходящая женщина, – сказал папа. – Запомни мои слова.

Мы уже почти вышли из дома, когда мама взмахнула какой-то вещью в моем направлении.

– Я почти забыла! Это пришло тебе по почте, – сказала она, протягивая мне конверт. – Это от родителей Тэдди.

Я посмотрел на обратный адрес, написанный аккуратным почерком, и мои внутренности скрутило узлом. Я догадывался, что написано в этом письме, но не был уверен, что у меня хватит смелости его прочесть. Я подвел их. Подвел Тэдди. Если открою письмо, столкнусь с их разочарованием. Я заслужил услышать то, что они хотели сказать, но не сейчас.

Спрятав конверт в задний карман, я пробормотал быстрое прощание и выскочил за дверь.

Ночное небо освещает пламенный пожар, наш «Хамви» переворачивается в воздухе перед тем, как упасть на землю с оглушительным грохотом. Я сразу же понимаю, что это мина. Прижимная пластина СВУ сдетонировала, когда едущая впереди нас машина наехала на нее (прим. пер.: СВУ – самодельное взрывное устройство).

– Ты в порядке? – слышу, как водитель кричит мне.

Я осторожно двигаю ногами и руками, проверяя свое состояние, прежде чем ответить.

– В порядке.

Выбравшись из транспорта, я осторожно приближаюсь к подорванному «Хамви», который лежит в кювете на обочине дороги. Взрыв произошел прямо под машиной и повреждения намного сильнее тех, которые получили мы. Я не представляю, что хочу найти, когда смотрю внутрь, и не получаю ответа, когда зову пассажиров «Хамви».

Вокруг так тихо, что я слышу помехи радио из машины. Проходит несколько минут, которые кажутся вечностью, прежде чем я понимаю, что они в порядке. Облегчение проносится через меня, и я начинаю помогать парням безопасно выбраться оттуда.

Водитель сидит в машине так неподвижно, что если бы не его руки, я бы подумал, что он мертв. Его руки так чертовски сильно сжаты, что он не может открыть бутылку с водой, чтобы сделать глоток.

– Ты в порядке? – уточняю я.

Взгляд парня перемещается на меня, но такое чувство, что он смотрит сквозь меня. Он говорит «да». Хочу сказать парню, что это ещё не конец. Что мы все ещё в опасности и ему нужно выбраться из машины, но единственное, на чем я могу сосредоточиться, так это на его сжатых ладонях.

Мы начинаем проверять место взрыва в поисках ещё одного СВУ, которое ждет нас, чтобы нанести ещё больше вреда и разрушения, чем уже есть. Заканчиваем проверку местности, но больше никаких СВУ не обнаруживаем. Весь состав с облегчением выдыхает.

Затем, совершенно неожиданно, второй взрыв разрывает небо.

Голоса в голове заставили меня проснуться, а сердце продолжало колотиться. В темноте глаза отчаянно искали на кровати признаки опасности, но ничего не было. Единственные существующие монстры были только в моей гребаной голове.

Глава 8

Оливия

В Чарлстон пришло лето. Наконец-то я почувствовала себя так, словно устроила свою новую жизнь. И хотя целыми сутками я работала в «Сисайд» и аквариуме, свободное время я использовала по полной. Я исследовала город или бродила по округе с камерой и делала снимки. Здесь можно было запечатлеть такую красоту; просто мечта фотографа. Все было таким новым и непривычным для меня, и я с удовольствием принимала новую обстановку. В этом прекрасном, удивительном, волшебном месте я любила все. Чарлстон подарил мне такое ощущение дома и уюта, которых я никогда прежде не чувствовала. Это заставило меня задаться вопросом, почему мама в свое время решила оставить это место.

Когда я только приехала сюда, была такой же одинокой, как я и ожидала. Определенно, были времена, когда я скучала по кому-то, с кем могла поделиться своей жизнью, но я была окружена столькими потрясающими людьми, что очень часто не чувствовала себя одинокой. Я очень долгое время не была более довольной.

Большую часть своего свободного времени я проводила с Эми, Дексом и Нейтом... и, конечно, Сэди. Вместе мы много веселились, всегда смеялись и просто здорово проводили время. После чопорной жизни со Стивеном в Нью-Йорке, это было как глоток свежего воздуха. Мне так повезло, что я их встретила, и знала, что они сыграли большую роль в моей счастливой новой жизни.

Никогда не думала, что скажу это, но даже с одним Дексом я потрясающе проводила время. Оказалось, что у него были не только красивая мордашка и точеное тело. Парень был забавным, заботливым, а иногда, яростным защитником. Несмотря на довольно ухабистое начало нашей дружбы, она не казалась неправильной, когда мы тусовались только вдвоем. В глубине все ещё гудело притяжение, но оно не влияло на нашу дружбу. Находиться рядом с Дексом было на удивление... естественно.

Он часто приходил в ресторан в мою рабочую смену, и я болтала с ним, когда не была занята с клиентами. Мы проводили много вечеров за готовкой ужина в квартире Эми с ней и Нейтом, играли с Сэди или смотрели старые фильмы.

Под внешностью такого потрясающего человека, как Декс, точно скрывалось что-то темное. Время от времени я видела эти вспышки, как будто трещины в своеобразном панцире, под которым он скрывал ту часть себя от окружающих. Иногда что-то было в его глазах, радужку теплого, шоколадного оттенка накрывала темная тень. В другие же моменты, Декс мог потерять самообладание и вспыхнуть яростью, как спичка, от малейшей провокации. Но, в основном, это были незначительные перемены, он словно уходил в себя или на несколько минут переносился мыслями в другое место, а потом снова становился собой.

Я не поднимала эту тему, когда подобное происходило. Боялась, что только заставлю его сбежать, а я не хотела этого. Я хотела, чтобы он доверился мне и смог открыться, но не хотела его заставлять. Существовало несколько вещей, которыми и я не готова была поделиться.

Мы продолжали играть в раскрытие одного факта о себе при каждой встрече, но застряли на таких простых вещах, как «я пою в душе» (факт обо мне) или «у меня есть диск с песнями «Бэ́кстрит Бойз» (к моему удивлению, о Дексе). Кроме того, такая, казалось бы, незначительная правда была неожиданным откровением, и было такое чувство, что я просто готовилась узнать всю правду о Дексе. Я все ещё не рассказала ему деталей моего расставания со Стивеном или что-нибудь о своей семье. Это не те темы, которые я хотела бы обсуждать, особенно то, что касалось моей родни. Я не хотела, чтобы люди жалели меня или смотрели с жалостью в глазах. Каждый раз, когда я рассказывала людям о смерти моей мамы или об уходе отца, они начинали ходить вокруг меня на цыпочках, как если бы я ударялась в истерику каждый раз, когда звонила мама или упомянутая родня. Я не хотела, чтобы ко мне относились по-другому. Особенно, здесь.

Единственный раз, когда я всерьез беспокоилась о Дексе, это когда он однажды заявился на пляж с синяком под глазом, разбитой губой и ссадинами на ребрах. Вспомнила, что в нашу первую встречу я также видела на нем синяки и испугалась, что он мог быть втянут во что-то опасное. Когда я спросила парня об этом, он просто отмахнулся, сказав, что это результат «обычной драки между друзьями», он делает это время от времени, чтобы «выпустить пар».

Какого черта это вообще значило?

Декс просто рассмеялся, обернул руку вокруг моего плеча и сказал не волноваться об этом. Я начала сопротивляться, но Эми послала мне понимающую улыбку, говорящую о том, что она уже пыталась поговорить об этом, и ничего не получилось. Так что, я сдалась.

***

Я вернулась домой после утренней смены в аквариуме и увидела, как Эми и Декс ссорятся на подъездной дорожке. Иногда они препирались из-за самых незначительных вещей, так могут себя вести только родственники, действительно любящие друг друга. По правде говоря, это было довольно забавно. Особенно, когда Декс пытался переспорить Эми, сказав, что он на три минуты старше, следовательно, последнее слово за ним.

– Эй, ребята, что делаете? – спросила я, выпрыгнув из машины.

– Я пытаюсь убедить свою сестру позволить мне присматривать за Сэди, пока она будет в отъезде на выходных, – пояснил Декс, бросая хмурые взгляды в сторону Эми. – Но, очевидно, она не достаточно мне доверяет.

– Совершенно не в том смысле, – закатив глаза, сказала Эми. – Я всего лишь сказала, что сидеть с ним весь день и всю ночь, это слишком долго, и, возможно, будет лучше, если я отвезу ее к родителям.

– Это их годовщина, Эми. Глупо заставлять родителей отменять свои планы, если я предлагаю помощь. Кроме того, мы оба знаем, что происходит, когда они «празднуют» свою годовщину... ты действительно хочешь подвергать этому бедную Сэди? – сказал он, состроив гримасу.

– Я не знаю...

– Я справлюсь, систер. Мы с Сэди всегда умели веселиться. Ведь так, малышка Сэди? – Декс посадил ее себе на плечи, заставив завизжать от смеха.

– Проблема заключается в том, что вы слишком сильно умеете веселиться! – сказала Эми. – Сэди вертит тобой, как хочет, и ты это знаешь. Ты действительно думаешь, что сможешь вовремя уложить ее в кровать или утихомирить, когда она будет капризничать?

– Я могу помочь, – вмешалась я. Они так много помогали мне с тех пор, как я сюда приехала, и это меньшее, что я могла для них сделать. А ещё, было очень мило то, как сильно Декс пытался помочь.

– Ни за что, я не могу просить тебя об этом, – возразила Эми, покачав головой.

– Я совсем не против. Будет весело, – заверила я ее. – На этих выходных я не работаю, так что есть большая вероятность, что я в любом случае буду болтаться с ними.

В конце концов, Эми согласилась, из-за чего Декс и Сэди возбужденно прыгали по двору. Он действительно был замечательным дядей, даже если иногда вел себя как ровесник малышки Сэди.

Декс

Утром мы с Нейтом тренировались в спортзале, когда я упомянул, что буду присматривать за Сэди, пока Эми будет в отъезде, так что не смогу работать в мастерской все выходные. Не то, чтобы я обычно это делал.

– Куда Эми уезжает? – полюбопытствовал Нейт, ставя штангу на держатели. – С кем?

– Я не знаю, что-то по работе, – сказал я, не уверен, почему его так интересовали планы моей сестры.

– Каким образом ты оказался нянькой... она же обычно отвозит Сэди к родителям?

– У них сегодня годовщина, так что я предложил свою помощь.

– Это было необычайно мило с твоей стороны, – он скептически посмотрел на меня. – И этот акт доброты не имеет ничего общего с особой, которая по случайному стечению обстоятельств живет прямо под квартирой твоей сестры, не так ли?

Я сделал глоток воды из бутылки и проигнорировал его самодовольную ухмылку.

– Мы с Оливией просто друзья. И ты это знаешь.

– Да, но, сколько я тебя знаю, ни разу не видел, чтобы ты и девушка были «просто друзьями». Так что изменилось?

– Я не знаю, – пожал плечами. – Оливия классная... она забавная, умная... и она не боится сказать о том, что на самом деле думает. Она не делает вид, что ей плевать на то, что я говорю, лишь бы уложить меня в кровать.

– И ты не тянешь время, чтобы, в конце концов, переспать с ней?

Не ответив, я вернулся к поднятию тяжести. Я не знал, какого черта делал. Хоть мне и нравилось быть друзьями с Оливией, я не знал, сколько ещё смогу скрывать свое влечение к ней. Я хотел ее.

– Да, именно об этом я и подумал, – ухмыльнулся Нейт.

– Я бы только все испортил, если бы стал с ней встречаться, так что, нет, я не тяну время, – пояснил я. – Она слишком хороша для простого секса, а дальше я не захожу.

– Может быть и нет, но Декс Портер, которого я знаю, не уходит от трудностей... он борется за то, чего хочет.

– Больше нет.

***

– Огооо, посмотрите на эту! – с энтузиазмом сказала Сэди, указывая своим тоненьким пальчиком на одну из рыбок за стеклом.

Мы с Оливией решили свозить Сэди в аквариум после обеда. Она все время что-то рассматривала. При такой скорости, мы проведем тут весь день. Хотя я не возражал. Оливия рассказывала Сэди о разных видах рыб и других созданиях, которые плавали в большом аквариуме, а Сэди наслаждалась каждой минутой.

Я поднял малышку так, чтобы она могла больше рассмотреть, а Оливия прижалась к нам, когда мы остановились перед стеклом. Посмотрев в бок, на расстоянии нескольких сантиметров я увидел пожилую женщину, смотрящую на нас со знающей улыбкой.

– У вас прекрасная семья, – сказала она, жестом указывая на Сэди и Оливию, счастливо наблюдающих за рыбой и тихо переговаривающихся. Они были совершенно поглощены тем, что происходило внутри резервуара.

Я послал ей небольшую улыбку и кивнул, не трудясь исправить. Ее слова тронули сердце и, когда я посмотрел на маленькую девочку в моих руках и прекрасную женщину рядом со мной, я пожелал, чтобы на самом деле у меня была такая семья. Впервые я хотел нормальной жизни. Никогда всерьез не задумывался о семье. Думал, что лучшей частью моего существования будет жизнь, посвященная морской пехоте, а не отставка в двадцать пять и спотыкание по жалкой жизни, которая мне осталась. Иметь семью для меня не представлялось возможным. Я не мог нести ответственность за кого-то ещё, не говоря уже о том, чтобы защищать и направлять их. Я бы не пережил ещё одного провала.

Подошла небольшая группка людей и стала возле нас. Я прикоснулся рукой к бедру Оливии, мягко подталкивая ее стать передо мной, чтобы дать ребятам место. Рука так и осталась на ее бедре, и я был неспособен убрать ее, даже если знал, что должен. Девушка была так близко, что моя грудь легко терлась о ее спину, ее магнитное притяжение подействовало на меня, оно зарядило кровь, проносящуюся по венам. Большим пальцем я нашел полоску голой кожи в том месте, где задралась ее рубашка, и мягко провел по ней, посылая легкую дрожь по телу Оливии. Я задержал дыхание, ожидая, когда она отстранится или сбросит мою руку, но девушка не шевелилась. Наши тела находились так близко, насколько это было возможно, не касаясь друг друга. Единственным контактом был мой палец, задержавшийся на ее коже. Воздух между нами стал густым и потрескивал от электричества, тогда как мы оба в молчании уставились на аквариум, загипнотизированные движением жидкости и проносящимися яркими цветами.

– А мы можем сейчас посмотреть на черепашек? – голос Сэди вывел меня из транса и я, убрав руку, сделал шаг назад.

– Конечно, – ответила Оливия, ее голос немного дрожал, когда девушка увеличила между нами расстояние. – Как ты смотришь на то, чтобы навестить Миртл? Она самая классная и самая особенная черепашка во всем мире.

– Да! Я хочу увидеть Миртл! – Сэди возбужденно хлопнула в ладоши, разрушив между нами всякое напряжение.

После долгого дня в аквариуме мы все довольно сильно устали к тому времени, как добрались до дома Эми. Заказали пиццу и уютно устроились на диване для просмотра любимого мультфильма Сэди, «Русалочки».

– Какой красивый купальник, – сказала Сэди, указывая на Ариель на экране. – Ди, можно и мне такой купить?

– Не раньше, чем в двадцать один год, – серьезно ответил я, игнорируя закатывание глаз Оливии. – На самом деле, я не уверен, что это приличный мультик. Ракушки, которые она носит, почти не оставляют простора для фантазии.

– Ты только что признал, что фантазируешь о персонаже детского мультфильма? – тихо спросила Оливия, в изумлении уставившись на меня с другого конца дивана.

– Эм, такое сложно не заметить, – прошептал я в ответ. – И я признателен за красивое декольте, но думаю, что Ариель следует надевать стильный цельный купальник или, может, гидрокостюм. Тогда это можно будет считать детским мультфильмом!

Оливия взорвалась смехом, покачивая на меня головой.

– Ты просто смешон.

На половине мультика Оливия и Сэди уснули на диване, прижавшись друг к другу самым неудобным способом. Аккуратно поднявшись, чтобы не разбудить девчонок, я поднял Сэди на руки и отнес в ее спальню, укрыв малышку одеялом и поцеловав ее в лоб.

Я встал рядом с Оливией, пытаясь решить, разбудить ее, чтобы девушка могла удобно поспать в гостевой комнате, или нет. Мне было жаль ее будить, так что я осторожно просунул руки под спину Оливии и взял на руки ее маленькое тело. Поднял и отнес ее наверх в другую спальню.

Укладывая девушку на кровать, я на мгновение задумался, не переодеть ли ее, но тут же отбросил эту мысль. Укрыл ее одеялом и провел ладонью по ее гладкой щеке, на мгновение позволив себе насладиться, какой умиротворенной она выглядела во сне. Собирался уходить, когда Оливия схватила меня за руку.

– Останься, – сонно пробормотала она.

Я застыл на месте, решая, как должен поступить. Существовала большая вероятность, что мне приснится кошмар, а я не был готов к тому, чтобы Оливия столкнулась с этим, или к вопросам, которые посыпятся следом. С другой стороны, я не хотел упустить шанс спать рядом с ней. Какой бы глупой не была моя тяга к ней, я не мог с ней бороться.

Вздохнув, я обошел кровать и стянул с себя рубашку, прежде чем забраться на кровать и лечь рядом с Оливией. Она сразу же перевернулась на мою сторону, положив голову мне на плечо, а руку – на мой живот. Я обернул руку вокруг ее плеча и притянул ближе, вдыхая кокосовый аромат ее шампуня. Кожа пылала из-за мягких прикосновений девушки и зудила от теплого щекочущего дыхания. Такая близость с ней была и потрясающей, и приятной, и сбивающей с толку. Не стал думать о том, что может произойти завтра или о том, что между нами все может измениться. Пока это продолжалось, я хотел только наслаждаться.

Изо всех сил старался не спать, но когда уже больше не мог держать глаза открытыми, я погрузился в сон, надеясь, что никакие кошмары меня не найдут.

Глава 9

Оливия

Первое, что за я заметила, когда проснулась утром, так это температуру. Было тепло. Намного теплее, чем обычно.

Ночью я умудрилась всем телом обвиться вокруг Декса – голова покоилась на изгибе его плеча, рука лежала на его животе, а мои ноги переплелись с его ногами. Смущенная, я начала распутывать наши конечности, но застыла, когда Декс немного пошевелился, обхватил меня ногами и прижал ближе к себе.

Его прикосновение пробудило что-то во мне, по телу распространилось тепло, и на мгновение я позволила себе прижаться к Дексу, насладиться надежностью и уютом, которые он дарил. Прошло очень много времени с тех пор, как я чувствовала что-то подобное. Уже хотела остаться в кровати и снова уснуть, но тогда пришлось бы иметь дело с неизбежной неловкостью от совместного пробуждения. Если останусь, границы между нами сотрутся ещё больше, и я ещё не была готова встретиться с ним лицом к лицу.

Я проявила слабость, уступив своему внутреннему желанию близости, когда попросила его остаться прошлой ночью. Ничего не смогла с собой поделать, просто прижалась к нему. Я не знала, о чем думала, и надеялась, что Декс не станет усложнять мне из-за этого жизнь. Хотела свалить все на тот факт, что я привыкла спать рядом с кем-то и это была просто автоматическая реакция, но правда была в том, что со Стивеном я не спала в обнимку. Обычно, я хотела иметь собственное пространство, но близость Декса странно на меня действовала. Я замечала, что тянулась к нему всегда, когда парень был рядом.

Я ничего не отрицала; знала, что он привлекает меня. То есть, кого вообще он не привлекает? Но также я знала, что не могла поддаться этому. Обычного физического влечения, не имеет значения насколько сильного, не хватало для того, чтобы смягчить множество причин, почему это была плохая идея. К сожалению, кажется, мое тело ещё не получило уведомление о том, что мы с Дексом только друзья.

Как только я смогла оторваться от тепла Декса, я осторожно спрыгнула с кровати и пошла на кухню, чтобы сделать кофе. Пока оно варилось, я порылась на полках и вытащила ингредиенты для блинчиков. Через несколько минут проснулась Сэди, готовая помочь, так что мы могли удивить «Дядю Ди» завтраком.

Когда мы накрывали на стол и добавляли последние штрихи к нашему завтраку, в проеме появился заспанный Декс. Он надел джинсы, без носков, и натягивал рубашку, чтобы прикрыть обнаженный торс. Мои щеки вспыхнули, когда он посмотрел на меня, я быстро отвернулась, избегая его взгляда, и стала наливать кофе.

– Что это? – спросил Декс, указывая на хорошенькие порции блинчиков, яиц и бекона, расставленные по столу.

– Мы приготовили завтрак! – Сэди схватила его за руку и потянула к нам.

– Вау, это точно, – ответил он, садясь за стол рядом с ней. – Выглядит очень аппетитно.

Как только мы проглотили завтрак, пока ничего не осталось – спасибо невероятному аппетиту Декса – я начала убирать тарелки со стола, я Сэди переместилась на диван для просмотра своих утренних мультиков. Когда я пошла убирать кухню, Декс пошел за мной, и я знала, что не могла больше его избегать.

– Мне, правда, жаль за прошедшую ночь, – неуклюже выпалила я. – Клянусь, я не хотела к тебе так прижиматься, думаю, спать с кем-то рядом – это просто автоматическая реакция... ничего не могла с собой поделать, и я действительно надеюсь, что не сделала все слишком неловким...

Декс усмехнулся.

– Ничего страшного, Лив. На самом деле, так хорошо я не спал очень долгое время. Я более чем приглашаю тебя, прижиматься ко мне в любое время, – он сверкнул своей фирменной самоуверенной улыбкой и провокационно поднял бровь, сразу же успокоив меня.

Я игриво ударила Декса по плечу, благодарная за то, что он не поднимал шумихи из-за произошедшего. С этого момента я буду более осторожной, даже когда буду полусонной.

***

К обеду температура достигла тридцати градусов, и мы уже отчаялись искать способ охладиться. Когда пляж, в поисках прохлады, заполнили другие люди, Декс предложил поехать к его родителям, искупаться в их озере. Оно будет в нашем полном распоряжении, к тому же так безопаснее для Сэди, не нужно волноваться о волнах и течениях.

Я никогда не видела ничего подобного. Озеро было спрятано в лесу, полностью скрытое окружающими деревьями. Наш личный, тихий оазис. Когда Декс упомянул озеро, я автоматически представила какой-то маленький грязный пруд, но я не могла ошибаться сильнее. Оно было довольно большим, а вода чистой, прохладной и освежающей. На берегу был песок, так что мы могли расстелить полотенца и удобно сесть. Посередине озеро было глубоким, но вдоль берега тянулось мелководье.

Декс усадил Сэди на свои широкие плечи и понес на глубину, где она могла спрыгнуть в воду и проплыть короткую дистанцию ко мне. Ее веселое хихиканье и возбуждение были такими заразительными, что мы сверкали такими же ослепительными улыбками, пока возвращались к берегу на перерыв.

Я села на свое полотенце и смотрела, как Сэди плескалась на мелководье, а Декс исчез за деревьями. Через несколько минут я услышала его громкий возглас и увидела, как парень раскачивался на веревке, привязанной к ветке дерева. Внезапно он выпустил ее из рук и упал воду.

Несколько секунд спустя его голова показалась над водой, снова появилась эта самоуверенная ухмылка, когда Декс выскочил из озера и пошел к тому месту, где сидела я.

– Не хочешь попробовать, Лив?

Пол секунды я обдумывала его предложение, прежде чем покачать головой.

– Нет, спасибо, думаю, я лучше останусь на твердой земле, – в основном, потому что я боялась высоты.

– Ой, ну давай! – он протянул мне руку. – Тебе понравится, я обещаю. Я даже пойду с тобой и, ну, знаешь, защищу тебя.

Его слова нашли отклик где-то внутри меня, и возникло чувство, что обо мне действительно заботятся и защищают. Карие глаза умоляли довериться, в них было что-то настолько нежное и настоящее, что я оказалась безоружной против них.

– Хорошо, – сказала я, схватив его руку и поднявшись. – Давай сделаем это.

Убедившись, что Сэди играет в безопасности на берегу, Декс повел меня к дереву у кромки воды. Он помог с первой веткой, следуя прямо за мной и показывая, куда идти.

– Лучше бы тебе не смотреть на мою задницу, – предостерегла я.

– Не могу ничего обещать.

Мы поднялись на небольшую платформу, и Декс схватил веревку, крепко сжав над завязанным на ней узлом, а потом указал мне забраться ему на спину.

– Ты, что, разыгрываешь меня? – я посмотрела вниз на твердую землю, которая будет стоить нам как минимум несколько сломанных костей, если приземлимся на нее, а не в воду. – Что, если ты не удержишь меня, и мы упадем раньше времени?

– Не будь смешной, Лив. Насквозь промокшая, ты весишь около семидесяти килограмм. Конечно, я смогу тебя удержать, – Декс взял меня за руку и потянул к себе. – А теперь прекращай быть трусихой и запрыгивай.

Я сделала, как он сказал, обвив его спину руками и ногами так сильно, что удивилась, как вообще он ещё мог дышать. Даже сквозь страх, мое тело отреагировало на соприкосновение голых участков нашей кожи, и тепло затопило меня.

– Готова? – спросил Декс, поворачивая голову, чтобы посмотреть на меня.

– Сейчас или никогда, – кивнула я, ещё сильнее прижимаясь к парню.

Оторвала взгляд от земли и сосредоточилась на Дексе, когда он, сжав веревку, отошел назад, а потом с разбегу прыгнул с платформы. Мы пробыли в воздухе меньше секунды, прежде чем парень ослабил хватку, и мы со всплеском погрузились под воду.

Это был чистый кайф. В эти несколько секунд свободного падения чувствовалась невероятная легкость, а потом мы столкнулись с поверхностью воды, каскадом опустившись под нее. Как бы жалко это не звучало, я никогда раньше не чувствовала ничего подобного, просто потому что никогда не чувствовала себя достаточно защищенной, чтобы вынырнуть из своей зоны комфорта. Но Декс... с ним я чувствовала себя в безопасности.

Я вынырнула на поверхность с огромной улыбкой на лице.

– Давай ещё раз.

Декс катал меня на тарзанке ещё, по крайней мере, полдюжины раз, прежде чем наш день подошел к концу. Время приближалось к ужину, когда мы, наконец, забрались в машину и поехали к дому родителей Декса. Сегодня был их семейный ужин, и они также пригласили меня. Как бы я не нервничала от встречи с ними, мне было интересно, какими были его родители. Они были очень близки, а это совсем ново для меня. Конечно, я была близка со свое мамой, но нас было только двое. У меня никогда не было большой счастливой семьи, в которой, казалось, жили Эми и Декс.

Как только я перешагнула через порог, Портеры – которые настаивали, чтобы я называла их Полом и Емили – весело поприветствовали меня и заставили чувствовать себя желанным гостем. Они были такими добрыми и искренними, и я позавидовала тому, что Декс и Эми выросли в такой любящей семье. Это все, чего я когда-либо хотела. Надеюсь, они осознавали, насколько им повезло иметь таких родителей. Когда я наблюдала, как они шутят друг с другом и перебрасываются колкими фразами, я задалась вопросом, какой была бы моя жизнь, если бы отец принимал в ней участие. Мы были бы такими же счастливыми, как они, или ещё более несчастными?

Я возненавидела себя за одну такую мысль. Говорила себе, что давно забыла об этом, но время от времени эти вопросы появлялись в моей голове, снова и снова открывая дверь, которую я считала давно закрытой.

Прежде чем сесть за стол, я извинилась и пошла в ванную, чтобы переодеться из купальника и умыться. По пути назад, я услышала, как кто-то произнес мое имя на кухне, где сидели Декс и его родители, и немного притормозила, чтобы послушать.

– Ты уверен, что вы с Оливией только друзья? – спросил Декса мистер Портер. – Потому что с моего места видно намного больше, чем дружбу.

Я услышала, как Декс сделал глубокий вдох.

– Мы близки, это все. Мне нравится находиться рядом с ней.

– Это определенно мило, – вмешалась миссис Портер. – Ты никогда раньше не приводил сюда девушек, так что она, должно быть, чрезвычайно особенная. Я сама невольно заметила, какой ты счастливый рядом с ней.

От ее слов бабочки в моем животе запорхали, и я не могла остановить растягивающиеся в улыбке губы. Декс что-то пробормотал в ответ, слишком тихо, чтобы я смогла услышать. Я посчитала неправильным дальше подслушивать их личный разговор. Вернулась в ванную и громкими шагами пошла на кухню, так, чтобы они знали, что я иду.

Декс

Родители сразу же полюбили Оливию. Они ловили каждое ее слово, бросали одобрительные взгляды в мою сторону и открыто светились счастьем, когда я задерживал на Оливии взгляд дольше, чем на несколько секунд. Я не мог ничего с собой поделать. Она была красивой и веселой, и иногда меня ловили на том, что я наблюдал за ней. Когда девушка смеялась, ее голубые глаза светились, на щеках появлялись ямочки, когда она просто широко улыбалась или когда она нервничала, то прикусывала свою полную нижнюю губу... было тяжело не смотреть на Оливию.

– Твоя семья живет здесь? – спросила моя мама.

Оливия немного колебалась и выглядела смущенной впервые за весь вечер, а потом покачала головой.

– У меня нет никакой семьи. Отец ушел, когда мне было три года, так что меня воспитывала мама, но она погибла в автокатастрофе, когда мне было восемнадцать. Ее родители умерли, когда она была молодой, а мама единственный ребенок в семье, так что теперь есть только я.

Мама мягко вздохнула, вина изменила ее черты, когда она накрыла своей рукой, лежащую на столе руку Оливии.

– О, Боже мой, милая, мне жаль. Я не знала.

– Все в порядке, – Оливия успокаивающе улыбнулась. – Прошло уже много времени. Я привыкла быть сама по себе.

Ее слова прозвучали заучено и бесстрастно, как будто она произносила их уже миллион раз, но я знал, что за стеной, которую девушка построила вокруг себя, жила боль. Услышав о том, через что она прошла – в одиночку – я почувствовал, словно мое сердце разрывалось внутри грудной клетки. Это был внезапный порыв – я захотел обвить ее руками и никогда не отпускать, просто, чтобы Оливия знала, что не одна. Вместо этого, я положил руку на колено девушки и немного сжал, ей нужно было знать, что я рядом.

Разговор перешел на более нейтральные темы, и Эми, вернувшись из поездки, присоединилась к нам. Пока остальные весело болтали, мне все никак не давали покоя слова, сказанные Оливией. Я не мог понять, как она могла быть такой удивительной, забавной и жизнерадостной после всего, что было в ее жизни. Она столько пережила... столько потеряла... тем не менее, была такой сильной. Намного сильнее меня. Ещё одна причина, почему я не заслуживал ее.

– Думаю, мне нужно отвезти Сэди домой, – когда малышка начала засыпать за столом, со смехом объявила Эми. – Не хочешь поехать с нами, Лив?

– Я могу отвезти тебя домой, – слишком нетерпеливо отозвался я. – То есть... если ты хочешь остаться немного дольше, ну знаешь, чтобы не пропустить десерт, – черт, от меня несло отчаянием. Даже если мы провели два последних дня вместе, сегодня я хотел побыть с ней ещё несколько минут наедине. Проигнорировал озадаченную мордашку Эми и пытался казаться равнодушным, пока ждал ответа Оливии.

– Ну, я не могу отказать десерту, – с улыбкой на губах, ответила Оливия.

– Ладно, тогда увидимся, наверное, уже завтра, – ответила Эми, обнимая обоих родителей и аккуратно, чтобы не разбудить, поднимая Сэди с кресла. Когда она уходила, сестра ухмыльнулась и шепнула мне на ухо, – Я, правда, надеюсь, что у мамы есть какой-нибудь десерт.

К счастью, мама приготовила яблочный пирог, и я не стал ещё большим мудаком, чем уже был. Когда мы, наконец, уехали домой, вся дорога к ее квартире прошла в тишине, так как я решал, что хотел сказать.

Припарковался на подъездной дорожке и прежде, чем Оливия смогла открыть дверцу и выйти из машины, я схватил ее за руку, застав девушку врасплох.

– Я сожалею обо всем, через что тебе пришлось пройти, Лив.

– Спасибо, – она слабо улыбнулась. – Извини, что все так вывалила на тебя... обычно, я никому не рассказываю. Не хочу, чтобы они жалели меня из-за этого. Когда есть много людей, которым пришлось намного хуже, чем мне, понимаешь?

Ее сравнение поразило меня. Я рассеянно водил большим пальцем по ее руке, которую все ещё не отпустил, и мягко рисовал круги на ее маленьких пальчиках.

– Наверно, – сказал я, – но это было нелегко для тебя. Не могу представить, какой была бы моя жизнь без родителей и раздражающей сестры-близнеца, – взгляд переместился на ее маленькую ручку в моей руке, пока я пытался сказать то, что хотел. – Когда я был в Ираке... так далеко от дома и всего знакомого... были моменты, когда одиночество было удушающим. Но я всегда знал, что у меня есть семья, дом и есть куда вернуться. Не уверен, что пережил бы это, если бы у меня их не было.

Слова вылетели изо рта прежде, чем я осознал, что говорил. Я никогда не говорил с ней об Ираке или пехоте. Я ни с кем не говорил об этом. До сегодняшнего дня. Может быть, потому что она поделилась со мной частичкой своего прошлого, и я хотел отплатить ей тем же. Или, может, я просто хотел, чтобы она знала, как сильно я ею восхищаюсь.

Оливия посмотрела вниз и сделала глубокий вдох, как будто подбадривая себя сказать что-то.

– Я привыкла быть одна. Или, в любом случае, я так думала. Первые несколько месяцев после смерти были... действительно тяжелыми. А потом я встретила Стивена, моего бывшего, и позволила себе стать зависимой от него, пытаясь почувствовать себя полноценной. Он стал заменой семьи, которой у меня не было. Это заставило меня проигнорировать все знаки, говорящие, что он не для меня. Я так сильно боялась снова остаться одна, что позволила ему превратить себя в кого-то другого, – Оливия снова посмотрела мне в глаза и не отводила взгляд. – Я думала, что буду более одинокой, чем когда-либо, если начну все с начала на новом месте. Но впервые все кажется... правильным.

– Ну, лично я рад, что ты выбрала это место.

– Я тоже.

***

Последний бой был несколько недель назад. Если вскоре не состоится ещё один, то все закончится тем, что я наброшусь на какого-нибудь недоумка, имевшего смелость косо на меня посмотреть. Я находился на грани с тех пор, как родители передали мне то письмо, которое сейчас лежало в моей гостиной постоянным напоминанием моего провала. Я безумно трусил, чтобы даже открыть его и принять то, что заслужил.

Я тусовался с Эми, Нейтом и Оливией, когда, наконец, мне пришло сообщение о том, что этим вечером для меня организован бой. Его проводили в старом офисном здании через час. Так что я должен был скоро идти, чтобы вовремя туда приехать.

– Не хочешь сегодня пойти со мной на бой? – спросил я Нейта. Обычно, он составлял мне компанию, потому что, хоть я и был идиотом большую часть времени, я знал, что лучше, чтобы кто-то был рядом в случае моего ранения.

– Я не могу. Я, эм... – он посмотрел на Эми. – Я должен работать.

– О каком бое вы говорите? – спросила Оливия.

Это была плохая идея, но слова вырвались сами.

– Почему бы тебе не пойти со мной и не выяснить это?

Глава 10

Оливия

Я не представляла, во что влезала.

Спустя час езды, мы с Дексом остановились на пустынной местности, окруженной темными магазинами, которые выглядели заброшенными. У входа в здание стоял огромный мужчина и вопросительно посмотрел на нас, когда мы подошли.

– Все в порядке, – сказал ему Декс. – Она со мной.

Мужчина кивнул, отступив в сторону, и дал нам пройти. Нас встретила огромная толпа людей, и я сразу же почувствовала себя не в своей тарелке.

Я согласилась на это, потому что волновалась за Декса и не хотела, чтобы он был один. Но также я была заинтригована и для себя самой, хотела увидеть, о чем вообще шла речь. Я ожидала, что это будет обычная уличная драка между несколькими парнями, ради веселья, но это было... сильно. Все было организовано, и я могла сказать, что люди относились к этому очень серьезно. Не могла поверить, что подобное на самом деле существует, не только в фильмах.

Прожекторы на потолке освещали нарисованный на полу круг, вокруг которого собрались люди. Воздух был спертый, и пропитанный потом. Я держала голову опущенной и не отходила от Декса, когда он тянул меня через пугающую толпу к платформе на возвышении, откуда просматривался большой круг, на котором будет идти бой. Он помог мне забраться на возвышение и сказал оставаться на месте. Учитывая то, где я была, и что происходило вокруг, я должна была быть в ужасе, но почему-то я чувствовала себя в безопасности, когда Декс находился рядом. Даже в таком месте. Я знала, что он никогда не подвергнет меня опасности.

– Там ты будешь в безопасности, Лив. Что бы ни случилось, НЕ ДВИГАЙСЯ с места, пока я не приду за тобой после окончания боя, хорошо?

Я нервно кивнула, рада, что не нужно находиться в этой толпе. Ещё один парень, примерно того же возраста, что и Декс, запрыгнул на платформу рядом со мной.

– Не спускай с нее глаз, Риз, – сказал ему Декс, угрожающе взглянув. – Береги девушку и я обеспечу тебе хорошее шоу. Если с ней что-нибудь случится, следующий бой у меня пройдет с тобой.

– Без проблем, Портер, – прежде чем указать Дексу на большой круг, Риз быстро пожал ему руку. – Твой выход через пять минут. И лучше бы тебе выбраться оттуда.

Декс снял свою рубашку и бросил ее мне, оставшись только в старых джинсах и в рабочих ботинках.

– Наслаждайся шоу, – он подмигнул.

Мне внезапно стало страшно, когда я видела, как Декс шел по направлению к кругу и занимал место в нем. Парень, стоящий напротив него, был огромным – такой же высокий, как Декс, но точно килограмм на двадцать тяжелее, – а его взгляд внушал ужас. Он был не в такой хорошей форме, как Декс, и я надеялась, что это сработает в пользу Декса.

Посылая эхо по заброшенному зданию, прозвучал гонг, и бой начался. Мой взгляд был прикован к рингу, а живот скручивало от нервозности. На протяжении несколько секунд оба бойца кружили по рингу, изучая друг друга и ожидая, когда противник нападет. Первым пошел в наступление соперник Декса, целясь тому в бок и заставляя Декса отступить на шаг. Я ожидала, что Декс отомстит, но он не стал. Последовали ещё три удара и все попали в цель, но Декс все ещё ничего не делал, а просто смотрел, как противник бьет его.

Несколько минут спустя Декса все ещё избивали. Я не знала, сколько ещё смогу на это смотреть. Его нос и губа кровоточили, и каждый раз, когда кулак того парня касался тела Декса, я сжималась, все больше беспокоясь о том, сможет ли он выйти отсюда целым.

Когда я уже думала, что бой окончен и Декс проиграл, заметила, как в его глазах что-то изменилось, появилось что-то темное и опасное. Он выпрямился, и совершенно неожиданно бросился в атаку. Его мощное тело излучало убийственную силу и смертоносную точность, когда Декс атаковал противника.

Толпа обезумела. Возгласы и ликования звучали из каждого угла огромного здания. Но я могла сосредоточиться только на Дексе. Он весь вспотел, мышцы были напряжены, когда парень наносил удары по противнику, ни разу не засомневавшись или не замедлившись. Декс был сильнее и быстрее, чем все, кого я видела раньше.

Я была не из тех, кто хоть когда-нибудь оправдывал жестокость. Не смотрела реслинг, не увлекалась боевиками, и думала, что размахивание кулаками никогда ничего не решает.

Сейчас же я невольно почувствовала восторг, когда смотрела на Декса. Должно быть, это была обычная женская реакция на вид сильных, обнаженных мускулов, покрытых потом, так как я не вижу другого объяснения. Я даже не представляла, на что Декс был способен. Не могла решить, он был сексуальным или пугающим, но парень определенно меня завел.

Дурацкие гормоны.

Декс с легкостью выиграл бой, через несколько минут полностью уложив соперника. Когда объявили о его победе, Декс сразу же вернулся ко мне. Несмотря на травмы на его красивом лице, на губах царила вечная дерзкая ухмылочка. Посмотрев вблизи, я осознала, насколько сильными были повреждения, и надеялась, что по пути домой мы остановимся, чтобы доктор осмотрел парня. Но зная Декса, в это верилось с трудом.

Декс забрал у Риза свой выигрыш. У меня отвалилась челюсть, когда я увидела, какую пачку налички тот получил. Там было несколько тысяч долларов, но Декс вел себя так, словно это обычное дело. Он на всех боях столько зарабатывал?

Как я и ожидала, Декс отказался заехать в больницу по пути домой, вместо этого он позволил мне рулить, пока пил виски из бутылки, которую достал из бардачка. К тому времени, когда мы добрались к его дому, бутылка опустела где-то наполовину, и я выскочила из грузовика, чтобы помочь парню зайти в дом.

– Не волнуйся обо мне, Лив. У меня было и намного хуже, – пробормотал он. – Возьми мою машину, чтобы добраться домой, а утром я заскочу и заберу ее.

– Могу я, по крайней мере, помочь тебе обработать раны? – я пробежалась пальцем по ушибленным участкам его лица, заставив Декса вздрогнуть. – Ты же не хочешь, чтобы остались шрамы...

– Ты волнуешься о том, что мне подпортили сексуальную мордашку? – дразнился он, но позволил мне проследовать за ним внутрь.

Я никогда ещё не была дома у Декса. И здесь ничто не напоминало холостяцкую берлогу, как я думала. Дом был простым и привлекательным. Находился он прямо на пляже, достаточно близко, чтобы слышать шум волн. Мельком заглянула через стеклянные двери гостиной, и вид оттуда открывался невероятный.

Эми пояснила мне, что они оба с Дексом унаследовали недвижимость от дедушек и бабушек. Эми выбрала дом, который делила теперь со мной, а Декс жил в пляжном доме. Мне казалось, что именно Декс остался в выигрыше.

Я последовала за парнем в ванную комнату, где он вытащил аптечку из-под умывальника. Декс терпеливо сел, ни на минуту не отрывая от меня взгляда, пока я немного ухаживала за ним.

– Извини, сейчас будет немного щипать, – предупредила я, обрабатывая его порезы тампоном со спиртом настолько аккуратно, насколько это было возможно.

– Я справлюсь, – мягко ответил он, никак не показывая дискомфорта.

– Почему ты позволил ему так себя побить? – с любопытством спросила я, прикладывая мазь. – Ты, очевидно, дерешься лучше, чем он, так зачем допускать такое избиение, если его можно избежать?

– Эта боль – ничто. Я на нее не реагирую, – в его глазах отразилась печаль, но Декс спрятал ее за ухмылкой. – Кроме того, для хорошего шоу лучше, если я позволю противнику думать, что у него есть шанс. Люди не хотят смотреть односторонний поединок, и никто не захочет выступить против меня, если я каждый раз буду так легко их побеждать.

– То есть, ты говоришь, что никогда не проигрываешь?

– Никогда, – ухмыльнулся он.

***

Меня разбудил крик. Сквозь дымку сна я осмотрелась и поняла, что все ещё нахожусь в гостиной Декса. Когда я собралась уходить, было уже очень поздно, и я присела на диван, буквально на минутку. Должно быть, я уснула.

На нетвердых ногах я пошла к выходу из комнаты, когда услышала ещё крики, исходящие из спальни Декса. Прибавив шаг, я толкнула дверь его комнаты и увидела, как Декс мечется по кровати, а его глухие крики заполнили помещение. Парень разговаривал во сне, но слова путались. Все, что я могла разобрать, это «Тэдди, Тэдди!». Казалось, он был ужасно напуган. У меня разрывалось сердце из-за того, что Дексу было так больно.

Присев на край кровати, я медленно дотронулась до руки парня, шепча слова, которые, я надеялась, его успокоят.

– Шшш... все в порядке, Декс. Я рядом. С тобой все будет хорошо...

Его тело остановилось, крики начали утихать. Я легла рядом с Дексом и начала гладить его по спине в успокаивающем ритме. Так же, как моя мама успокаивала меня во время ночных кошмаров. Глубоко вздохнув, он притянул меня ближе и положил голову мне на грудь. Теплое дыхание Декса ласкало мою кожу.

На протяжении долгого времени я смотрела на него, мягко поглаживая по щеке, пока его дыхание не выровнялось, и Декс снова не уснул спокойным сном. Я задавалась вопросом, что преследовало его во снах и настолько пугало Декса. Он не говорил много о том времени в Ираке, но я знала, что многие люди возвращаются оттуда с посттравматическим стрессовым расстройством. И возненавидела саму мысль о том, что Декс страдает таким образом. Я продолжала обнимать его и успокаивать, пока сама не провалилась в сон.

Декс

Следующий взрыв сильнее, громче и ближе. Слишком близко. Звук просто оглушающий, меня отбрасывает к «Хамви» и прижимает к боку машины, а взрывная волна крутится вокруг меня. Дезориентированный, я падаю на землю. Все, что я могу слышать, это резкий звон в ушах, пока передо мной разворачивается эта сцена, словно немой фильм ужасов.

На мгновение, я словно в тумане, а потом мое тело сильно отбрасывает. Возможно, это адреналин, или просто боевая подготовка, но такое случается только в наихудших ситуациях. Я знаю только, что мои парни сейчас снаружи, и я должен отвести их в безопасное место.

– Чертова зачистка взрывает своих же! – кричу я, но из-за звона в голове едва слышу собственный голос.

Двигаюсь в сторону места взрыва и вижу, как один из моих парней продирается через черное облако дыма и пыли. Это Чейз. У него искалечены ноги, а мертвенно-бледное лицо перекошено от боли.

– Один ранен в бою, один ранен в бою! – кричу я в рацию, когда падаю на землю рядом с ним.

Здесь так много крови, что я не знаю с чего начинать. Избавляюсь от части его формы и туже затягиваю ее на бедре, чтобы остановить кровотечение, но я должен оттащить парня в безопасное место. Обхватываю его под плечами и тяну обратно к автоколонне.

– Жгут, нам нужен жгут! – кричу я медику, когда мы уже на месте. Чейз отчаянно жестикулирует мне, но я не слышу, о чем он говорит. Наконец, я разбираю одно слово: – Тэдди.

Вскочив на ноги, я бегу обратно в дым и прочесываю местность, в поисках любых его следов.

– Тэдди! Где ты Тэдди? – ору на пределе легких. Теперь я могу различить слабые звуки и, сквозь хаос, наконец, слышу его.

– Декс!

Пытаюсь двигаться в направлении его голоса, но я слышу только на одно ухо, второе же – бесполезное. Не могу точно определить, откуда исходит голос. Каждый раз, когда я думаю, что подбираюсь близко, теряю звуки вообще.

– Держись, дружище, я иду! – говорю я, но чем больше времени проходит, тем сильнее я беспокоюсь. В конце концов, я замечаю фигуру на расстоянии ста метров от меня и бегу к ней. Это Тэдди, но он не двигается.

Я падаю рядом с ним, хватая парня за руку.

– Тэдди, посмотри на меня. Ну же, чувак.

Глазами ищу ранение, мое сердце останавливается, когда я вижу огромный осколок у него в животе. Кровотечение слишком сильное, но я не могу вытащить его, или парень умрет через несколько секунд.

Он приоткрывает глаза и смотрит на меня полным страха взглядом.

– Мне нужен доктор! Приведите сюда чертова доктора! – отчаянно кричу я, сильнее сжимая его руку и наклоняясь ближе к Тэдди. – Держись, Тэдди, ты будешь в порядке. Только держись.

Его хватка на моей руке такая слабая, а тело начинает содрогаться так, словно парень впадает в шок. Я едва вижу, как он немного качает головой.

– Не втирай мне тут, Тэдди. Оставайся со мной, ладно? Ты мне нужен, приятель, оставайся со мной.

Мои слова остаются без ответа, когда его тело расслабляется, а рука становится вялой. И жизнь утекает из глаз Тэдди.

Сквозь тьму я слышу голос, который не принадлежит моим кошмарам.

– Шшш... все в порядке, Декс. Я рядом. С тобой все будет хорошо...

***

Я перекатился и открыл глаза, щурясь на ослепляющее солнце, которое светило через окно моей спальни.

Какого черта?

Я никогда не спал так долго, чтобы солнце пробивалось сквозь окно. Кошмары обычно будят меня задолго до рассвета, а сегодня ночью мне снился один, потому что я помню каждую яркую деталь, так почему же я не проснулся?

Я пробежался по ночным воспоминаниям и смутно вспомнил тепло чьей-то руки на моей руке. И голос... голос Оливии... он вытащил меня. Но была ли это реальность, или это было частью сна?

Я не хотел, чтобы это была правдой. Не хотел, чтобы она когда-либо видела меня в таком состоянии, но когда я заметил стакан холодной воды и пузырёк с обезболивающим на прикроватной тумбочке, понял, что она здесь была. Оливия нежно держала меня и успокаивала, пока я снова не уснул. Она обманула моих демонов и защитила меня от самого себя.

Хотя, она ушла, не то, чтобы я обвинял ее. Должно быть, она была до смерти напугана.

– ЧЕРТ! – закричал я, запустив стаканом в стену и разбив его. Оливия стала свидетелем единственной вещи в моей жизни, которую я хотел скрыть ото всех.

Обычно, после большого боя кошмары уходили, особенно если после него я топил себя в виски, но потом ничто не могло их остановить. Я не знал, это было из-за письма от родителей Тэдди, или из-за даты в календаре, но кошмары становились все хуже с каждым прошедшим днем.

Мне не нужно было смотреть на календарь, чтобы знать, какой сегодня был день. Этот день надвигался месяцами и, впервые за это время, он приносил мне боль.

11-го Июля.

День рождения Тэдди.

Я не мог забыть его, как бы ни старался. Сегодня будет первый раз более чем за двадцать лет, когда я проведу день рождения моего лучшего друга без него.

Теперь это стало всего лишь ещё одним болезненным воспоминанием.

Я натянул треники и кроссовки, и отправился на пробежку по пляжу. Тело работало на пределе возможностей, я отчаянно нуждался в адреналине, не останавливаясь, пока дыхания не перестало хватать, а сердце не начало колотиться в груди.

Из задней части книжной полки я достал спрятанную там фотографию в рамке. На фото были изображены мы с Тэдди в последний день базовой тренировки, все уже были одеты в обычную зеленую форму, но пока ещё развлекались с огромными улыбками на лицах. Мы жаждали выбраться оттуда и бороться за нашу страну. На лицах людей на этой фотографии нет ни капли страха – явный намек на то, что мы новички. У нас нет твердого взгляда человека, который знает, во что ввязался. Мы были двумя пехотинцами, желающими оставить свой след и стать частью чего-то большего, совершенно не в курсе, с чем нам придется столкнуться. Мы не представляли, что, на самом деле, значила война. Мы должны были бояться.

Если бы мы знали... поступили бы мы по-другому? Если бы кто-то сказал парням на фото о том, как все закончится, изменили бы они свой путь?

Глубоко внутри я знал, что, несмотря ни на что, мы бы ничего не поменяли. Также я знал, что если бы не поврежденные барабанные перепонки, вероятно, я был бы все ещё там. Вот какими мы были. По крайней мере, когда-то.

Человек, стоящий на фото рядом с Тэдди, был бесстрашным. Он был храбрым, уверенным и решительным. Теперь я едва ли был частью этого человека. Я был слабым и трусливым. Если бы Тэдди меня сейчас видел, ему было бы стыдно за меня такого.

Я схватил бутылку «Джека» и две рюмки из шкафчика, потом направился к своей машине. Настало время сделать то, что я до сегодняшнего дня боялся сделать.

***

Было тихо и спокойно. Ряды голых серых надгробий выступали над зеленой травой, служа напоминанием о нашей вечности и суровой реальной жизни. Здесь было удивительно мирное место, учитывая, что тут были похоронены сотни любимых людей.

В последний раз я был здесь на похоронах. Обычно, я избегаю боли, которую это приносит, предпочитая оставаться в оцепенении, но сегодня я позволю ей себя мучить. Мой друг заслужил, чтобы по нему скорбели, а моей заслугой была боль.

Я встал на колени перед надгробием, которое гласило:

ТЕОДОР С. ЭЛЛИС

КОРПУС МОРСКОЙ ПЕХОТЫ США

Любимый сын, брат и друг

Перед надгробием лежал свежий букет цветов, и я знал, что не я один сегодня о нем думал. Вытащил из кармана рюмки, поставил их наверху надгробия и наполнил до краев, прежде чем выпить свою.

– С днем рождения, дружище... – обратился я к его могиле, как будто он каким-то образом мог меня услышать, хотя я знал, что этого никогда не произойдет. – Мы никогда раньше не праздновали день рождения раздельно, и я не собираюсь нарушать традицию. Если бы ты все ещё был здесь, мы бы, наверно, пошли на рыбалку... или, что более вероятно, выпили бы бочку пива и притворились, что рыбачим. Не имеет значения, какой ерундой мы занимались, нам всегда было весело. Даже в военном лагере, который был едва ли не самым жалким моментом в нашей жизни, тебе каждый день удавалось вызывать улыбку на моем лице.

Повесив голову, неспособный даже взглянуть на его надгробие, я выпалил следующие слова.

– Мне так жаль, Тэд. Так чертовски жаль. Надеюсь что, где бы ты ни был, ты знаешь, что я бы отдал все, что угодно, лишь бы поменяться с тобой местами. Лучше бы это был я.

Я опрокинул стопку, легко опустошив ее, потом развернулся и ушел.

Глава 11

Оливия

Кроме короткой записки «Извини», которое получила сегодня утром, я ничего не слышала о Дексе со времени боя. Обычно мы переписывались весь день, даже когда работали, и теперь я волновалась о нем. У меня было чувство, что, чем бы он ни занимался, он ни с кем не хотел этим делиться. Декс замкнулся, и мне было больно думать, что он страдает в одиночку.

Всю вечернюю смену я провела, постоянно проверяя телефон в ожидании его ответа. Прошли часы после того, как я написала ему и спросила, как он. А также написала, что если вскоре ничего от него не услышу, то заеду к Дексу домой, когда закончу с работой.

В тысячный раз за этот вечер, проверив сообщения, я подняла взгляд и увидела, как Декс ввалился в ресторан и занял место за баром. На его челюсти красовался фиолетовый синяк, который он заработал во время последнего боя, но не это было самым шокирующим в его внешности.

Декс всегда появлялся передо мной в шикарном виде, но сегодня он выглядел... растрёпанным. Глаза были пустыми и безразличными, а его постоянная уверенная улыбка сменилась мрачной гримасой. Он не поприветствовал меня, когда я подошла и, казалось, не замечал и не узнавал никого вокруг. От обаятельной, веселой личности ничего не осталось. Вместо этого он тихо напивался в своем собственном мире. Декс казался... потерянным.

– Эй, Декс, – сказала я, наконец добравшись до него в перерыве между заказами. – Рада, что ты здесь. Я уже собиралась объявлять тебя в розыск.

– Ну, нет необходимости. Как видишь, я здесь, в целости и сохранности... – его невнятные слова сочились сарказмом, и он едва взглянул на меня, пока я говорила.

– Тогда ладно... – у меня не было слов. Очевидно, что Декс не хотел со мной разговаривать, или вообще с кем-то, так что я решила, что дам ему некоторое пространство, а пока закончу свою смену. – Я должна обслужить свои столики, а потом вернусь и посижу с тобой.

Он коротко кивнул. Я поняла, что это единственный ответ, который получу, и неохотно вернулась к работе.

Как только моя часть столиков опустела, я принялась убирать стойку раздачи. Один из наших завсегдатаев подошел ко мне. Тони был закоренелым алкоголиком и любителем пофлиртовать, но, по большей части, он был безобидным.

– Как дела, красавица? – спросил Тони, выпрямившись рядом со мной за стойкой.

– Нормально, Тони, работаю, – я отодвинулась от него и занялась наполнением емкостей для кетчупа. – Тебе что-нибудь принести?

Парень наклонился достаточно близко, чтобы я почувствовала запах алкоголя в его дыхании и улыбнулся.

– Ты можешь принести мне свой номер телефона.

– Хорошая попытка, – я рассмеялась без тени юмора. – Но боюсь, этого нет в меню.

– Оу, да ладно тебе... – он ещё приблизился и начал лениво водить пальцем по голой коже моего предплечья.

– Тони, нет... – предупредила я, легко толкая его в грудь, чтобы остановить. Очевидно, он немного перебрал с выпивкой, игнорируя мои отшучивания, так что мне пришлось сделать ему замечание.

– Она сказала «нет», так что убери от нее свои грязные ручонки, – позади меня возник Декс, испепеляя Тони убийственным взглядом.

– Эй, мужик, мы тут пытаемся поговорить, – возразил Тони, собственнически хватая меня за руку.

Он, в конце концов, отпустил меня, когда Декс внезапно оттолкнул его и швырнул к стене, сжав в кулаках рубашку парня, когда посмотрел на него сверху вниз.

– Если ты не отвалишь от нее, я вырву твои гребаные руки и засуну их тебе в задницу, – прорычал он сквозь сжатые зубы.

– Декс, остановись! – с беспокойством прокричала я, волнуясь о том, что Декс мог серьезно навредить Тони. Никогда ещё не видела Декса таким злым. – В чем, черт возьми, твоя проблема?

Декс повернулся ко мне и, увидев мой страх, ослабил хватку на рубашке очень испуганного Тони, позволив тому упасть на пол рядом со мной.

– Какая разница, – пренебрежительно выплюнул Декс. Он развернулся и вышел из ресторана, хлопнув дверью.

Я, ошеломленная из-за произошедшего, застыла на месте, пока смотрела, как он выходил. То, что Декс вспыльчив, не являлось секретом, но то, чему я только что стала свидетелем, было совершенно иным. Он всегда мог себя сдержать, но эта вспышка гнева была абсолютной потерей контроля.

– Эй, Мол, не возражаешь, если я уйду? – мне нужно было найти Декса, неважно хотел он со мной говорить или нет. Через что бы он ни проходил, я не могла позволить ему делать это в одиночку.

– Конечно, без проблем, – сказала она. – Мы все равно закончили.

– Спасибо, увидимся завтра! – сказала я, вытаскивая из-под барной стойки свою сумочку и спеша к выходу.

Сначала я направилась к пляжу. Было темно, но луна освещала небо, отражаясь от поверхности воды и отбрасывая достаточно света, чтобы видеть дорогу. Я нашла Декса, сидящим на песке, безучастно уставившись на водную гладь.

– Не возражаешь, если я присяду?

Он кивнул, но не поднял взгляд, когда я села рядом с ним, позаботившись оставить между нами немного пространства, чтобы не испугать его. Несколько минут мы просто сидели. Тишину нарушал только мягкий звук разбивающихся о поверхность пляжа волн.

– Ты же знаешь, что можешь поговорить со мной, верно? – наконец спросила я.

– Не о чем говорить.

– Наверно, ты считаешь, что я не пойму через что ты проходишь, возможно, так и будет... но, тем не менее, я могу выслушать и поддержать тебя, если ты мне это позволишь.

– Ты не поддержишь меня, если я расскажу тебе, – пробормотал он.

– Испытай меня.

Декс сделал глубокий вдох, пробежавшись руками по лицу.

– Сегодня день рождения моего друга, или... мог бы быть. Впервые за всю жизнь он не рядом со мной.

Он поколебался, и я успокаивающе положила ладонь на его руку, как бы поощряя Декса продолжать. Видела всю его внутреннюю борьбу и знала, как это тяжело для него.

– Мы с Тэдди с детства были лучшими друзьями, – начал он. – Мы вместе росли, вместе присоединились к пехотинцам, вместе отправились в Ирак, именно этого мы всегда хотели. Мы были членами отряда особого назначения и проводили разведку под прикрытием на вражеской территории. Но однажды ночью все пошло к чертям. Там, нас каждый день окружал хаос, но тогда все было по-другому... взрывы, один за другим, и, казалось, для нас уже все кончено.

– Той ночью наша автоколонна ехала по пустынной дороге, когда один из внедорожников наехал на мину, она сразу же сдетонировала. Нам всем удалось выбраться оттуда с незначительными травмами и, пока все прочесывали территорию в поисках дополнительных устройств, одно из них взорвалось. На этот раз взрыв произошел прямо в сосредоточии моих людей. Я был у внешней границы зоны поражения, так что не так сильно пострадал, тем не менее, меня немного побросало и хорошенько приложило головой. В ушах слышался звон, и такой чертовски громкий. Я ничего не слышал, но знал, что должен найти моих парней и отвести в безопасное место.

Декс повернулся ко мне, впервые с тех пор, как я села рядом, взглядом встретился со мной.

– На войне, особенно в таких подразделениях, как мое, мы каждый день сталкиваемся с подобным дерьмом, – мягко сказал он. – Страх... жестокость... кровопролитие... для нас это нормально. Для этого нас и тренировали. На войне нет места шоку и эмоциям. Наша работа – сосредоточиться на собственном выживании и сохранении жизней наших парней.

– Я пробирался через дым, искал своих парней. У первых двух, который я нашел, были осколочные раны, ранения серьезные, но не угрожали жизням. Чем ближе я подходил к месту взрыва, тем хуже все становилось. Следующим я нашел своего друга Чейза, ему оторвало ногу. Пока я нес его к медикам, парень пытался мне что-то сказать, но я слышал только одним ухом. Когда же я разобрал, что он произносил «Тэдди», забыл обо всех мерах предосторожности, которым я должен был следовать, и побежал прямо в зону взрыва. Я считал, что Тэдди не мог оказаться снаружи и все, чего я хотел, это только добраться до него.

Он обхватил руками голову и задрожал.

– Черт, я не мог найти его, – выпалил он. – Он звал меня, а я бегал кругами, тратя драгоценное время, потому что бесполезное тело подвело меня и чертовы уши не работали так, как надо. Когда я, в конце концов, нашел Тэдди и увидел, что он лежал там... его окровавленное тело, изувеченное осколками... было слишком поздно. Он тоже это знал. Я видел. Это был тот «взгляд», о котором говорят пехотинцы. Взгляд, который ты видишь на лице умирающего человека, он отображает все без каких либо слов. От одного взгляда ясно, что им страшно, он просит позаботиться об их семьях, он говорит, что они любят тебя, и умоляет никогда их не забывать. Это худший взгляд на свете и я видел его в глазах Тэдди. Я беспомощно сидел там и смотрел, как из него утекает жизнь, все это время зная, что во всем моя вина. Я должен был быстрее добраться до него. Если бы мы поменялись местами, Тэдди искал бы меня со скоростью разорвавшейся бомбы. Ранен или нет, он бы сделал все возможное, чтобы найти меня. А я его подвел.

Декс повернулся ко мне, слезы текли по его щекам, и только тогда я поняла, что он тоже плакал. Не сказав ни слова, я обвила его руками и держала, пока его тело не перестало сотрясаться. У меня болело сердце за него, за все, через что он прошел, но я не говорила, что мне жаль, или что это не его вина, потому что знала – не это он хотел услышать. Сейчас Дексу нужен был кто-то, способный выслушать и поддержать его, именно это я и собиралась сделать.

Не знаю, сколько мы находились в таком положении, но я бы осталась там даже на всю ночь, если Декс в этом нуждался. Когда мы наконец встали, я взяла его за руку, переплетая мои пальцы с его, и мы ушли с пляжа.

Не хотела оставлять Декса одного. Так как он все ещё был довольно пьян, я провела его домой и помогла забраться в кровать. Легла рядом с ним, никто из нас не произнес ни слова, пока, как мне показалось, он наконец не уснул. Когда я передвинулась, чтобы встать с постели, почувствовала руку на талии.

– Останешься со мной? – спросил Декс, умоляюще глядя на меня. – Когда ты рядом, Лив, все намного лучше. Ты заставляешь тьму отступить.

Я кивнула, откинула покрывало и забралась на кровать рядом с ним. Декс машинально притянул меня ближе и обернул вокруг меня руки. Границы начали стираться, но мне было все равно. Прижалась к Дексу и позволила ему обнимать меня, желая сделать все, что в моих силах, чтобы забрать его боль.

***

Мы все ещё находились в объятиях друг друга, когда я проснулась утром. Я обрадовалась, что у Декса не было никаких кошмаров. Он провел пальцами по моей руке, простое движение, из-за которого меня бросило в жар, и я готова была воспламениться.

– Извини, – тихо сказал Декс. – Обычно, я не позволяю людям видеть себя таким, но вчера, правда, был тяжелый день.

Я подняла голову, она покоилась на его груди, и встретилась с его взглядом.

– Ты не должен извиняться передо мной, Декс. Никогда. Со мной ты всегда можешь быть собой, и мы можем разговаривать о чем угодно. Никаких упреков.

– То, что я рассказал тебе... никому ещё об этом не рассказывал. Даже своей семье.

Я понимающе кивнула.

– На протяжении долгого времени после смерти мамы я ни с кем не разговаривала об этом. Было слишком больно. Когда я все же выговорилась, почувствовала себя так, словно камень с души свалился. Я знаю, что это не то же самое, но понимаю, как тяжело потерять человека, которого ты любишь. Мне все ещё тяжело говорить о маме, все ещё больно, но становится легче, когда есть кто-то, с кем можно поделиться наболевшим. Так что, чего бы это ни стоило... я рада, что ты рассказал мне.

– Я тоже, – сказал он, сильнее обнимая меня. – Спасибо... за то, что поддержала меня.

– Всегда, – улыбнулась я, сильнее прижимаясь к Дексу.

Декс

Через несколько следующих дней я твердо вознамерился оставить все это дерьмо позади. После разговора с Оливией мне стало лучше, даже если для этого мне пришлось расплакаться и стать слабым перед ней. Ожидал, что она будет с грустью и жалостью смотреть на меня, но этого не произошло. Когда я смотрел на девушку, видел только понимание. Она не пыталась давить на меня или успокаивать пустыми соболезнованиями. Оливия просто выслушала.

Я чувствовал, как внутри меня что-то изменилось; в том, как я смотрел на Оливию и в том, как я чувствовал себя, когда она находилась рядом. Она привлекала меня с самого начала, но теперь это было чем-то большим. Я чувствовал, как влюбляюсь в нее, и не знал, сколько ещё смогу оставаться просто другом и скрывать свои чувства.

После нашей длинной, эмоциональной ночи мы с Оливией решили отдохнуть от мучений и немного повеселиться. Мы разработали план, как собрать всех наших друзей вместе и поехать в Чарлстон. Нейт и Эми оба пришли, также как подруга Оливии – Нора и ее жених, Джейк, и ещё их друзья, Сьюзи и Итан. Несмотря на то, что мы только познакомились с друзьями Оливии, они показались крутыми ребятами, и мы действительно здорово проводили время. Посреди ужина – и несколько напитков спустя – мы, все, смеялись так, словно были знакомы на протяжении многих лет.

У меня не было настроения терять контроль, так что я держался подальше от крепкого алкоголя и остановился сегодня на пиве. К тому времени, как мы добрались до клуба, все уже были хорошенько пьяны, даже я чувствовал себя очень хорошо. Но в основном это было из-за Оливии. Она проявляла ко мне нежности больше, чем обычно – за столом сидела близко, шептала мне на ухо, клала руку мне на бедро. Я не знал из-за чего это – из-за того, что ее чувства ко мне тоже изменились, или скорее из-за алкоголя. Махнув рукой на причины, я сам украдкой прикасался к Оливии, сам флиртовал... пока она отвечала таким же флиртом.

Вечер пятницы, так что клуб был битком забит, когда мы добрались туда. Девушки сразу же направились на танцпол, танцевали в своем маленьком кругу и смеялись, как подростки. Я обожал наблюдать, как Оливия расслабляется. Она выглядела такой счастливой и беззаботной. Эти сияющие голубые глаза и ослепительная улыбка, я не мог оторвать взгляда от нее.

– Как давно вы с Оливией встречаетесь? – спросил меня Джейк.

– Мы не встречаемся. То есть, не в том смысле. Мы просто... друзья.

– Ну, ты мог бы обмануть меня. Возможно, скоро вы больше не будете «просто друзьями», – сказал он, допивая свое пиво. – А сейчас, если позволишь... я присоединюсь к своей девушке на танцполе.

Джейк пробрался через толпу, подошел к Норе из-за спины и обвил руками ее талию. Ее глаза засияли, когда девушка увидела своего жениха. Джейк наклонил голову к шее Норы, прошептав что-то ей на ухо и заставив улыбаться ещё шире. Они казались такими... счастливыми. Я задался вопросом, будет ли у меня когда-то что-то подобное – будет ли у меня настолько любящий человек. Который будет смотреть на меня так, словно я лучшее, что случилось с ним за весь день.

Итан и Нейт, в конце концов, присоединились к ним, и я был рад, что Нейт сжалился над Эми и танцевал с ней. Осталась только Оливия. И я заметил, что несколько парней, стоящих рядом, смотрели на нее, как стервятники, готовящиеся к нападению на жертву.

Черт, нет.

Я прикончил свое пиво, оттолкнулся от барной стойки и, лавируя в толпе, добрался до Оливии. Подошел к ней со спины и аккуратно положил руки ей на бедра, но оставил между нами немного пространства. Сначала я почти не держал ее, но когда девушка облокотилась на меня, моя хватка усилилась, и я притянул ее ближе, наслаждаясь сладким сексуальным запахом Оливии.

Она положила свои тоненькие ручки поверх моих, и я привлек ее к себе ещё теснее, околдованный ею. То, как сексуально девушка двигала своим маленьким телом напротив моего, немедленно пробудило мой член к жизни, но я не мог иначе. Она чувствовалась так чертовски хорошо. С каждым колебанием бедер Оливии и покачиванием ее попки, я становился все тверже и, уверен, она чувствовала это. Ожидал, что девушка в отвращении отойдет, но мое очевидное возбуждение, казалось, только поощрило Оливию танцевать ещё более соблазнительно и ещё больше вжиматься телом в меня.

Я простонал ей на ухо, заставив немного вздрогнуть, и почувствовал, что могу взорваться. Она хотела, чтобы я желал ее. Думаю, это завело ее, так что я решил не заморачиваться и просто наслаждаться. Когда развернул Оливию, чтобы она посмотрела на меня, девушка, не колеблясь, сцепила руки у меня на шее. Опустив руки, чтобы обхватить ее задницу, я прижал девушку к себе, толкнулся ей навстречу и дал почувствовать, насколько сильно я ее хотел. Из Оливии вырвался сексуальный стон, она пробежалась пальчиками по моему прессу и груди, а я не знал, сколько ещё смогу выдержать. Все в ней сводило меня с ума... Ее запах, то, как она прикасалась ко мне, ее сексуальные смешки, капелька пота, скатывающаяся по ее шее, и которую я хотел слизать языком с ее кожи... если был хотя бы призрачный шанс, что Оливия хочет меня так же, как я хочу ее, я знал, что воспользуюсь им.

Внезапно она посмотрела на меня, пробормотала что-то про то, что ей нужно подышать свежим воздухом, а потом отстранилась и направилась к выходу. Я подумал, что она убегает от меня, но Оливия послала мне кокетливую улыбку через плечо, не отрывая от меня взгляда, когда уходила.

Это было приглашение?

Прежде чем побежать за ней, я притормозил. Сейчас пришло время решить, хотел ли я этого, рискуя в процессе нашей дружбой. Никогда ещё никого так не желал, как ее, но я не хотел потерять ее, как друга. Несмотря на мои чувства к ней, я не был уверен, что готов к роли «парня». Смогу ли я стать тем, кем я нужен Оливии? Тем, кого она заслуживала? Что если я подведу ее так же, как подводил всех вокруг?

Глава 12

Оливия

Какого черта я делала?

Знала же, что послать Дексу этот дурацкий «догони меня» взгляд – ужасная идея, но посмотрим правде в глаза... алкоголь сделал меня смелой, и я хотела этого парня. Впервые я не думала о том, что будет завтра, послезавтра или на следующей неделе. Для меня был важен только этот момент. Прижаться к нему так близко и почувствовать его толстую эрекцию, упирающуюся в меня, когда Декс нарочно дал мне понять, как сильно хочет меня... Это так затуманило мне мозг, что я не могла ясно мыслить. Все сводилось только к огню в моем животе, который постоянно просил о большем.

Подумав, что Декс бросил меня здесь, я тут же почувствовала его присутствие за спиной и его руки, обвивающиеся вокруг меня.

– Ты сегодня сводишь меня с ума, Лив... Ты понимаешь это? – Декс прижался губами к моей шее и я не смогла сдержать стон, вырвавшийся из горла. – Тебе нравится это?

Мне удалось только кивнуть, а парень продолжил путешествовать губами по моей коже, облизывая и посасывая. Хватка Декса вокруг меня усилилась, когда я растеклась по его телу, переполненная ощущениями и едва способная находиться в вертикальном положении.

– Не могу перестать касаться тебя. Ты чертовски потрясающая. И ты скажешь мне, когда захочешь, чтобы я остановился.

– Не останавливайся. Пожалуйста, – умоляла я. Тело кричало, нуждаясь в его прикосновениях, а мозг больше не отвечал за слова, вылетающие изо рта.

– Где ты хочешь, чтобы я к тебе прикоснулся? – руками Декс провел по моим ребрам, задел грудь и остановился на бедрах. – Здесь? – он провел губами дорожку вниз по шее и по плечу, а я отчаянно желала почувствовать его руки на себе.

Когда он вернул свою руку на мой живот, а потом подобрался к груди, я выгнулась дугой, ища его прикосновения, пока Декс не сжал мою грудь. Большим пальцем он дразнил через ткань мой напряженный сосок. Спиной прижалась к его твердости, и парень зарычал, опуская руку к верхней части моего бедра и забираясь под подол платья, всего в нескольких сантиметрах от того места, где я так нуждалась в нем.

– Как насчет этого? – прошептал он, проводя пальцами по краю моих трусиков. – Это местечко нуждается в моем внимании?

– Да, – задыхаясь, кивнула я.

Наконец, его пальцы достигли своей цели, потирая меня через шелковую ткань трусиков. Я громко застонала, потянувшись рукой за спину и обернув ее вокруг шеи Декса. Откинула голову назад и прижалась губами к его горлу.

– Черт, Лив... Ты такая влажная, – он пробрался в мои трусики, проведя своими умелыми пальцами по горячей плоти. – Я должен отвезти тебя домой, чтобы уделить этой потрясающей киске все свое внимание, – одной рукой Декс обнял меня, а другой обхватил грудь. – И я собираюсь целовать эти удивительные груди, и облизывать соски, пока ты не кончишь.

Теперь мое тело практически пульсировало от потребности в освобождении. Я не была уверена, что смогу ждать, пока мы доберемся до его дома, даже если он был всего в пятнадцати минутах отсюда. Потерлась своей задницей о его напряженную длину, но ощущение его эрекции только сильнее завело меня.

Декс перестал меня обнимать, но прежде чем я успела возмутиться, он повернул меня лицом к себе и обрушил свой рот на мои губы. Языком он скользнул мне в рот и яростно переплел его с моим, когда обхватил мою задницу и поднял меня вверх. Руки и ноги автоматически обвились вокруг него, пока Декс нес меня к грузовику, ни на минуту не отрываясь от моих губ. Он толкнул меня к дверце машины, прижавшись эрекцией прямо к моему центру. Отчаянно нуждаясь в разрядке, я сильнее обхватила Декса ногами и раскачивалась на его невероятно твердой длине, громко вскрикивая, когда он толкался именно туда.

– Нам нужно сейчас же отсюда выбраться, – простонал он. – Иначе я заставлю тебя кончить прямо здесь. И я ненавижу, что кто-то может услышать, как сексуально ты кричишь, когда я это делаю, – открыв дверь машины, Декс усадил меня на пассажирское сидение. – Жди здесь, детка. Я пойду внутрь и скажу остальным, что мы уходим. Не двигайся.

Декс

Схватив сумочку Оливии, я спешно попрощался со всеми. Обратно к своему грузовику я спешил, как только мог – со стояком – и, усевшись, вырулил с парковки. Я немного волновался, что пока был в баре, Оливия могла изменить свое мнение о том, чем мы занимались, но она подвинулась на сидении и прижалась ко мне. Она начала целовать мою шею и потянулась к ширинке, поглаживая меня через джинсы, из-за чего я чуть было не съехал с дороги.

– Боже, ты убиваешь меня, – простонал я, вжимая в пол педаль газа.

– Ты такой большой... и твердый, – хихикала Оливия, коварно смотря на меня и продолжая поглаживать мой сейчас просто каменный член.

– Ну, мой член тебя просто обожает, – я сильнее прижал ее руку к выпуклости на штанах и провел ею по каждому сантиметру разбухшей плоти, давая Оливии почувствовать, что она делала со мной.

Она наклонилась, прикусив мочку моего уха, когда зашептала.

– Хорошо, потому что я возбуждена, – девушка снова хихикнула.

Из-за этих слов, вылетевших из ее рта, я захотел остановиться и прямо там похоронить себя в ней. Очевидно, Оливия была пьяна сильнее, чем я думал. Если бы я был лучше, чем есть на самом деле, возможно, остановил бы это, но я слишком далеко зашел. Я нуждался в ней. Безумно.

Когда мы наконец добрались до моего дома, я выпрыгнул из грузовика и практически внес ее в спальню. Снова прижался к ней в поцелуе, наслаждаясь ощущением мягких, идеальных губ и гармоничным танцем соединенных языков. Я стал зависим от этого рта и не мог дождаться, когда узнаю, везде ли Оливия такая сладкая.

Девушка руками нашла подол моей рубашки, сняв ее через голову, а я, не теряя времени, стянул с ее тела это сексуальное маленькое черное платье. Отступив на шаг, я мгновение полюбовался стоящей передо мной красавицей.

– Ты чертовски восхитительна, Оливия, – на ней были черные кружевные трусики и такой же лифчик, поддерживающий ее прелестные сиськи, и я чуть не умер от желания накрыть их ртом. Вдруг у меня появилось желание ущипнуть себя и убедиться, что это реальность, а не самый потрясающий сон в моей жизни.

Я шагнул к Оливии, запустив руки ей в волосы, когда прянул к себе и прикоснулся к ее губам в мягком поцелуе. Девушка пробежалась руками по моей груди и животу и, остановившись на поясе моих джинсов, расстегнула пуговицу и молнию. Я сбросил их и подтолкнул к кровати. Уложил Оливию на матрас и встал перед ней на колени.

Когда я начал прокладывать поцелуями дорожку под ее грудью, Оливия потянулась за спину и расстегнула лифчик, отбросив его в сторону и освободив самые безупречные груди, которые я когда-либо видел. Минуту я жадно смотрел на них, а потом накрыл своим ртом и рукой, разминая и втягивая сосок в рот.

– О, Боже... – простонала она, просунув руку в боксеры и обернув руку вокруг моего члена.

– Черт... – прошипел я, когда она начала поглаживать меня вверх и вниз. – Если ты продолжишь так делать, то я кончу прямо сейчас, детка.

– Такие хорошие ощущения, Декс. Я хочу почувствовать тебя, – она убрала руку и притянула меня к себе. Я разместился между ее бедрами, а Оливия обернула вокруг меня свои длинные ноги так, что моя эрекция оказалась прямо напротив ее киски, прижавшись к ней через тонкий слой одежды, которая разделяла нас.

Я толкался напротив нее, мучительно медленно, желая, чтобы она почувствовала каждый сантиметр меня.

– Как ощущения, детка? Ты чувствуешь, как сильно я хочу тебя? – Оливия застонала, сильнее сжав вокруг меня ноги и царапнув мою спину, так как пыталась притянуть меня как можно ближе.

– Я хочу тебя внутри, – умоляла она.

Боже, как долго я мечтал услышать, как ее губы произносят эти слова? Большего я никогда и не хотел, но по какой-то причине, это не казалось правильным. По крайней мере, сейчас. Оливия была пьяна и, хотя она сказала, что хотела этого, я не хотел, чтобы алкоголь влиял на ее решение, я хотел, чтобы она желала меня так же, как я желал ее – без вопросов, без колебаний, без сомнений.

– Лив, я никого никогда не хотел сильнее, чем тебя, и даже если единственное мое желание – это прямо сейчас похоронить себя внутри тебя, я не могу. Не сейчас... когда ты пьяна и есть шанс, что позже ты можешь пожалеть об этом.

– Ну же, Декс, когда это тебя вообще останавливало?

– С тех пор, как появилась ты, – я убрал волосы с ее лица, роняя поцелуи вдоль ее шеи и прижавшись ртом к уху Оливии. – Ты другая, Лив. Когда я, наконец, погружусь в твое желающее тело, хочу, чтобы ты почувствовала все. Хочу, чтобы ты осознавала каждое прикосновение... отвечала на каждое движение... запомнила каждую секунду... и я хочу, чтобы ты хотела этого.

– Я хочу этого, – захныкала она. – Ты мне нужен...

– Я – твой, не волнуйся. Я хорошенько позабочусь о тебе, сладкая Лив.

Я прошелся губами по ее мягкой коже, поцеловав ложбинку между ее грудями и на животе, когда я скатился с тела девушки. Схватил ее трусики и медленно стянул их. Отбросил в сторону, когда встал на колени перед Оливией.

Я пробежался ладонями вверх по ногам Оливии, мягко раздвигая их и открывая ее для себя. Я не отрывал от глаз от девушки, когда ласкал гладкую кожу внутренней стороны ее бедер, а потом обрушил рот на ее влажную киску. Я дразнил ее языком, наслаждаясь вкусом Оливии, когда прижал губы к коже и лизал чувствительную плоть.

– Ах, да... – выкрикнула она, сжав в кулаках простыни и выгнувшись дугой на матрасе.

От этих сексуальных звуков и ее ответа на мои действия я завелся ещё сильнее, и чуть не кончил. Когда громкие стоны Оливии превратились в бесстыдные мольбы, я наконец сдался, облизывая и посасывая, пока ее тело не застыло и девушка не вскрикнула в освобождении.

Но я ещё не закончил с ней. Так продолжалось, пока она не кончила во второй раз. И когда Оливия была усталой и насыщенной, я остановился. Я отказался от ответной услуги, просто укрыл девушку одеялами и поцеловал в лоб. Сегодняшний вечер был только для нее, и она чувствовала себя хорошо. Несмотря на мою болезненную эрекцию, все прошло так, как я хотел. В качестве альтернативы я выбрал душ. Обернув руку вокруг члена, я воспроизвел в голове эту ночь – все ощущения рядом с ней, ее вкус, издаваемые ею звуки – и почти сразу же кончил.

Оливия уже уснула, когда я вернулся в постель. Не хотел ее будить, так что забрался на кровать рядом с ней и прижал девушку ближе. Я изумился, каким потрясающим было чувство.

Глава 13

Оливия

Я собрала разбросанную по комнате Декса одежду и быстро оделась. Как бы ни было приятно просыпаться рядом с Дексом, когда я вспомнила прошлую ночь и утреннюю реальность, автоматически впала в панику. Было очень стыдно от того, как я набрасывалась на парня, и хотелось убраться из квартиры до его пробуждения.

Последний раз посмотрев на Декса, на его обнаженное тело, завернутое в простыни и на привлекательное лицо, такое умиротворенное во сне, я быстро улизнула из спальни. Прокралась через гостиную, разыскивая свою сумочку, и во что-то врезалась. Громкий шум эхом разнесся по всей комнате.

– Черт! – полушепотом выругалась. Я попыталась как можно скорее выскочить за дверь.

– Лив? – позвал из спальни голос Декса, и я услышала скрип матраса, когда он встал. – Ты в порядке, детка?

Я застыла, мимолетом подумав выбежать из квартиры на максимальной скорости, чтобы не столкнуться с ним.

Он появился в дверях, в одних боксерах, и от его вида мое идиотское сердце бросилось вскачь.

– Куда ты собираешься? – голос Декса был хриплым ото сна. – Возвращайся в постель.

– Я-я должна идти на работу, – заикалась я, указывая на дверь.

– Всего шесть... Возвращайся в постель, и мы правильно начнем наш день, – он соблазнительно ухмыльнулся и двинулся в мою сторону. – Потом мы можем позавтракать или ещё что-то.

– Мне действительно нужно идти, – пробормотала я, пятясь к двери. – Прости за прошлую ночь, думаю, я была очень пьяна. Как ты смотришь на то, что мы пропустим неловкость и притворимся, что ничего никогда не было?

– Ты хочешь притвориться, что ничего не было? – его лицо выражало замешательство, и боль.

– Ага, это была глупая ошибка. Нет нужды заострять на этом внимание, – я пыталась отшутиться, но слова были вынужденными, и я не могла смотреть Дексу в глаза. – Кроме того, я думала, что случайные связи – это твоя специальность? Ты ведь никаких чувств ко мне не испытываешь? – неловко рассмеялась, игнорируя огромный ком в желудке.

Лицо Декса застыло, и само поведение изменилось от боли к злости.

– Если произошло именно это, тогда ладно.

– Друзья?

– Верно. Друзья, – прошипел он, развернулся и пошел обратно в спальню, хлопнув за собой дверью.

***

Живот скручивало в узел всю мою смену в аквариуме, и я чувствовала себя... сбитой с толку. Я помнила боль, которую видела в выражении лица Декса, и мечтала стереть ее.

Думала, что облегчу ему жизнь своим решением притвориться, что ничего не было. Я позволила ему выкрутиться. Декс был заинтересован только в том, чтобы хорошо провести время. Если я позволю себе верить, что может быть что-то большее, то все закончится моим разбитым сердцем. Уверена, что он тоже этого хотел, но и Декс был пьян, а я беззастенчиво вешалась на него.

Я не могу потерять Декса. Я слишком забочусь о нем. Хочу, чтобы он был в моей жизни. Чувства, влияющие на мое мнение, были обычным результатом невероятной ночи, которая у нас была, и я не могла позволить им помешать мне. Декс, должно быть, чувствовал то же самое, ведь – давайте не забывать об этом – он отверг меня! Декс, который переспал с каждой женщиной в поле видимости, отверг меня, когда я сказала, что хочу его внутри. Воспоминание заставило мои щеки смущенно покраснеть. Решение забыть эту ночь было совершенно правильным.

Тогда почему Декс казался расстроенным? Он вел себя так, словно ему действительно было больно, когда я назвала произошедшее ошибкой. Не то, чтобы он пытался опровергнуть мои слова, конечно.

«Я – твой, не волнуйся. Я хорошенько позабочусь о тебе, сладкая Лив».

Слова Декса эхом пронеслись в моей голове, заставив сомневаться во всем. Возможно ли, что у него появились ко мне реальные чувства? И что бы это значило?

Я не могла начать новые отношения. Мне нужно было добиться собственной независимости. Стоит ли упоминать, что на пальце ещё осталась полоска не загорелой кожи от обручального кольца! Я только порвала продолжительные отношения с мужчиной, за которого собиралась выйти замуж. И не могла обдумывать начало новых. Каким же человеком это меня делает? Не то, чтобы у меня ещё остались чувства к Стивену – парень был лживой свиньей – но я была не таким человеком, чтобы прыгать от одних отношений к другим.

Одно я знала точно. Я не была готова открыться и рискнуть своим душевным равновесием. И каким бы удивительным ни был Декс, «он разобьет тебе сердце» было написано у него на лбу. Такую боль я не могла вынести. Куда бы он ни пошел, везде у него была масса доступных женщин. Как – и зачем – ему оседать ради одной? Декс не заводил отношений, а я не занимаюсь случайным сексом. Все было очень просто.

«Я – твой».

Я выбросила его слова из головы. Они только сильнее запутывали меня. Не помогало и то, что всю ночь они постоянно прокручивались в моей голове. Слова, которые он шептал и то, как он прикасался ко мне... я была такой взвинченной, что пришлось пойти в ванную и плеснуть на лицо холодной води, чтобы успокоиться. Каким-то образом, мне удалось заняться лучшим сексом в своей жизни, вовсе не занимаясь им.

Я не была уверена, что когда-нибудь смогу посмотреть на него, не подумав о прошлой ночи и не захотев все повторить. Часть меня всегда будет желать, чтобы у нас могло быть что-то большее. Я знала, что не могла потерять дружбу Декса, но могла ли я оставаться с ним только друзьями?

Голова шла кругом. В такие моменты я хотела, чтобы мама была ещё жива. Она всегда знала, что сказать, чтобы помочь мне справиться с внутренней борьбой. Я скучала по нашим разговорам. Скучала по тому времени, когда у меня был человек, любящий и поддерживающий меня, всегда и во всем. Во всех моих ошибках, сомнениях и страхах. В любой ситуации. Бывали времена, когда я чувствовала, что у меня никого нет, и я ненавидела это чувство полного одиночества.

«Тем весомее причина сохранить дружбу так, как есть», – со вздохом подумала я, укрепляя свою решимость.

С Дексом я пересекла черту, которую никогда не намеревалась пересекать, и теперь мне нужно было отыскать путь назад. Я только надеялась, что наша дружба ещё подлежала ремонту.

Декс

Я уставился на осыпавшуюся штукатурку вокруг дыры, размером с кулак. Она образовалась от моего удара в стену после ухода Оливии. Это было логично, учитывая, что я чувствовал себя так, словно вся моя жизнь разваливалась на кусочки, оставляя зияющие дыры, которые я никак не мог заполнить.

Прошло немного времени, прежде чем я смог унять свой гнев с помощью подобного отвлечения, но, опять-таки, я никогда раньше не сталкивался с таким отказом. Для меня это было абсолютно новым ощущением – такая смесь злости, боли и непонимания. И я не знал, как с этим справиться.

Я натянул спортивные шорты и кроссы, и направился на пляж, на пробежку. Справляться с эмоциями так, как я умел. Примерно через десять километров мой гнев отошел на задний план, но я все ещё пребывал в самом сильном за всю жизнь замешательстве.

Думал, что мы с Оливией наконец-то двигались в правильном направлении. Наконец-то были там, где должны были быть. Но теперь нас отбросило далеко назад. Пожалуй, все выглядело так, словно мы двигались в обратном направлении. Один шаг вперед, два шага назад. Обескураживающий шаблон, который я не знал, как сломать.

Так как бег и саморазрушение не слишком помогало, я решил, что мне нужно отвлечение. В голову пришла только починка машин, так что я пришел на работу пораньше, раньше всех, даже раньше Нейта.

Я был по локти в машинном масле старой «Dodge Charger», когда Нейт вошел в гараж. Он держал в руке чашку кофе и весело насвистывал.

– Пришел пораньше? – спросил он.

– Не спалось.

– Учитывая, как вы с Оливией танцевали прошлой ночью, а потом сбежали от нас, я не удивлен, что тебе не спалось. Вы двое наконец-то вместе?

Я не собирался врать ему об этом, и Нейт принял мое молчание за согласие.

– Без шуток, серьезно? – удивленно сказал он. – Пора бы уже. Рад за тебя, бро.

Я выкатился из-под машины и сел, схватив тряпку, чтобы вытереть руки.

– Не слишком радуйся. В соответствии со словами Оливии, это была ошибка. Она хочет притвориться, что ничего не было.

– Что насчет тебя? Ты считаешь это ошибкой?

– Раньше – нет, но теперь я не знаю, что и думать, – я пожал плечами. – Я думал, что она на одной волне со мной. Очевидно, я ошибался.

– Возможно, ее смущает сама ситуация. То есть, она только что порвала отношения и кардинально изменила свою жизнь. Может, Оливия боится совершить ещё одну большую перемену. Очевидно, что у нее есть к тебе чувства, хотя – это может заметить любой, у кого есть глаза. Дело в том, как заставить ее признать их... это будет нелегко, потому что Оливия решила быть сама по себе.

Я обдумывал все, что сказал Нейт и, удивительно, но он был чертовски прав.

– Когда ты стал таким умным?

– Кое-что я позаимствовал у Эми, – он ухмыльнулся. – Мы как-то говорили о твоей ситуации.

– Деятели, – ухмыльнулся я. Моя сестра обожала совать свой нос туда, куда не следовало. Хотя она давала весьма хорошие советы. Нужно отдать ей должное.

– Так, главный вопрос – что ты к ней чувствуешь... готов ли ты отказаться от секса без обязательств и случайных женщин, и быть рядом с Оливией, в качестве кого бы ты ей не понадобился. Потому что если ты не можешь этого сделать, все оставшееся не имеет никакого значения.

Я уже очень давно не думал о других женщинах, но не об этом я волновался. Трудность заключалась в том, смогу ли я справиться со своими проблемами и стать тем человеком, в котором она нуждалась.

– Оливия отличается ото всех, кого я раньше встречал. Из-за нее я хочу измениться... стать лучше, – ответил я правду. – С ней не сравнится никто. Знаю, она заслуживает кого-то лучше меня, но сама мысль, что с ней будет другой, разрывает меня на части. Для нее я сделаю все, что угодно.

– Ну... так держать. Думаю, ты готов.

– Как мне заставить ее признать чувства ко мне?

– Дай ей время. Она одумается.

Просто сидеть и ждать – не в моем духе. Я был человеком действия, заставляя все вокруг работать. Всю свою жизнь я ждал такую, как Оливия. И не мог просто сидеть, и ничего не делать, пока она ускользала через пальцы.

– Что, если ты ошибаешься, и у нее нет чувств ко мне? – спросил я.

– Это риск, на который ты должен пойти. Ради этого ведь стоит рисковать?

Без сомнения.

Глава 14

Оливия

Той ночью в баре было полно народу. Смена официантки в вечернее время сразу превратилась в работу барменши на весь остаток ночи. В будни здесь была толкучка, но, очевидно, сейчас это было нормально, так как наступили суматошные летние месяцы. Несмотря на все истощение, я была рада, что есть чем заняться. Это было желанным отвлечением от мыслей, что съедали меня весь день.

Со времени моего ухода утром я ничего не слышала о Дексе. Но учитывая то, как мы расстались, это не выглядело удивительным. Тем не менее, я поняла, что скучала по тем случайным, глупым сообщениям, который он мне присылал. Не имеет значения, насколько неудачным у меня был день, я всегда могла рассчитывать на то, что Декс заставит меня улыбаться.

Когда мысли ускакали к более сексуальным картинкам с прошлой ночи, я подняла взгляд и увидела, как Декс зашел в бар. Он выглядел так, словно ожила каждая моя фантазия. Я чувствовала, как по щекам поднималось тепло, как будто мои озорные мысли были написаны у меня на лице.

Прежде чем равнодушно подойти к бару, он поприветствовал нескольких людей. Потом изобразил большую улыбку и сделал вид, что ему наплевать на весь мир.

– Эй, Лив. Как дела? – спросил он, шлепнувшись на стул рядом со мной.

– Хорошо... эм, а у тебя? – заикалась я, совершенно растеряна из-за его непринужденности.

– Не жалуюсь.

Мы перекинулись парой слов, совершенно избегая очевидное и тот факт, что его голова находилась у меня между ног менее чем двадцать четыре часа назад. Я отчаянно пыталась выглядеть как можно нормальнее, несмотря на бабочки в животе и распространяющееся по телу напряжение. Это все было нехорошо. Наш разговор был вынужденным, и Декс был более сдержанным, чем обычно. Не было игривых комментариев, робких улыбок, или предлогов, чтобы ко мне прикоснуться... и я скучала по этому. Такое поведение мне не нравилось. Возможно, случившееся между нами было слишком важным, чтобы притворяться, что этого не произошло. Может, мы должны были поговорить об этом, если собирались когда-нибудь отпустить тот факт.

Прежде чем я смогла что-то сказать Дексу, меня позвала группа людей с другой стороны бара. Сделав, казалось, дюжину напитков, я вернулась и обнаружила грудастую брюнетку, сидящую на стуле рядом с ним. Ее платье почти не оставляло простора для воображения, а наклонилась она к Дексу так близко, как могла, выпятив грудь и практически тыкая сиськами ему в лицо.

Я пристально смотрела на нее, пока шла к тому месту, где они сидели. Меня раздражало, что стоило отойти на пять минут, и рядом с Дексом сразу выстраивался парад из шлюх. Я ошибочно посчитала, что когда вернусь, он отошлет ее, ведь обычно парень так и делал. Но я возненавидела тот факт, что мне стало больно, когда Декс не выгнал ее.

– Бренди, это Оливия, – представил Декс меня. – Она – мой хороший друг... верно, Лив?

Он нарочно посмотрел на меня, когда сказал «друг», словно позволяя мне исправить его.

– Да, все верно, – огрызнулась я, задаваясь вопросом какую игру он затеял. Я не знала, он хотел доказать свою точку зрения или просто вернулся к стилю жизни придурка. Неуверенная часть меня гадала, была ли я для него только своеобразным вызовом.

Мы с Бренди продолжали перебрасываться злобными взглядами, пока она не ушла в уборную. Декс все также сидел, весь такой невозмутимый, делая вид, что не происходило ничего необычного. Что только сильнее раздражало меня.

– Вернулся к охоте на барный мусор, как я погляжу.

– А что ещё делать одиноким парням? – сказал он с довольной улыбкой. – Ты предпочла бы, чтобы я не я этого не делал?

В его глазах я видела вызов. Декс хотел моего признания в ревности... что я испытывала к нему чувства. Но зачем? Что он, черт возьми, хотел доказать? Какую бы больную игру он не затеял, я не собиралась позволить ему выиграть. Не было никакого шанса, что я доставлю ему такое удовольствие, признавшись в чем-то, когда Декс вел себя, как полный козел из-за этого.

– Мне без разницы, делай, как знаешь, – я упрямо улыбнулась в ответ. Он хотел играть в детские игры? Ладно. Я тоже могу играть.

Мы взглядами сверлили друг друга поверх барной стойки, оба отказывались сдаваться. Когда Бренди вернулась, Декс поднялся и схватил ее за руку.

– Давай, детка, пойдем танцевать.

Когда он потянул ее на танцпол, девушка бросила мне через плечо огромную, счастливую ухмылку из-за которой мне захотелось вырвать. Вскоре они изгибались и потирались друг о друга: ее спина прижалась к груди Декса так же, как прошлой ночью к ней прижималась моя спина, когда мы вместе танцевали. Когда шлюха нагнулась, положив руки на колени, и потерлась своей задницей о ширинку Декса, мой желудок скрутило в узел. Я почувствовала себя так, словно сейчас упаду в обморок. Продолжала напоминать себе, что он всего лишь добивался от меня признания, и я не должна беспокоиться об этом, но у меня не получалось.

С каждой песней их отвратительное представление на танцевальной площадке становилось хуже, пока они просто не начали в толпе заниматься сексом через одежду. Их потные тела так тесно прижимались друг к другу, что сложно было сказать, где заканчивалась одна шлюха и начиналась другая. Я пыталась на них не обращать внимания, но прямо передо мной происходило стихийное бедствие, на которое я не могла не смотреть.

Когда они наконец-то решили глотнуть воздуха, Декс неторопливой походкой направился ко мне, а Бренди остановилась, чтобы поговорить с подругой.

– Эй, Лив, будешь умницей и принесешь мне воды?

– Я думаю, на самом деле, тебе нужен душ, – прошипела я. – Ты весь в вонючем поту.

– Какая ты сегодня раздражительная, – усмехнулся он, облокотившись на бар. – Интересно, почему...

– Нет, меня просто тошнит. Можешь предупредить меня, прежде чем приступишь ко второму раунду? Чтобы я могла пойти в помещение для персонала и выколоть себе глаза? Спасибо.

– Ты ревнуешь, Лив? Ты ведь знаешь, что я весь твой, если только захочешь. Только одно твое слово и она уйдет, – облокотившись на бар, Декс потянулся и провел пальцами по моей щеке.

Пребывая в ярости, я отпрянула от его прикосновения.

– С чего ты взял, что я хочу тебя? Меня от тебя тошнит. Возвращайся к своей тупой шлюхе и оставь меня, черт возьми, в покое.

Улыбка Декса исчезла, боль тенью пробежала по его лицу. Но на этот раз я не чувствовала себя плохо. Парень действительно думал, что таким образом сможет меня обыграть? Что он будет вести себя, как придурок, и я упаду к его ногам?

Декс никогда не изменится. Таким он был. Бредовая была идея считать, что с ним были возможны какие-либо отношения.

Не сказав ни слова, он развернулся и направился к Бренди. Прижав ее тело к своему, Декс обрушил свои губы на ее и начал яростно целовать девушку.

Ощущение, словно меня ударили в живот. Слезы обожгли глаза, и я не знала, вырвет меня или я все-таки заплачу. Я поспешила к черному входу, прежде чем вырвался первый всхлип.

Такая боль была для меня в новинку. Такого я ещё никогда не чувствовала, даже когда узнала, что мой жених спал с другой женщиной... а мы были вместе четыре года! Мы же с Дексом были вместе едва одну ночь, так почему же мне так больно?

Хотя это было по-другому. Больнее было от того, что Декс знал меня – действительно знал. Я разрушила стены и позволила ему увидеть меня настоящую. И это привело меня в ужас. Быть отвергнутой человеком, который едва знал настоящую тебя – это одно, но когда тебе причиняет боль человек, которому ты доверяла настолько, что раскрылась перед ним... это совершенно другое.

Я вышла на свежий воздух, глубоко вдыхая и пытаясь вернуть самообладание. Каждый раз, когда думала о его руках вокруг нее, их поцелуе – о тех же руках, которые обвивались вокруг меня, о тех же губах, которые приникали к моим – по щекам текли новые слезы.

Я сомневалась в Дексе, потому что он слишком хорошо меня знал, и каким-то образом ему удалось меня разрушить. Вот что происходило, когда я впускала людей в свою жизнь. И так случалось всегда. Мой отец, Стивен и теперь Декс. Все, что они делали, это причиняли мне боль и уходили.

Декс

Краем глаза я увидел, как Оливия застыла. Она побледнела и глаза наполнились болью, когда девушка развернулась и выбежала из бара.

Мое сердце остановилось.

Я сразу же понял, что зашел слишком далеко и на самом деле все испортил. Я даже не собирался этого делать, но когда услышал, как Оливия сказала все то дерьмо об отвращении и нежелании быть со мной, я так взбесился и стало так больно, что я просто сорвался. Ни о чем не думал. Все, чего я в тот момент хотел, это ранить ее так же сильно, как она ранила меня.

Но ее взгляд... дерьмо. Из-за него у меня разрывалось чертово сердце. Боль в ее глазах, ее злость и грусть... Я никогда не хотел этого. Этот взгляд причинял больше боли, чем разрывающий тело осколок мины.

Я оторвал рот от шлюхи, которую целовал, и отстранился.

– Куда ты собрался, детка?

– Отвали от меня, я должен идти, – я толкнул ее в руки какого-то парня, стоящего рядом. – Дерзай. Держу пари, он трахнет тебя.

Проигнорировав ее шокированное выражение лица, я пулей вылетел из бара. Хотел найти Оливию, но знал, что я был последним человеком, которого она хотела видеть. Я не хотел ещё больше ухудшать положение, поэтому гулял, не смотря куда на самом деле, шел. Просто пытался проветрить голову.

Я видел перед собой только взгляд Оливии.

***

Я сел на капот машины Оливии, ожидая окончания ее смены. Не знал, как долго я там проторчал – может, несколько часов – но я не хотел возвращаться домой, прежде чем поговорю с ней. Все вышло из-под контроля, и я не мог это остановить. Чувствовал себя слабым. В пехоте нас учили действовать по обстоятельствам и возвращать контроль, когда что-то шло наперекосяк. Когда ты теряешь преимущество на войне, ты становишься уязвимым. Сейчас я себя таким чувствовал, только это была другая война. Та, с которой я не был знаком. Здесь не было определенных границ или субординации, которым нужно было следовать. Я тяжело и долго работал, чтобы стать преуспевающим пехотинцем, но у меня не было опыта в реальной жизни, когда дело не касалось ведения боевых действий. Здесь моя подготовка не могла мне помочь.

Наконец Оливия вышла из здания, она зло прищурилась, когда подняла взгляд и увидела меня.

– Мне так жаль, Лив.

– Какого черта ты здесь делаешь? – спросила она, остановившись в нескольких шагах от меня. – Ты довольно быстро обработал ту девушку. Решил переспать с ней прямо здесь, на парковке, вместо того, чтобы взять ее по дороге домой? – Оливия уперла руки в бока в оборонительной позиции и напустила хмурый вид, но в глазах оставалась ранимость, которую внешняя невозмутимость не способна была скрыть. Я возненавидел то, что ее причиной стал именно я.

– Я обещаю, я не спал с ней. Я ушел без нее.

Оливия глумилась.

– Ну, это впервые.

– Пожалуйста, мы можем поговорить? – спросил я, медленно приближаясь к ней.

– Здесь не о чем говорить, Декс. Ты там обжимался и чуть ли не занимался сексом с какой-то случайной шлюхой прямо передо мной. А ещё даже суток не прошло с тех пор, как мы... да какая разница, это не имеет значения, – Оливия попыталась обогнуть меня и подойти к своей машине, но я преградил ей путь.

– Я знаю, что облажался. Я знаю это. Но я так делал только для того, чтобы заставить тебя ревновать. Я разозлился из-за того, что ты сказала, и я был идиотом. Хотел услышать, что у тебя есть чувства ко мне и что это не было ошибкой. Я хотел чего-то большего.

На мгновение, она затихла, уставившись в землю между нами. Я подумал, что наконец-то пробился к ней. Впрочем, когда девушка посмотрела на меня, ее взгляд был решительным.

– Даже если тогда у меня к тебе были чувства, я уверена, что больше ничего не осталось. Между нами никогда больше ничего не произойдет, потому что такие парни, как ты, не меняются, – Оливия сокращала расстояние между нами, пока не остановилась в нескольких сантиметрах от меня. – Теперь, если тебе конечно на меня не плевать, ты оставишь меня в покое и уберешься с дороги, чтобы я смогла поехать домой и притвориться, что в моей жизни не было последних двух дней.

Разбитый, я отступил в сторону и позволил ей забраться в машину. Беспомощно смотрел, как Оливия выезжая из парковки, ни разу не замедлила хода и не оглянулась назад.

Глава 15

Оливия

Всю неделю я заваливала себя делами, как могла, брала дополнительные смены в ресторане и большую часть свободного времени проводила в аквариуме. На себя почти не оставалось времени, как я и хотела. Когда я не работала, то слишком много думала обо всем том, что поклялась оставить позади.

Я почти не видела Эми, разве что мельком, потому что редко бывала дома. Пару раз она звала меня, и мне было плохо от того, что я игнорировала девушку, но ведь она была сестрой Декса. Я не знала, было ли ей известно о нас с Дексом. Если он посвятил ее в детали, то Эми точно попытается поговорить со мной о случившемся. А это было последнее, чего я хотела. Я не хотела об этом думать, и совершенно точно не хотела об этом говорить.

Ну, я поступала «по-взрослому» и избегала ее.

Декс сделал так, как я просила, и оставил меня в покое. Он не появлялся в ресторане в мою смену, и я также не видела его в доме Эми. Парню удалось полностью исчезнуть из моей жизни. Это было именно то, чего я хотела... так что непонятно, почему меня это так беспокоило. Не то, чтобы я хотела, чтобы Декс бегал за мной – он никогда не бегал за женщинами – и я определенно не была исключением.

Я проснулась от стука во входную дверь и бросила сонный взгляд на телефон, чтобы проверить время. Было одиннадцать утра, но так как сегодня у меня был выходной, и больше нечего было делать, я решила, что можно ещё поспать.

Стук повторился, и я подняла свою тушку с постели, чтобы открыть двери. Оказалось, что это были Эми и Сэди, одетые в купальники.

– О, Боже, мне так жаль, что разбудили тебя, – сказала Эми, увидев меня в таком растрепанном виде. – Я целую неделю тебя не видела, но когда я заметила на подъездной дорожке твою машину, то не хотела упускать шанс.

Я была ужасным другом.

– Не волнуйся, в любом случае, я уже собиралась вставать, – соврала я. – Извините, что так получилось. Я всю неделю вкалывала, как проклятая.

– Я так и поняла, – сказала девушка. – А мы как раз собирались пойти на пляж. Не хочешь с нами?

Я подумывала сказать нет, но идея сидеть дома одной в такой прекрасный день была слишком депрессивной, даже для меня.

– Звучит здорово. Я переоденусь, и встретимся снаружи.

Мы приехали на наше место на Фоли Бич, что было нелегко, учитывая толпы отдыхающих, так как лето было в полном разгаре. Как только мы разместились, Сэди начала подпрыгивать, возбужденно размахивая руками.

– Ди! Приехал!

Сердце подпрыгнуло к горлу, когда я посмотрела вверх и увидела Декса и Нейта, идущих к нам. Я заметила, что Декс немного поколебался, когда его взгляд встретился с моим. Он явно не ожидал увидеть меня там, и мой пульс пустился вскачь.

Я посмотрела на Эми.

– Я не знала, что они должны были приехать...

– Я сказала, чтобы они нас здесь встретили. Надеюсь, все нормально, – она повернулась ко мне, бросив вопросительный взгляд. – Между вами с Дексом что-то происходит?

Очевидно, Декс не рассказал о случившемся. Последнее, чего я хотела – это обратить внимание на нашу ситуацию и сделать атмосферу неловкой, так что я постаралась отбросить все мысли.

– Нет, конечно, все в порядке. Я просто, э, думала, что он сегодня работает, только и всего.

– Не сегодня наконец-то. Всю неделю он непонятно где пропадал, и непонятно чем занимался. Мне пришлось задействовать Сэди по телефону, чтобы упросить его пойти с нами. Я знаю, что ей Декс не может отказать, – со смехом сказала Эми.

Так как день продолжался, я старалась не смотреть на Декса. Он был тихим с тех самых пор, как приехал. Вместо этого, я зарылась носом в книгу, притворившись, что совершенно поглощена тем, что читаю. Некоторое время это работало, пока Нейт и Эми не взяли Сэди поплавать. Декс подошел ко мне.

– Извини, я не знал, что ты здесь будешь. Клянусь, – искренне сказал парень. – Я могу извиниться и уйти, если хочешь.

Теперь я почувствовала свою вину. Из-за меня он избегал семью – потому что я сказала ему держаться от меня подальше. Тем не менее, я не хотела, чтобы Декс уходил. Нахождение рядом с ним превращало меня в подпрыгивающий комок эмоций, и я терялась в нужных и нежелательных чувствах. Я была зла на парня и, в то же время, я обожала его. Я хотела не иметь с ним ничего общего, но мое предательское тело жаждало Декса, реагируя на каждый раздевающий взгляд и тоскуя по его прикосновениям. Все в нем притягивало меня.

Хотя, Декс был каким-то не таким. Беззаботная улыбка исчезла с его лица, а от обычного глупого юмора не осталось и следа. Он выглядел таким же усталым, какой чувствовала себя я. И я заметила темные круги у него под глазами. Меня волновало то, что ночные кошмары все ещё будили его по ночам. Меня мучило воспоминание о том, как Декс метался и кричал во сне, напуганный картинками, всплывающими в голове. Затем я напомнила себе, что меня это не должно было волновать.

– Нет, все в порядке... останься, – сказала ему я, продираясь через противоречивые эмоции. – Нет причины для того, чтобы избегать друг друга. То есть, мы же друзья, верно?

Он грустно улыбнулся.

– Верно.

Декс

На протяжении недель, следующих за моим чудовищным провалом, я видел Оливию, только когда Нейт и Эми были рядом. Она почти не говорила со мной, даже не смотрела. Так сильно хотелось поговорить с ней и объяснить все, но я боялся ещё сильнее разозлить ее. Оливия едва терпела меня, когда мы собирались группой, и если бы я попытался надавить, она могла совершенно прекратить встречаться со мной. А если дойдет до этого, то видеть ее ограниченное количество времени было лучше, чем не видеть девушку вообще.

Я скучал по всему, что было связано с Оливией. По ее дружбе, небольшим милым улыбкам, которые она адресовала мне, скучал по ее смеху, по ее глазам, которые искали меня в толпе и смотрели так, словно я действительно кто-то особенный. Иногда мне казалось, что я поймал ее взгляд – такой же, как раньше – но девушка так быстро отводила его, что я сомневался – это произошло на самом деле, или я просто нафантазировал. Так или иначе, я жаждал этих мгновений, потому что это все, что мне оставалось. На данный момент, меня устраивало все, что Оливия могла мне сейчас дать. Представлял, что девушка все ещё чувствовала что-то ко мне, потому что только так я мог пережить ещё один день.

Кошмары приходили намного чаще, они будили меня почти каждую ночь, и весь остаток дня я был напряженным и раздраженным. Пытался снять напряжение пробежками, больше времени проводя в спортзале, и дрался везде, где мог, но это не помогало. Я не хотел прибегать к старому методу – использование случайных женщин, чтобы притупить боль, потому что знал, что только сильнее погрязну в собственных мучениях. Я хотел только Оливию. После того небольшого промежутка времени с ней, все остальное казалось неправильным.

Когда Нейт и Эми пригласили меня пообедать в «Сисайд», я быстро согласился, так как знал, что Оливия работала там сегодня. Ничто не могло успокоить меня так, как пребывание рядом с ней. Игнорирование девушки не имело значения; одно ее присутствие дарило моему жалкому существованию мимолетное чувство свободы.

– Привет! Какими судьбами? – поприветствовала нас Оливия, когда провела за пустой столик в своей части зала. Она, казалось, удивительно счастливой видеть нас – даже меня – и я задался вопросом, может, у нас все налаживалось. Что если, для нас это был шанс стать ближе, чем мы были до того, как я решил все разрушить.

Эми ответила:

– В последнее время ты так много работала, так что мы решили навестить тебя.

Мы сели за столик, а Оливия принесла меню. Одно из них девушка протянула мне и на долю секунды своим пальцем коснулась моей руки, послав ток через все мое тело. Ее улыбка дрогнула, и я знал, что она почувствовала то же самое, но, на этот раз, девушка не отскочила от меня. Ее щеки окрасились в легкий оттенок розового, прежде чем Оливия вернулась к принятию у нас заказов, а я радовался мысли, что ещё имею на нее какое-то влияние. Скучал по тому, как заставлял ее краснеть.

Обстановка в ресторане была относительно спокойной, так что Оливия частенько останавливалась возле нашего столика, чтобы поболтать. Хотя это было ненадолго. Зашли два парня и сели на ее части ресторана, заставив девушку вернуться к работе. Они были одеты в брюки цвета хаки и рубашки поло, и выглядели так, будто играли в гольф или что-то вроде, и, возможно, хотели пить. У них были светлые волосы, само собой модные, и аккуратные стрижки: этакие богатенькие избалованные мальчики, для которых опасная жизнь – это риск на фондовом рынке или наличие ещё одного светлого пива во время воскресного чаепития. Парочка чертовых ссыкунов.

Я заметил, как один из них оценивающе осмотрел Оливию. Руки сразу сжались в кулаки, когда сработал мой инстинкт защитника. Нейт стрельнул в меня взглядом, предупреждая, чтобы я успокоился. Я сделал глубокий вдох и разжал руки, не отрывая взгляда от нее.

«Богатенький Буратино» сразу начал флиртовать с Оливией, посылая ей хитрые улыбочки и скаля жемчужные зубки. Я захотел выбить эти чертовы зубы прямо из его грёбаного рта.

Как будто, смог прочесть мои мысли, Нейт наклонился ко мне и прошептал:

– Чувак, успокойся. К Лив подкатывают здесь все время, но это не значит, что она поведется на это.

Тем не менее, сейчас все было по-другому. Я знал это. Это не были дешевые пьяницы или тупые парни из братства, а Оливия не вела себя как обычно – «вежлива, но не заинтересована». Вместо этого, она стояла возле столика и болтала с ними, смеялась над их шутками и велась на этот шарм тупых богатеньких пареньков. В какой-то момент, она положила руку на плечо «Богатенького Буратино», и мое терпение лопнуло. Все, чего я хотел, это пойти туда и заявить свои права – сказать им, что Оливия моя. Сказать ей, что она моя.

Но она не была моей.

Оливия не была моей, и то, что я потерял ее, было только моей виной. Но я не мог просто сидеть, когда этот мудак влез и пытался украсть ее у меня. Я знал таких как он. Они появляются, все такие обходительные и вежливые внешне, но внутри они были не лучше меня. На самом деле, они были хуже меня, потому что скрывали черную душонку за рубашками поло и модными стрижками. Я, по крайней мере, в этом вопросе был честен. Эти парни очаровывали женщин направо и налево, притворялись джентльменами, пока не получали то, что хотели. Это самовлюбленные парни, и единственное, что их волнует, так это их банковские счета и наличие какой-то миленькой молоденькой вещи, которую можно контролировать. Оливия была лучше, чем этот парень, и я хотел, чтобы она это знала.

Вместо этого, я придушил все порывы и поднялся из-за стола, бросив на столешницу несколько купюр. Быстро пробормотав прощание Нейту и Эми, я ушел.

Глава 16

Оливия

Больше я не была уверена в том, что делала. Обычно, когда мужчины флиртовали со мной, я не давала им шанса, но по какой-то причине, сегодня я согласилась на это. Я не только флиртовала с парнем в ответ, я согласилась пойти с ним на свидание.

Брайан хорошо выглядел и казался достаточно милым, но в глубине души я знала, что дело было не в парне, а в том, что в трех метрах от нас за всем этим наблюдал Декс. Я не любила играть в игры, но огромная часть меня хотела заставить Декса ревновать и отплатить ему той же монетой за вечер в «Сисайд». Но когда я увидела, что он ушел из ресторана, мой желудок скрутило в узел.

Неужели я была полной лицемеркой? Возможно, из-за эмоций мы совершаем глупые вещи, когда задеты наши чувства, и, может быть, я была слишком жестока к Дексу за то, что он сделал.

Я не позволю себе встать на эту дорожку. Настало время двигаться дальше. От Декса, от Стивена... начать с чистого листа. Я не могу вечно хандрить, и это было только одно свидание. Я не соглашалась выйти замуж за этого парня. И кто знает? Может, Брайан окажется идеальным парнем для меня, если я дам ему шанс.

Несмотря на вдохновляющую речь, когда наступил вечер воскресенья, и пришло время готовиться к свиданию, я начала серьезно обдумывать свое решение. Предполагается, что первые свидания должны быть волнительными, полными предвкушения и нервного перебирания нарядов, чтобы найти именно тот, который лишит его дара речи. Я не чувствовала ничего из этого.

Я вытащила из шкафа милое платье, коротко взглянула на него, прежде чем засунуть обратно и схватить пару джинс. Нет смысла выдавать это событие за то, чем оно не является.

Я знала, что не стоит незнакомцу знать, где я живу, поэтому Брайан не забирал меня из дома, а я встречалась с ним в ресторане. Так как я не тратила особых усилий на сборы, в запасе у меня осталось немного времени, прежде чем я должна буду встретиться с парнем.

Я начала просматривать первую пачку фотографий, которые мне отдали после монтажа. Все они были сделаны, когда я впервые приехала сюда. Фотографии с пирса тем утром, когда я впервые увидела Декса, пейзажи в округе Чарлстона, и фотки, которые я делала, когда была в компании с Эми, Сэди, Дексом и Нейтом. Я пробежалась по фотографиям с нашей первой поездки на пляж, по снимкам Декса и Сэди, когда они вместе строили песочный замок. Ребята радовались и смеялись. В том Дексе не было тьмы. Я скучала по его легкой улыбке и беззаботном смехе. Скучала по счастливому Дексу.

Когда я ещё пролистала фото, нашла те, которые я не делала, и смутно вспомнила, как Декс дурачился с камерой в тот день на пляже.

На всех снимках была изображена я.

Фотографии со мной, как мы с Сэди играли в океане, как мы вместе с Эми смеялись, рассказывая истории из жизни. Там ещё были снимки со мной, когда я думала, что никто не обращает на меня внимания – я смотрела вдаль на океан, сидела на песке, и снимки моей улыбки крупным планом... Эти фото были прекрасными и много значили.

Я восхищалась этими снимками, и они были очень важны для меня. Также меня ошеломила мысль, что за объективом находился Декс. Всегда говорят, что фотография расскажет о фотографе больше, чем сам человек. Если это было правдой, то, что значили эти снимки?

Внезапно, идея пойти на это свидание показалась мне неправильной. Я не была уверена, что смогу через это пройти. Уже было взяла телефон, чтобы позвонить Брайану и сообщить о своем решении. Но когда я посмотрела на часы, то поняла, что он уже, наверно, на полпути к ресторану, и с моей стороны будет грубо отменить все сейчас.

Я вздохнула, посмотрев на снимки ещё раз, прежде чем направиться к выходу. Когда я вышла во двор, Эми и Сэди были на подъездной дорожке.

– Привет, Лив, – весело поприветствовала меня Эми. – Мы как раз собираемся ехать на воскресный ужин к родителям. Не хочешь поехать с нами? Они мечтают тебя увидеть!

Мое сердце замерло.

– Я не могу... у меня, эм, свидание.

– С кем? – спросила она. – С тем парнем из ресторана?

Я кивнула и по лицу Эми явно пробежала волна разочарования.

– Ладно, ну, повеселись, и будь осторожна, – сказала она. – Может, на следующей неделе.

Я грустно улыбнулась.

– Да, может, на следующей неделе.

Декс

Ужин давно начался, когда родители спросили, где Оливия и почему она не с нами на этой неделе. Она всего за пару месяцев стала желанным гостем на наших воскресных ужинах, и они ожидали увидеть ее. Неудивительно, что наши родители ее обожали. По-другому и быть не могло.

Эми не сразу ответила на вопрос, уставившись на стол и медленно пережевывая еду. Наконец она сглотнула, ее взгляд встретился с моим.

– У Оливии сегодня свидание.

– Оливия на свидании? – мой желудок перевернулся и болезненно сжался, когда до меня дошел смысл ее слов. – С кем?

Вопрос прозвучал более резко, чем я думал, и Эми, не ответив, нерешительно посмотрела на меня.

– Только не говори, что она пошла с тем придурком из ресторана...

Эми с сожалением вздохнула.

– Извини, Декс.

– ЧЕРТ! – я ударил кулаком по столу так сильно, что зазвенели тарелки. Когда я встал, то застучал стулом, пытаясь как можно быстрее убраться оттуда.

Я бежал по лесу позади дома моих родителей, пока не осознал, что прибежал к озеру. Все вышло из-под контроля, мне нужно было притормозить и проветрить голову. Я больше не злился, а был... раздавлен. Это было хуже, чем гнев, потому что крики или избиение чего-то не могло мне помочь. И я не был уверен, что вообще что-то могло. Наконец-то я нашел человека, который стал мне дороже всего, человека, который понимал меня и по-настоящему видел... и я потерял ее.

Когда ставки поднялись, я проиграл.

Я сел у кромки воды, изучая темную водную гладь в отражении звезд и разглядывая образовавшееся зеркальное отображение небес над головой. По какой-то причине, я всегда оказывался возле воды, когда мне нужно было спрятаться. В ней было что-то такое, что успокаивало меня и заставляло чувствовать себя... в безопасности. Может, потому что только вода не возрождала воспоминания об Ираке. Весь Ирак был горячей, песчаной пустыней, и я контактировал с водой, только когда касался губами бутылки с водой. Теперь же, не имело значения, насколько жуткие вещи приходили мне в голову, я всегда мог близко подойти к водоему и напомнить себе, что я дома.

За спиной зашуршали листья, но мне не нужно было оборачиваться, чтобы увидеть, кто это был. Моя сестра всегда находила меня. Это было что-то вроде «интуиции близняшки», или ещё чего.

– Не хочешь рассказать мне, что происходит между тобой и Оливией? – спросила она, сев рядом со мной. – И не смей сказать, что ничего, потому что я вижу какое напряжение между вами двумя в последнее время.

Я все ей объяснил, с той ночи, когда мы почти занялись сексом, до утра, когда она повела себя так, словно это была ошибка. И, само собой, рассказал о моем идиотском плане заставить Оливию ревновать, и как она сказала мне, что не хотела со мной никаких отношений.

– Я действительно облажался, – сказал я Эми.

– Нет, черт, ты в полной ж***! – отчитывала она, в недоумении уставившись на меня. – Что это был за идиотский план такой? Подобное ни с кем бы ни сработало, особенно с Оливией.

– Я знаю, я злился и... – я замолчал, когда ее слова дошли до меня. – Что ты имеешь в виду, говоря «особенно с Оливией»?

– Потому что с ее женихом все так закончилось.

Я бросил ей озадаченный взгляд и подождал, пока сестра объяснит, о чем, черт возьми, она говорила.

– Я думала, Оливия рассказала тебе, – виновато пробормотала Эми. – Они расстались, потому что она застукала ублюдка за изменой в их собственной квартире.

Я застонал, почувствовав себя ещё хуже, чем раньше.

– Почему она мне не рассказала?

– Ей, вероятно, стыдно признаваться в этом. Нет ничего хуже чувства, что ты недостаточно хороша или, что с тобой что-то не так.

– Да это бред. Оливия – идеальна... ее жених просто чертов кретин, – ему повезло, что он все время живет в Нью-Йорке, потому что у меня было искушение найти придурка и показать, что происходит с парнями, которые причиняют боль удивительным, прекрасным девушкам, вроде Оливии. Но потом я вспомнил, что был одним из них, и возненавидел себя ещё больше.

– Я знаю, но тяжело понимать это, когда изменяют именно тебе, – пояснила Эми.

– Как я могу все исправить? – в отчаянии спросил я. – Пожалуйста, скажи, что я могу все исправить.

– Ты пытался с ней поговорить? Падал в ноги, моля о втором шансе?

Я покачал головой.

– Она сказала оставить ее в покое. Я не хотел сделать ещё хуже.

– Вау, ты действительно ничего не знаешь о женщинах, верно, бро? – спросила она, покачав головой. – Конечно, она сказала тебе оставить ее в покое. Оливия была рассержена, и ей было больно. Но это не значит, что тебе нужно сдаться. Ты должен бороться за нее и показать, что настроен серьезно. Ты же настроен серьезно?

– Я чертовски серьезен, когда дело касается Оливии, – сказал я сестре. – Может, у меня и совершенно нет опыта в подобном дерьме, но для нее я сделаю что угодно.

– Тогда тебе нужно прекратить играть в игры и честно признать, что ты чувствуешь. Ты так сильно разозлился, потому что она не хотела признавать собственные чувства, и, тем не менее... ты хоть раз говорил ей, что чувствуешь?

Очевидно, я был придурком.

Эми вздохнула.

– Пока все, что ты ей показал, так это, что ты не способен на серьезные отношения, и что ты ничем не лучше ее бывшего недоумка. Ты должен доказать Оливии, что можешь измениться. Справишься с этим? – Эми с любопытством посмотрела на меня. – Ты уверен, что хочешь именно этого? Потому что пути назад больше не будет.

– Я хочу только Лив, – твердо сказал я, никаких колебаний. – Я не хочу возвращаться назад. Она – все, что мне нужно.

– Ты любишь ее?

Я втянул воздух, позволив вопросу повиснуть в воздухе между нами. Я не вешал ярлыков на собственные чувства. Если ещё себе не признался в этом, то совершенно точно я не скажу этого вслух моей сестре.

Эми улыбнулась, ободряюще похлопав меня по плечу.

– Ну, тогда, иди и добейся ее, ты, идиот... и в этот раз не облажайся!

Глава 17

Оливия

Брайан заказал столик в небольшом, в меру роскошном, милом ресторанчике в центре. Я была рада, что он, казалось, не давил и не пытался превратить наше свидание в то, чем оно не являлось. Мы свободно общались, болтая о разных вещах, таких как наше любимое место в городе или наши хобби. Типичный разговор на первом свидании и простые, механические ответы на вопросы. Брайан рассказал немного о своей работе, которая была связана с финансами и банковской системой, а у меня глаза чуть не полезли на лоб. Я осознала, что, в самом начале, на свиданиях со Стивеном я чувствовала себя так же, как сейчас – скучающей и отстраненной. Никакой искры, никакого волнения... меня ничего не привлекало. Свидание с Брайаном не было шагом вперед, это было шагом назад; я возвращалась к той жизни, которую вела до приезда в Чарлстон.

Стоит ли говорить, что я была рада, когда свидание закончилось. Не потому что я плохо провела время – он был милым, умным и обаятельным – просто сердцем я была не там. Когда закончился ужин и Брайан предложил поехать и ещё чего-нибудь выпить, я сказала, что мне завтра рано вставать и нужно закругляться. Он не давил. Уверена, он мог бы сказать, что мне не понравилось и, тогда я бы извинилась за то, что потратила его время, он повел бы себя, как истинный джентльмен, поблагодарил меня за честность и пожелал бы удачи.

И тогда он бы стал именно тем, кого я искала – безопасным, удобным и предсказуемым. По той же причине я рассталась со Стивеном: потому что я искала стабильность, которой не было, пока я росла.

Декс дал мне почувствовать на вкус совершенно противоположные ощущения – страсть, спонтанность и непредсказуемость, но он был моим другом, и с ним я чувствовала себя защищенной. Теперь же я не хотела быть в безопасности. Я хотела загореться от одного взгляда, приходить в восторг, чувствовать себя защищенной и уязвимой одновременно. Хотела чего-то реального.

Я въехала на подъездную дорожку и уже вышла из машины, когда заметила Декса, прячущегося в тени на крыльце. Он осунулся и был расстроен. Когда я подошла, он поднял голову. По телу пробежала волна возбуждения, и мое сердце сразу же забилось чаще.

Декс начал медленно подходить, мой пульс пустился вскачь. Эмоции зашкаливали. Я не знала, что сказать и как поступить. Не могла вспомнить, я была зла на него или счастлива видеть... я его ненавидела или хотела быть с ним?

Он нервно поднялся, когда я подошла ближе.

– Всего одна минута, Лив. Я знаю, что ты не хочешь ни разговаривать со мной, ни видеть. Знаю, что ты, должно быть, ненавидишь меня, но, пожалуйста, позволь мне высказаться и я обещаю оставить тебя в покое, и никогда больше не беспокоить.

Я кивнула и облокотилась на перила на крыльце, неуверенная в собственных ногах. С тревогой ждала, пока он скажет то, ради чего пришел сюда.

– Я не силен в подобных вещах, – начал Декс. – Но только потому, что никогда раньше не чувствовал ничего подобного. К кому-либо. Но мои мысли только о тебе, Лив. Ты – первое, что приходит мне в голову, когда я просыпаюсь, и последнее, о чем я думаю перед сном. Твоя улыбка... звук твоего смеха, блеск глаз, когда ты счастлива, вкус губ, ощущение твоего тела, прижатого ко мне... Боже, Оливия... Я так сильно хочу тебя. Ты все, чего я хочу.

Воздух застрял в горле, и я не могла ответить. Мертвой хваткой вцепилась в перила, боясь, что если отпущу, то могу упасть.

Декс приблизился ко мне.

– С тех пор, как я вернулся из Ирака, я стал всего лишь тенью человека, которым был раньше. Я так боялся того, что люди увидят, когда узнают меня получше, что не подпускал их и не давал ни малейшего шанса. А потом я встретил тебя. Даже не осознавая этого, ты разрушила мои стены и вернула краски в мою жизнь... вернула меня к жизни. Война во многих смыслах сломала меня, но ты все склеила, кусочек за кусочком, день за днем. Мне ещё далеко до полноценного человека и я знаю, что путь к этому ещё долог, но каждый раз, когда я с тобой, я нахожу крохотную частичку того, что потерял, – осторожно передвигаясь, он встал прямо передо мной. – Ты стерла тьму из моей жизни, Лив, и я буду благодарен за это до конца своих дней.

Сначала с моих ресниц скатилась одна слезинка, она побежала по щеке и упала на мою рубашку, а потом из глаз потоком хлынули слезы. Мое сердце не выдерживало осознания того, сколько боли он держал внутри и какое бремя носил каждый день. Декс видел себя сломанным, но я точно знала, что он был самым сильным и храбрым человеком, которого я когда-либо знала.

Парень придвинулся и нежно обхватил мое лицо руками, большими пальцами вытирая слезы.

– Я знаю, что абсолютно все испортил и что ты заслуживаешь гораздо лучшего, чем я. Но для меня лучшим являешься ты. И всегда будешь. Я обещаю, что если ты дашь мне ещё один шанс, я никогда больше тебя не обижу. Видеть, как тебе больно, намного хуже любого кошмара, который у меня когда-либо был. И я клянусь, я стану лучше. Ради тебя я сделаю все что угодно, Лив. Для меня ты весь мир, и я чертовски люблю тебя...

Окончательно сократив расстояние между нами, я набросилась на Декса и припала губами к его. Его слова нашли отклик в моем сердце, разрушая оставшуюся защиту и обнажая перед Дексом мою душу. Больше я не собиралась бояться и убегать от того, чего я хотела. Для меня уничтожающе было видеть кого-то рядом с ним, реального или нет. Ещё был шанс, что все закончится моим разбитым сердцем, но это был риск, на который я хотела пойти.

Декс был подобен гравитации. С самого начала он притягивал меня так, как никто раньше. Я устала бороться с притяжением, устала спорить с собственным сердцем. Ни с кем я не чувствовала такой связи, как с Дексом. Меня привязала к нему какая-то невидимая сила, намного сильнее и мощнее нас обоих.

Декс без колебаний притянул меня к себе, его губы отчаянно двигались напротив моих. Я обвила руками его шею и, подтягиваясь, встала на цыпочки. В таком положении я чувствовала бешеное биение сердца в груди Декса, этот ритм в точности повторял мой собственный. Руками парень зарылся в моих волосах, пока ртом исследовал мой рот. Он вжал меня в свое тело, уперев спиной в перила на крыльце. Он скользнул руками по моим бедрам и поднял, обернув мои ноги вокруг своей талии. Как только напряженная плоть Декса коснулась моего ноющего центра, я застонала в его рот и толкнулась навстречу, отчаянно желая большего.

– Чеееерт, – простонал Декс, крепче прижимая меня. – Не могу дождаться, когда похороню себя внутри тебя.

Он повел меня в квартиру, все время нежно целуя, а потом я оказалась лежащей на кровати. Не отводя от меня глаз, Декс поднялся, стянул с себя рубашку и накрыл меня своим телом. Прикоснувшись ртом к моему животу, он начал расстегивать мою блузку, в то время как губами парень прокладывал дорожку по моему телу к ложбинке между грудями. Не останавливаясь, Декс потянулся к моим губам и стянул через голову мою рубашку.

Он посмотрел на меня, нежный взгляд прожигал. Декс пробежался пальцем по моей щеке.

– Я – твой, Лив. Скажи, что ты – моя.

Воздух застрял в горле. Я кивнула, положив руку на его грудь в области сердца.

– Я – твоя.

Он медленно целовал мою кожу, поклоняясь каждому сантиметру тела и сводя меня этим с ума. Декс стянул мои джинсы, неторопливо путешествуя по мне взглядом, и навис надо мной.

– Мне все время мало. Хочу попробовать каждую частичку тебя, – прошептал он, сдвинув лифчик и с жадностью посмотрев на мои обнаженные груди. Декс легко сжал их и большими пальцами провел по соскам, наблюдая, как они твердеют от его прикосновения. Было такое чувство, словно мое тело могло вспыхнуть в любую секунду и, когда он накрыл губами грудь, а зубами потянул один сосок, я не могла контролировать крики, вырывавшееся из моего горла.

Скользнув рукой мне в штаны, Декс начал пальцами дразнить мою влажную, чувственную плоть, одновременно посасывая грудь. Я потянулась вниз и безуспешно боролась с застежкой на его джинсах, извиваясь под парнем, так как желание растекалось по телу.

– Я хочу тебя сейчас, – прохныкала я, прижав губы к его шее. – Я так долго ждала. И больше ждать не в силах.

– Не волнуйся, детка. Я держу тебя, – он убрал руку и поднялся. Декс сбросил джинсы и боксеры, когда вытащил презерватив из бумажника.

Глазами пробежалась по его превосходному телу, отмечая каждый мускул, каждый кубик, прежде чем перевести взгляд на его толстую, твердую длину. Я смотрела, как Декс натягивал презерватив, удивляясь, как скоро он будет внутри меня, а мое тело трепетало в предвкушении. Я ещё никогда никого не хотела так сильно.

Прикусила губу, впитывая голодный взгляд Декса, когда он приблизился и встал коленями на матрас. Просунув пальцы под резинку моих трусиков, он стянул их и устроился у меня между ног. Нежно поцеловав меня в губы, Декс медленно начал входить в меня, сантиметр за сантиметром, пока не заполнил меня полностью.

– Христос, чувствовать тебя так, просто превосходно, – простонал он, остановившись глубоко во мне. – Ты такая тесная, идеальная. Мне просто нужно минуту почувствовать тебя.

Тело приятно растянулось, приспосабливаясь к его размеру. Чувство было просто потрясающим, он наполнял меня, как никто, и мне нужно было больше. Я пробежалась руками вниз по его спине. Схватила за загорелую задницу, потянула глубже в себя и подняла бедра, поощряя двигаться.

– Ты нужен мне, Декс.

Наконец он начал двигаться, погружаясь в меня глубже, чем до этого. Декс не спешил, его темп был медленным и осторожным, позволяя мне в полной мере все почувствовать. Каждый толчок был сильнее предыдущего, мое тело стало сверхчувствительным, оно словно превратилось в оголенный провод, отчаянно ожидающий искру, от которой он сможет воспламениться. Я обернула ноги вокруг талии Декса, и его темп сразу ускорился, толчки стали ещё сильнее и глубже. Я впилась ногтями в его спину, и мои стоны становились громче по мере того, как напряжение внизу живота усиливалось, а внутренние мышцы сжимались вокруг него, умоляя большего.

– О, Боже, да, – хныкала я. – Именно там, не останавливайся...

Не прекращая двигаться во мне, Декс, посасывая и легко покусывая, втянул в рот мой сосок. Не в состоянии больше выдержать, я взорвалась вокруг него, выкрикнув имя парня. Декс поцелуем заглушил мои крики и ускорил движения, продлевая мое удовольствие.

Обняв его за шею, я прижалась губами к его уху и прошептала:

– Чувствовать тебя внутри так чертовски хорошо.

С последним мощным толчком он застыл, содрогнулся и, громко простонав мое имя, нашел собственное освобождение. Декс рухнул на меня и руки автоматически обвились вокруг него, удерживая как можно ближе. Немного восстановив затрудненное дыхание, он посмотрел на меня и прижался ко мне в мягком, сладком поцелуе.

– Я чертовски скучал по тебе, – выдохнул Декс.

Сердце, казалось, заполнило всю грудную клетку. Я потянулась, проведя рукой по жесткой щетине на его щеке.

– Я тоже по тебе скучала.

Декс

Я проснулся с Оливией в руках, ее голова покоилась на моей груди, а ее горячее тело прижималось к моему. Ее сладкий запах вторгся в сознание и перед мысленным взором появились картинки с прошлой ночи. Я крепче прижал к себе девушку, желая убедиться, что все происходило на самом деле, и я не спал. Она уткнулась носом в мою грудь, но не проснулась, а я не посмел будить ее после нашей длинной ночи.

Мы так долго отрицали наши чувства, что первый раз едва ли умерили наше желание друг к другу. Малейшее прикосновение распаляло голод, и уже через минуту мы снова были поглощены друг другом, потерянные в неистовой нужде и отчаянном желании большего. Все время мы провели за изучением и исследованием каждой частички тел друг друга. Я выяснил, что пальчики на ногах Оливии подгибаются, когда я целую ее в шею, а она узнала, что покусывание мочки уха сводит меня с ума.

Я не мог остановиться всю ночь, и даже сейчас мне было недостаточно.

Оливия пошевелилась, посмотрев на меня затуманенным взглядом, когда пробежалась ручкой вверх по моему животу и остановилась на груди.

– Доброе утро, – улыбнулась она, голос ещё хриплый ото сна.

– Обожаю просыпаться рядом с тобой. Не могу выразить, как долго ждал этого.

– Я тоже, – сказала Лив. – Прости, что отталкивала тебя. Я очень упрямая, и мне было страшно. Я боялась, что будет больно, или что ты оставишь меня... но в основном, я испугалась своих чувств к тебе. Когда я проснулась рядом с тобой тем утром, то чувствовала себя такой счастливой и умиротворенной, но всегда, когда я себя так чувствую, что-то происходит и у меня это отнимают. Я не хочу потерять тебя, Декс. Ты так важен для меня.

– Я никуда не уйду, – сказал я ей, проведя ладонью по гладкой шелковистой коже. – И тебе не за что извиняться. Это я все испортил, не ты. Я просто рад, что сейчас ты здесь. Часть меня волновалась, что прошлая ночь была лучшим сном в моей жизни, но проснусь я один.

Оливия мягко рассмеялась и провела ладонью вниз по моему животу, очертив пальчиками кубики пресса. Ее рука скрылась под простынями, и я резко втянул воздух, когда она обхватила мой уже твердый, как скала, член.

– Если бы это был сон... сделала бы я так? – игриво сказала Оливия, проводя рукой вверх и вниз по моей длине.

– Ахх... да, – простонал я. – Да, именно это ты бы делала в моем сне...

Не отводя от меня взгляда, девушка забралась на меня и съехала вниз по моему телу.

– Как насчет... этого? – она накрыла мой член своим горячим ртом, а языком прикоснулась к головке.

– Ох, дерьмо... – я напрягся, пытаясь сдержаться, когда Оливия обернула губы вокруг меня, облизывая и посасывая, сводя меня с ума. – Черт, детка, это невероятно. Именно так, – выкрикнул я, запустив руку ей в волосы. Глаза закрывались и закатывались сами собой, но я не отрывал взгляда от Оливии. Обычно, я закрывал глаза, сосредотачиваясь только на собственных ощущениях, но в этот раз все было по-другому, потому что это была Оливия. Я смотрел, как она сосала меня и, святое дерьмо... это было чертовски эротично. Девушка взяла меня глубже, пока я не достал до задней стенки горла. А когда она рукой начала поглаживать основание члена, мой контроль испарился. – Черт, да, детка, соси его... вот так, не останавливайся. Ты чертовски потрясающая, Лив, ощущения так хороши... я скоро кончу, детка...

Она не отстранилась, и я напрягся, громко застонав, когда кончил ей в рот. Все мое тело содрогнулось, но Оливия не остановилась, пока не проглотила все, до последней капли. Облизав свои полные губы, она коварно посмотрела на меня.

– Теперь сравни со своими снами.

– Черт... это было за гранью самых смелых снов. Ты невероятна, знаешь? – я опрокинул Оливию на спину и навис над ней. – Я планировал провести это утро в тебе, но теперь... – опустив руку вниз, я понял, что ее киска чертовски мокрая. Она застонала, толкнувшись бедрами напротив моей руки. Я спустился по ее телу, пока моя голова не оказалась между ее ног, и с интересом посмотрел на Оливию.

– ... думаю, вместо завтрака я попробую тебя.

***

Через некоторое время мы наконец-то выбрались из постели. Я отказался от предложения Оливии пойти с ней в душ, решив лучше приготовить для нее завтрак. Когда девушка появилась – в моей футболке и с влажными волосами она выглядела неимоверно сексуально – я протянул ей кружку кофе и провел к столу, где нас ожидали два приготовленных омлета.

– Вау, – сказала она, прерывая завтрак. – Где ты научился так готовить?

– Тэдди, – ответил я. – В средней школе и тренировочном лагере именно он заботился обо всех нас. Когда мы просыпались с похмельем после большой вечеринки, у Тэдди уже был готов для нас завтрак. Он пил столько же, но почему-то парень всегда просыпался веселым и полным сил. Это сводило с ума всех наших друзей, особенно, когда они страдали от ужасного отходняка, но вот таким человеком был Тэдди, – из-за воспоминаний в моей груди поднялась боль. – У него было такое классное отношение к жизни... как будто он был просто рад быть здесь. Знаешь, такое оптимистическое «стакан наполовину полон». Он принимал все, как должное. Не имеет значения, что произошло, Тэдди всегда был позитивно настроен, всегда любил жизнь. Рядом с ним нереально было чувствовать себя несчастливым. У него был этот заразительный характер, который притягивал людей. Всегда хотел быть похожим на него.

– Звучит так, словно он и вправду был отличным парнем, – сказала Оливия, положив свою руку поверх моей.

– Да, был.

Я никогда не говорил о Тэдди, ни с кем. Вспоминать о нем было слишком больно, но сейчас, здесь, я рассказывал Оливии о нем, даже не задумываясь. Ей легче было открыться и поделиться той частью себя, которая была скрыта от всех остальных. Я был абсолютно заворожен ею. Эта девушка знала, каково это потерять человека, которого любил, и она понимала многое из того, через что я прошел.

Оливия больше ничего не спрашивала, не давила, желая узнать детали, и она не говорила, как ей жаль. Я обожал это в ней. Складывалось впечатление, что она понимала, как больно мне говорить о Тэдди, так что девушка сменила тему, чтобы я мог немного расслабиться.

Часть меня все ещё волновалась о том, что она сделает, если я полностью ей откроюсь. Во мне было столько всякого дерьма. Невольно начинал бояться того, что произойдет, если Оливия увидит темную часть моей души.

Вскоре после завтрака Оливия должна была ехать на работу, так что я проводил ее к машине, прежде чем мы бы разъехались по своим делам. Следующие три ночи она будет работать, и я не смогу проводить с ней много времени. Хотя на данный момент я был рад проводить вместе хоть какие-то мгновения.

Мы остановились возле ее машины, в неловкости смотря друг на друга, никто не знал что сказать. Последние двадцать часов мы провели в нашем маленьком пузыре, и теперь пришло время возвращаться в реальный мир.

– Итак, что теперь? – Оливия рассмеялась. – Думаю, мы, эм... увидимся позже?

Я положил ладони ей на бедра и притянул к себе.

– Сейчас ты поцелуешь меня... по-настоящему... и позвонишь мне, когда освободишься с работы. Не имеет значения, когда это будет.

Она улыбнулась.

– Это я могу, – поднявшись на носочки, Оливия обернула руки вокруг моей шеи и мягко потерлась губами о мои губы. Я провел языком по ее нижней губе и, со слабым стоном, она раскрыла губы. Не в состоянии устоять, я воспользовался предоставленной возможностью и углубил поцелуй, пока мои мысли не затуманились, а дыхание не стало рваным. Затем, запечатлев последний, легкий поцелуй на ее губах, я неохотно отпустил Оливию и отошел.

Глава 18

Оливия

Несмотря на то, что на следующие несколько ночей я увязла в работе, нам с Дексом удавалось найти время для встреч. Мы вместе обедали в перерыве между моими сменами в аквариуме или ресторане, или он приходил в мою смену, чтобы поужинать или выпить пива. Стоит ли упоминать, что на протяжении дня Декс присылал мне милые – иногда даже грязные – сообщения, а каждую ночь, когда я освобождалась от работы, мы разговаривали по телефону. Он ненавидел то, что я так поздно приходила домой после смен в ресторане, и я знала, что парень не засыпал, не удостоверившись, что я добралась домой в целости и сохранности.

Для того, кто не заводил отношений, Декс явно преуспевал в этом. Когда я дразнила его по этому поводу, парень отвечал, что ему было легко со мной, потому что он и так хотел всего этого, а не просто пытался угодить мне.

Чертовски мило, правда? Да, я попала.

Не считая нескольких долгих поцелуев время от времени, между нами не было никакого физического контакта с нашей первой ночи вместе. Я до боли хотела его. Со Стивеном я никогда не чувствовала ничего подобного, или с кем-то другим, если уж на то пошло. Простое прикосновение Декса разжигало во мне огонь и жажду большего. Я лежала в постели, его образ проносился в голове, и не было способа унять эту боль.

Другими словами, я была чертовски озабочена.

К счастью, у меня осталась всего одна смена в ресторане и через несколько дней – выходные. Декс поведет меня на наше первое официальное свидание, и я уже считала минуты до его начала.

Я встретилась с Норой в Чарлстоне, поскольку мой выбор одежды был ограниченным, мы отправились за покупками, я хотела одеть что-то милое, то, чего Декс ещё не видел. У меня не было много денег, но Нора предложила сходить в секонд-хэнд, расположенный в центре города. Там продавали одежду высшего качества, большую часть из которой богатые дамочки надевали раз или два.

Просмотрев кучу вешалок, я нашла приглянувшееся мне коралловое платье. У него было большое декольте и приталенный лиф, юбка же платья была свободной. Это было идеальное сочетание – милое и сексуальное – и оно сидело на мне, как влитое.

– Это. Оно безупречное! – сказала Нора, когда я вышла из примерочной.

– Не думаю, что у меня есть подходящая обувь для него... – я мысленно перебрала три или четыре пары обуви у меня в шкафу.

Подруга улыбнулась.

– Нет, но у меня есть. Оплачивай платье, и поехали рыться в моем шкафу.

Мы поспешили к дому, где остановились они с Джейком, Нора сразу же потащила внутрь и повела к своему гардеробу. Это напомнило мне время в колледже, когда она подбирала мне наряды для важного свидания, собеседования, или чего-то ещё, где мне необходимо было выглядеть довольно прилично. И Нора всегда была такой щедрой.

– Как продвигается планирование свадьбы? – спросила я, наблюдая за тем, как подруга копалась в своих вещах.

– Хорошо! То есть, мы не посвящаем этому все наше время, но мы и не торопимся никуда. Прямо сейчас мы привыкаем к новой жизни и наслаждаемся компанией друг друга, – всегда, когда Нора говорила о Джейке, ее взгляд становился мечтательным. И впервые я ее понимала. – Мы, наверно, спланируем небольшую свадьбу. Такую простую, без излишеств.

– Да, простая свадьба – лучший выбор, – согласилась я. – Бессмысленно нагружать себя ещё больше. Это должен быть самый счастливый день в твоей жизни, он не должен напрягать тебя.

– Именно! Мы думали организовать свадьбу на пляже, но потом у Джейка появилась идея провести ее в старом рыбацком домике его прадедушки, где у нас было первое свидание. Недавно он все там отремонтировал, и дом прекрасен. Он стоит прямо на воде, и там есть доки, которые можно было бы превратить в импровизированный алтарь. А ещё неподалеку есть поле, там мы могли бы установить свадебный шатер... это действительно было бы чем-то особенным. И ты должна была видеть, как Джейк отреагировал на мою идею; он был в восторге!

Я рассмеялась.

– Он – душка. Именно тот, кто тебе нужен. Теперь я понимаю, почему ты так держалась за него все эти годы.

– Он точно стоил того, – улыбнулась Нора. Из угла своего шкафа, подруга вытащила пару бежевых сандалий на шпильке. – Ага! Нашла!

Найдя идеальные туфли и миниатюрное, бирюзовое колье к платью, остаток дня мы с Норой провели делая маникюр в салоне, расположенном вниз по улице. Я была такой счастливой и расслабленной, какой не была очень долгое время. И не могла дождаться моего завтрашнего свидания.

Я попрощалась с Норой и забралась в машину. Когда я уже выезжала из подъездной дорожки, она прокричала мне:

– Повеселись завтра. И я жду деталей!

***

Через несколько минут после начала моей смены в «Сисайд», Мелани подошла ко мне со странным взглядом на лице.

– Ты знаешь парня за тем столиком? – спросила она, указав на парня, которого посадила за столик в моей части зала. – Он попросил, чтобы его обслуживала ты. Мне показалось это немного странным, так что я решила предупредить тебя.

Это был пожилой человек с седыми волосами, вероятно, ему было около пятидесяти. Мужчина беспокойно осматривался. Я не узнала его, но, должно быть, мы с ним все же были знакомы, если он попросил именно меня.

Я пожала плечами.

– Не думаю, но я здесь видела стольких людей, что трудно запомнить их всех. Возможно, когда-то я обслуживала его и произвела хорошее впечатление.

Схватив меню, я с дружелюбной улыбкой направилась к его столику.

– Добрый вечер, сэр... как прошел ваш день?

Мужчина едва улыбнулся в ответ и ничем не выказал своего узнавания. Вместо этого, он, казалось, проверял меня; тяжелым, холодным взглядом он изучал меня, словно что-то искал. Губы мужчины изогнулись в полуулыбке, как показалось, вынужденной, будто он прятал за ней свои истинные чувства.

– Хорошо, – ответил он. – А как ваши дела, Оливия?

Очевидно, что он знал меня, если только Мелани не сказала ему мое имя, что маловероятно.

– Отлично, спасибо, – сказала. – Могу я принести вам что-то из выпивки?

– Скотч, чистый.

К тому времени, как я вернулась с его напитком, напряженный мужчина, похоже, немного оттаял. Вскоре, когда я принесла ему еду, человек был довольно дружелюбным.

– Ты давно здесь живешь? – обыденным тоном спросил он, схватив горстку картошки фри со своей тарелки.

– Несколько месяцев или около того, – расплывчато ответила я, не желая начинать личный разговор с этим мужчиной. – Впрочем, это потрясающее место.

– Да, похоже на то. Я здесь впервые. Я остановился здесь по пути назад в Нью-Йорк. Хотел бы я остаться дольше.

Я моментально отвлеклась, когда увидела, как в ресторан заходят Декс и Сэди, улыбка сама собой появилась на лице. Мой клиент заметил, когда я перестала уделять ему внимание, и проследил за моим взглядом к Дексу и Сэди, машущим мне.

– Это твой парень?

Я снова сфокусировала взгляд на нем и сильно покраснела. Попыталась сменить тему.

– Вы, ээ, сказали, что вы из Нью-Йорка? – пробормотала я, пряча пылающие щеки. – Я раньше жила там.

– Правда? – его губы изогнулись в изумлении. – Что же привело вас сюда?

– Полагаю, просто захотелось сменить обстановку, – от темы разговора мне стало не по себе и захотелось убраться оттуда. – Принести вам что-то ещё?

Мужчина сверкнул взглядом к тому месту, где сидел Декс, и произнес:

– Только чек, пожалуйста.

Я прилагала все усилия, чтобы отогнать чувство неловкости, когда шла к столику Декса и Сэди. От умильной картины – их, сидящих вместе – мое настроение сразу же улучшилось. К счастью, для ужина ещё было слишком рано и мне осталось обслужить только их столик, так что я могла немного поговорить с ними.

– Ну, должно быть, сегодня мой счастливый день, – сказала я, подходя к ним. Сердце подскочило в груди от жадного взгляда, которым одарил меня Декс, и сохранять самообладание стало сложно. – Что привело сюда вас двоих?

– Ну, я захотела пиццы, – взволнованно рассказала мне Сэди. – Но потом дядя Ди сказал, что если мы пойдем сюда, то после пиццы он купит мне ещё и мороженое!

– О, правда? – я повернулась к ухмыляющемуся Дексу.

– Что я могу сказать? Здесь превосходный сервис... мне всегда его мало, – дерзко казал парень.

Я принесла чек загадочному мужчине, пока он вышел поговорить по телефону, так что мне не нужно было терпеть ещё один неудобный разговор с ним. Заметила, что он смотрел, как я разговаривала с Дексом и Сэди, и у меня было жуткое чувство.

– Кто этот парень? – спросил Декс, заметив мой дискомфорт.

Я знала, каким опекающим он был и не хотела делать из мухи слона, если мои ощущения были просто ощущениями.

– Никто. Раньше он был миом клиентом, которого я никак не могу вспомнить. Он был немного шумным, это все, – уверила я его.

Они ушли, когда закончили ужинать, и Декс повел Сэди за мороженым, как и обещал. Он быстро поцеловал меня на прощение и направился к выходу.

– Не могу дождаться завтрашнего вечера, – прошептал он. Теплое дыхание Декса ласкало мою шею, и по спине пробежала дрожь, когда я смотрела, как он уходил.

Когда я снова осмотрела зал, жуткий, загадочный человек уже ушел. И только позже ночью я наконец зацепилась за сказанную им фразу.

«Я здесь впервые», – сказал он. Но, если раньше мужчина никогда здесь не был, почему он попросил в обслуживание именно меня? И откуда он узнал мое имя?

Декс

Когда мы с Оливией наконец переспали – между прочим, я ни на что не жаловался – появилось такое чувство, словно мы забежали вперед и пропустили несколько шагов. Я даже не водил ее на настоящее первое свидание и хотел все исправить. Я был решительно настроен делать все правильно с Оливией. Если это значило, что нужно было отступиться от физической близости и держать свой член в штанах, значит, я так и сделаю. Я не хотел ничего испортить и совершенно точно не хотел, чтобы она подумала, что я заинтересован только в сексе. То есть, да, я не мог перестать думать об этом, потому что это был лучший секс в моей жизни, и я до смерти желал повторить, но секс был лишь одной стороной отношений с Оливией. А я любил в ней абсолютно все, и хотел, чтобы она это знала.

Три мучительных дня спустя у Оливии наконец-то появился свободный вечер. Я повел ее на хороший ужин в центр Чарлстона. Я даже приоделся по такому случаю, чего почти никогда не делал. Я чувствовал себя неловко и неудобно в галстуке, который мне купила Эми, темно-синей рубашке и серых брюках. Уже начал жалеть о своем решении устроить фантастический ужин, пока Оливия не открыла свою входную дверь, и у меня буквально перехватило дыхание.

Она была одета в роскошное платье, волосы свободно спадали по плечам, а из-за сексуальных каблуков, ее ноги казались длиной в несколько километров. Каждая частичка Оливии была чертовски безупречна. Я стоял там, сердце поднялось к горлу, а глаза путешествовали по телу девушки. Застыв на месте и внезапно начав нервничать, я не мог выговорить ни слова.

Когда я так ничего и не сказал, Оливия обеспокоенно посмотрела на меня.

– Декс? С тобой все в порядке?

– Ты прекрасна.

– Спасибо, – застенчиво улыбнулась она. – И вы чертовски хороши собой, мистер Портер. Куда мы сегодня идем?

– Подождите и увидите, мисс Мейсон, – я проводил ее к своей машине и помог забраться на пассажирское сидение. Ее сладкий, манящий запах заполнил салон, и я не был уверен, что смогу проделать весь путь к ресторану, не притянув девушку к себе, чтобы почувствовать ее вкус.

Когда мы выехали на вымощенную брусчаткой улицу, ведущую к ресторану, я потянулся к ее руке и переплел ее пальцы с моими, неспособный дольше оставаться без ее прикосновения. Оливия посмотрела на меня со своей потрясающей улыбкой, и моя грудь сжалась. Я не мог поверить, что она была здесь, со мной... что мне настолько повезло быть с ней.

Ресторан, куда я пригласил Оливию, располагался на последнем этаже отеля с видом на центр города и пристань. Вечернее небо освещали городские огни – вспышки яркого света танцевали в сумерках. Когда Оливия посмотрела на открывающийся вид, ее глаза вспыхнули от неприкрытого очарования моментом. Мое сердце растаяло и я убедился, что это того стоило.

Это была теплая летняя ночь, но температура была отличной, так как на крыше дул легкий ветерок. Кроме нашего было занято ещё только несколько столиков, так что наш ужин проходил в тихой, мирной обстановке среди мерцающих огоньков, и городом в качестве идеального фона. Мы непринужденно беседовали, как это обычно бывает, и после ужина ещё задержались, чтобы чего-нибудь выпить. Но чем дольше мы там сидели, тем сложнее было не прикасаться к ней. Мы медленно наклонялись ближе друг к другу, не в состоянии сопротивляться притяжению, пока нас не разделяли миллиметры. Оливия отклонилась назад, закинув ногу на ногу, из-за чего ее платье задралось ещё выше, обнажая мягкую кожу бедра, по которому я до боли хотел провести рукой. То, как она облизывала губы при взгляде на меня, словно хотела меня попробовать, сводило с ума, и я желал впиться в эти губы, погрузиться в ее рот. Я едва выносил это.

– Я едва могу держать руки при себе, и ты не облегчаешь мне задачу, – мягко сказал я, всем телом наклонившись к Оливии.

Положив руку мне на бедро, она улыбнулась.

– Почему ты решил, что должен держать свои руки при себе?

От ее прикосновения по моим венам пронесся электрический ток, и я вздохнул.

– Потому что, технически, это наше первое свидание, и я поклялся себе, что сделаю все правильно. То есть, не буду спешить, буду двигаться медленно.

– А что если я не хочу двигаться медленно? – надув губы, сказала она. – Что если я уже хочу тебя?

Христос, это будет сложно.

– Я хочу дать тебе то, чего ты заслуживаешь, – произнес я. – А ты заслуживаешь магии, волшебства... и совершенства. Хочу, чтобы ты знала, сколько значишь для меня, – я убрал ее волосы на одно плечо и мягко прижался губами к местечку за ухом. – Даже если это значит, что надо сопротивляться искушению, прямо здесь разорвать твои трусики и погрузиться в тебя, – Оливия втянула воздух, я обожал то, как сильно на нее действовал. Когда же я отстранился, на ее лице сияла решительная улыбка.

– Ну, увидим, – хитро произнесла девушка. – А сейчас, извини меня, но мне нужно в дамскую комнату.

Пока ее не было, я пытался взять себя в руки. То, что Оливия хотела меня также сильно, как я ее, настолько завело, что я еле мог усидеть на месте. Когда девушка вернулась за столик, ее глаза озорно блестели, и я задался вопросом, что она задумала. Я заметил, что она что-то прятала в сжатом кулачке, когда садилась.

– Ты не против подержать их для меня? – Оливия протянула руку и прижала что-то к моей ладони. – Они стали ужасно мокрыми, так что я решила снять их.

Я посмотрел вниз, громко застонав, когда увидел, что она давала мне. Свои трусики. Она сняла свои чертовы трусики и протягивала их мне. Крошечные, сексуальные, черные кружевные трусики, которые, вероятно, раньше прикрывали не много, а сейчас и вовсе ничего. Мой член сразу же напрягся и теперь упирался в ширинку брюк.

– Вы грязно играете, мисс Мейсон... – сквозь сжатые зубы проговорил я. Единственное, о чем я мог думать, это об ее обнаженной, влажной киске под платьем, и это сводило меня с ума. Оливия игриво улыбнулась, как будто точно знала, что со мной происходило, и начала соблазнительно водить пальчиками по своим губам.

Черт, она была рисковой девушкой. Это было чертовски сексуально. И если Лив хотела поиграть... мы поиграем.

Я специально уронил салфетку на пол. Наклонившись, чтобы поднять ее, я положил ладонь на ее лодыжку и медленно провел рукой вверх по ноге Оливии, остановившись под платьем на ее бедре, которое было скрыто скатертью. Ее дыхание ускорилось, и девушка немного раздвинула ноги. Не отпуская ее взгляда, я прижал ладонь к ее центру, пробежавшись пальцами по влажному жару, а потом скользнул внутрь нее, от чего из Оливии вырвался неслышный стон.

Убрав руку, я облизал пальцы, пока девушка пристально наблюдала за мной.

– Вкусно...

Ее щеки вспыхнули, и она сидела там, не в состоянии выговорить ни слова, поэтому я решил, что игра закончена. Но потом Оливия придвинулась ближе, запустив руку под скатерть и коснувшись моей огромной эрекции. Девушка начала поглаживать меня через ткань брюк, и я вцепился в край стола, пока не побелели костяшки пальцев.

– Лив, ты убиваешь меня... – я закрыл глаза и откинул назад голову, удовольствие затопило меня. Она начала сильнее потирать меня и, когда я открыл глаза, желание отчетливо читалось на ее лице. Прикосновение к моему члену заводило ее. И осознание того, что Оливия нуждалась во мне также сильно, как и я в ней, стало последней каплей.

– К черту, пошли отсюда, – я бросил на столик достаточно денег, чтобы оплатить наш ужин и оставить щедрые чаевые, схватил Оливию за руку, и потащил к выходу из ресторана.

Мы ехали к моему дому слишком долго. Как только мы прошли через входные двери, я оттеснил девушку к стене, поднял ее руки над головой и прижал к своему телу.

Ещё никогда я не чувствовал такой нужды. Само собой, я любил секс, но такую примитивную, отчаянную, неконтролируемую нужду я чувствовал только с Оливией. Хотел, чтобы она принадлежала мне – мыслями, душой и телом – точно также я хотел принадлежать ей. Я так сильно желал ее, что это выходило за рамки всего, и не было смысла контролировать это чувство.

– Ты чувствуешь, детка? – я толкнулся к ней бедрами так, чтобы девушка смогла почувствовать, насколько сильно я ее желал. – Это ты делаешь меня таким твердым... и такой твердый я только для тебя.

Оливия застонала, и я пробежался рукой вниз по ее телу, тесно прижав ее к себе.

– Я обманывал сам себя, считая, что смогу сегодня себя контролировать, – прошептал я. – Если бы я не знал, каково быть с тобой, сейчас я понимаю, что многое потерял. Но теперь, когда я знаю, какая ты на вкус... – я прижался губами к ее шее и провел языком по коже, – ...какие ощущения пробуждаешь... – я опустил руку между ее ног и медленно провел пальцами по скользкой киске, – какие звуки издаешь... – я ввел в нее два пальца, из-за чего девушка громко застонала. – Теперь нет никакого шанса, что я смогу сопротивляться искушению погрузиться сегодня глубоко в тебя.

Тяжело дыша, я толкал пальцы внутрь нее.

– Ты хочешь этого также сильно, как и я? – спросил я, смотря вниз на девушку.

Она прикусила нижнюю губу своими зубками и кивнула.

– Я хочу услышать это, – я расстегнул пуговицу на своих штанах и потянул вниз молнию, продолжая толкаться в нее пальцами.

– Я хочу этого, Декс, – с предвкушением, тяжело дыша, ответила Оливия. – Я хочу тебя.

Я обрушил свои губы на ее рот. Девушка притянула меня ближе к себе за галстук и поцеловала с таким же голодом, который чувствовал я сам. Потянулся к кошельку за презервативом и разорвал фольгу, пока она облизывала мою шею, из-за чего было сложно сконцентрироваться.

Как только я надел защиту, поднял ее платье и схватил девушку за бедра, толкнувшись в нее сильно и быстро. Оливия вскрикнула, обернув ноги вокруг моей талии и впившись ногтями в мои плечи. Она откинула голову на стену. Я слишком далеко зашел, и не мог замедлиться, даже если бы захотел. К счастью, Оливии похоже нравилось.

– О, Боже... Сильнее... Пожалуйста, Декс... Сильнее.

Я быстрее задвигал бедрами, почти полностью выходя, а потом снова врываясь в нее. Так продолжалось, пока девушка не сжала внутренние мышцы и выкрикнула мое имя. Я сразу же последовал за ней, зарычав от освобождения, когда взорвался внутри нее.

Наши грудные клетки синхронно поднимались, так как мы пытались восстановить дыхание. Я прижался своим лбом к ее и ослабил хватку, но так и не выпустил ее полностью из объятий.

– Святое дерьмо, – выдохнула Оливия.

– Да... но я ещё даже близко не закончил с тобой, детка.

Глаза 19

Оливия

Декс перенес меня в спальню, уложив на кровать, прежде чем поднялся, выбросил использованный презерватив и взял ещё один. Я наблюдала, как он раздевался, снимая медленно и беззастенчиво передо мной одежду, и наслаждалась видом. Никогда не устану смотреть на его сильное тело и четко очерченные мускулы, отмеченные рельефным узором татуировок. Теперь, когда я знала, что он мог вытворять своим телом, сколько удовольствия он мне приносил, это делало его ещё сексуальнее.

Он забрался ко мне на кровать, и я встала на колени, позволив Дексу стянуть мое платье через голову и снять лифчик. Он сразу же обхватил ртом мою грудь, а я схватила его за шею, прижимая к себе. Парень посасывал мой сосок, посылая поток удовольствия через все тело. Он заставил меня кончить менее чем через пять минут, однако, я снова хотела его.

Декс лег спиной на кровать и выжидающе посмотрел на меня.

– Я занимался с тобой сексом так, как я того хотел. Теперь твой черед, – он сверкнул глазами. – Как ты меня хочешь, Лив?

Я путешествовала взглядом по его телу, не зная с чего начать. Парень уже был твердым, его эрекция гордо стояла по стойке смирно, и меня подмывало пробежаться по ней языком и попробовать на вкус его гладкую шелковую кожу. Но вместо этого, я забралась на Декса так, чтобы моя грудь соприкасалась с его. Я проследила губами дорожку от его шеи к животу, пробежалась языком по каждому кубику его пресса, как хотела сделать с тех пор, когда увидела парня на пляже.

– Оливия, – тяжелое, сбившееся дыхание. – Я знаю, что сам сказал тебе контролировать ситуацию, но если я в ближайшее время не окажусь в тебе, то могу лишиться этой возможности.

Я улыбнулась возле его кожи и села, потянувшись за презервативом, который лежал позади меня.

– Терпение, мистер Портер... – сбивчиво я раскатала защиту по горячей, толстой длине Декса и приставила член к своему входу. Я уперлась руками на грудь парня, когда опускалась на него, громка застонав, когда он заполнил меня.

Я раскачивалась навстречу ему, сначала медленно, наслаждаясь глубиной его проникновения. Когда я начала двигаться быстрее, схватила Декса за руку и, отчаянно желая больше физического контакта, положила ее на свою грудь.

– Я хочу чувствовать твои руки. Обожаю, когда ты ко мне прикасаешься, – сказала я.

Он сжал ее своей огромной ладонью, дразня и лаская мой чувствительный сосок, когда я выгнулась от этого прикосновения, откинув голову назад.

– Боже, ты так сексуальна, – хрипло сказал Декс. – Обожаю смотреть, как ты распадаешься на части. И мне всегда будет мало, Лив. Всегда. Я чертовски люблю находиться в тебе.

Его слова подтолкнули меня, и я начала двигаться быстрее, когда Декс схватил мои бедра, глубже погружаясь в меня. Ощущения были просто невероятными, и я отпустила себя, терлась об него, объезжая твердую плоть. Вскоре внутри меня сжалась пружина, и мы вместе сорвались в пропасть.

***

– Ладно, мне нужен перерыв, – выпалила я, пытаясь восстановить дыхание.

Мы с Дексом вместе отправились на пробежку, и хоть я регулярно бегала в одиночку, была совсем не в такой хорошей форме, как он.

Он замедлил темп до ходьбы.

– Я впечатлен, Лив. Не многие могли бегать со мной на равных так долго, как ты.

Я рассмеялась.

– Ну, если бы я не пыталась впечатлить тебя, я бы давно остановилась!

Парень обхватил мое плечо и прижался губами к моему вспотевшему виску.

– Не глупи, детка. Тебе не нужно ничего делать, чтобы впечатлить меня, потому что ты и так ежедневно меня восхищаешь.

Когда Декс говорил такие милые вещи, а он это часто делал, мое сердце таяло все больше. Я не могла понять, как этот человек мог быть одновременно таким милым и таким невероятно сексуальным.

– Как далеко мы забрели? – в поисках чего-то знакомого осмотрела местность вокруг нас. Мы находились в сельской части города, вдоль тихой грязной дороги ютились старые деревенские домики. Я сказала Дексу, что хотела увидеть другие части Чарлстона, ведь я не была нигде, кроме пляжа и города, так что он повел меня исследовать другие достопримечательности.

– Недалеко, – сказал он. – Дорога поворачивает туда, откуда мы начали.

Мы добрались до двора с деревянным почтовым ящиком в форме дома и, по какой-то причине, он привлек мое внимание. Это был один из тех неповторимых самодельных домов, построенных именно так, как того задумал создатель. Крошечная черепица на крыше и небольшая замысловатая входная дверь с темно-зелеными жалюзи. Я могла поклясться, что раньше была здесь. Очевидно, в этом не было никакого смысла, но, когда я подошла ближе, то заметила табличку «Эванс», нацарапанную на боку ящика.

– Декс... – я указала на почтовый ящик, недоумение было написано у меня на лице. – Это моя фамилия.

– О чем ты говоришь? – он посмотрел на надпись, потом, растерянно, снова на меня. – Твоя фамилия Мейсон.

– Мейсон – это фамилия моей мамы, – пояснила я. – Я сменила ее, когда мне исполнилось восемнадцать, потому что не хотела иметь ничего общего с отцом... его фамилия была Эванс.

– Такая фамилия довольно часто встречается. Уверен, что это простое совпадение.

Я покачала головой.

– Я видела раньше этот почтовый ящик и дом... я узнала его. С другой стороны, там, есть качели с шиной, висящие на большом дубе?

Я знала это место, но не понимала почему. Казалось, я видела его во сне и все, что я могла вспомнить, это обрывки и несколько туманных картинок, мелькнувших в голове. Было непонятно, какая из них настоящая, а какая – нет. По какой-то причине, я вспомнила катание на качели с шиной и то, как я смеялась с каким-то человеком, лица которого не видела.

Декс побежал вперед, чтобы проверить другую сторону дома, и его озадаченное выражение лица подтвердило мою правоту.

– Как ты узнала, что там будут качели?

– Я вспомнила, как каталась на них, Декс. Почему я знаю это место? – это был большой белый дом с двойными входными дверями, огромным двором и большим дубом перед домом, с которого свисал испанский мох. Раньше я никогда не жила в подобном месте, тем не менее, оно было мне знакомо. Чем больше я оглядывала местность, тем больше туманных воспоминаний всплывало в голове. – Ничего не понимаю.

Из дома вышла пожилая женщина и направилась к нам. Ее седые волосы были подстрижены выше плеч, а джинсы были грязными на коленях, словно она работала в саду.

– Почему бы нам не поговорить с ней и все не выяснить? – он жестом указал на пожилую женщину. – Может, ты посещала это место, когда была ребенком или что-то подобное.

– Чем я могу вам помочь, ребята? – спросила женщина на подходе.

Я схватила Декса за руку и попыталась оттащить его оттуда.

– Нет, давай просто уйдем. Я уверена, это ничего не значит.

Женщина приблизилась и, посмотрев на меня, застыла в полном шоке.

– Олив? Это ты?

В памяти всплыло мое прозвище, и я изучала ее лицо, пытаясь сложить вместе все кусочки пазла.

– Откуда вы меня знаете? – спросила я.

Женщина казалась потрясенной, надолго уставившись на меня, прежде чем ответить.

– Я Рози. Я... Я – твоя бабушка.

Мой желудок перевернулся, и я сделала шаг назад.

– Нет, этого не может быть. Я вас не знаю, – бормотала я, не в состоянии выслушать то, что женщина пыталась мне сказать. – Это уже слишком, я ничего не понимаю. Мне-мне нужно идти.

На ее лице появилось разочарование, но она кивнула.

– Прости, что так вывалила это на тебя. И я не знаю, что сказать. Мне сложно поверить, что ты действительно стоишь здесь, передо мной. Знаю, это странно... но если ты хочешь поговорить, если хочешь, чтобы я тебе объяснила... просто приходи в любое время, хорошо?

Декс

– Ты в порядке? – спросил я, когда мы добрались домой.

Оливия вела себя тихо, и я волновался за нее. Не мог себе даже представить, что сейчас творилось у нее в голове. Встретить давно потерянную бабушку во время дневной пробежки? Нужно было чертовски много всего переварить.

– Я в порядке, – произнесла она. – Думаю, просто растеряна. Это кажется невероятным... тем не менее, я помню, что была там.

– Почему ты решила, что у тебя не осталось никакой семьи?

– Так сказала мне мама. Она всегда говорила, что есть только мы, но это не имело значения, потому что мы нуждались только друг в друге. Зачем ей врать?

Меня интересовало то же самое. Удерживать ребенка от ее семьи казалось жестоким. Если бы Оливия знала, что здесь у нее кто-то был, ей бы не пришлось жить самой по себе столько лет. Хотя я не мог ей этого сказать, поэтому просто пожал плечами.

– Может, Рози могла бы все объяснить. Как думаешь, может, вернуться и поговорить с ней?

– Нет... я не знаю, – вздохнула она, с беспокойством проведя руками по бокам. – У мамы должна была быть причина отделить ее от меня, так что, возможно, будет лучше, если я буду держаться подальше. На протяжении всей моей жизни были я и мама, она была моим лучшим другом. Раньше у меня никогда не было причины не верить ей, и теперь, когда ее нет, кажется неправильным сомневаться в ее намерениях, понимаешь?

Я ничего не сказал, потому что знал, что Оливия пыталась убедить себя, а не меня. В ее глазах были сотни вопросов, на которые она боялась ответить, потому что девушка не хотела, чтобы память ее матери что-то омрачало. Я только надеялся, что любовь к маме не станет препятствием в поиске правды о ее происхождении.

– Ненавижу то, что я не могу спросить ее об этом, – мягко проговорила Оливия, на ее глазах выступили слезы. – Мама ненавидела отца за то, что он нас бросил, и я видела, как сильно она расстраивалась, когда я говорила о нем. Так что я избегала этого. Я думала, что лучше подождать, пока она станет счастливой с кем-то другим, и разговор о папе не будет таким тяжелым. Я никогда не хотела, чтобы она думала, будто я не ценила ее, или что вопросы об отце значили, что я любила ее хоть на каплю меньше. Но теперь мама ушла, и стало слишком поздно. Я просто... я, правда, хочу, чтобы она все ещё была здесь.

– Я знаю, детка, – я обернул руки вокруг ее и притянул ближе к себе. – Я знаю.

В этот момент я осознал, что не только у меня были свои демоны. Мы оба цеплялись за прошлое, преследуемые нашими собственными сожалениями и неспособные двигаться вперед или отпустить это. Во многом Оливия все ещё была маленькой трехлетней девочкой, испуганной и смущенной из-за того, что ее папы больше не было рядом. Я же застрял в пустыне полмира отсюда, смотрел, как мой лучший друг умирал у меня на глазах, и больше всего на свете желал остановить это или занять его место.

Но каким было бы наше совместное будущее, если бы мы постоянно оглядывались назад?

Той ночью, когда Оливия отправилась на работу, я вернулся домой и посмотрел на письмо, которое родители Тэдди прислали мне. На протяжении месяцев оно лежало на моем кофейном столике, дразня своим присутствием и бросая вызов открыть его. Если я хотел будущего с Оливией, мне нужно было встретиться лицом к лицу со своими демонами и принять последствия. Прочтение этого письма стало моим первым шагом.

Как заставить себя прочесть письмо, которое подтвердит худшее о тебе, даже если ты сам признаешь это? Все станет намного реальнее, если ты услышишь такие слова от любимых людей, и я не знал, смогу ли когда-нибудь оправиться от подобного. Моя рука зависла над письмом, готовая рывком открыть и встретить правду, но я не мог этого сделать. Страх прошел через меня и я, как всегда, струсил.

Вместо этого, я спрятался в своей спальне, где письмо не могло насмехаться надо мной, и ждал, пока закончится смена Оливии. Иногда после работы она приходила сюда, и я надеялся, что сегодня именно такая ночь. Когда она была рядом, мне не нужно было думать о прошлом или беспокоиться о будущем – меня заботило только настоящее.

***

Вот оно. Спустя месяцы бесконечных тренировок, тактико-технических подготовок, доведения наших тел до предела, мы наконец-то отправляемся в наш первый рейс на границу. Вся кровь, пот и слезы привели нас к этому моменту, но в некотором смысле, это ещё только начало.

Мы с Тэдди ожидаем посадки самолета, который доставит нас в Ирак, окруженные родителями, которые настаивали на том, чтобы проводить нас. Для них это важнее, чем для нас. Мы это выбрали, но я знаю, что наши родители ещё не совсем смирились с таким выбором. Я вижу страх в их глазах и знаю, что моя мама еле сдерживается. Она держит папину руку так крепко, что та побелела. И я рад, что Эми здесь нет. Она уже на девятом месяце беременности и скоро родит, а я не хочу огорчать ее ещё больше, чем уже это сделал. Маленькая сестра Тэдди тоже не приехала; она слишком молода, чтобы сталкиваться с таким. С одними родителями уже тяжело прощаться. Они должны смотреть, как мы уходим, и гадать вернемся мы на своих двоих или в деревянном ящике, накрытом флагом страны, за которую мы сражаемся.

У нас уже состоялся тяжелый разговор – знаете, когда ты садишься и говоришь, как все должно быть, если не получиться вернуться живым. Маме пришлось покинуть комнату во время этого разговора, но папа милостиво сидел там, пока я объяснял, чего хочу в случае смерти или серьезного ранения. Это чертовски дерьмовый разговор, но армейский корпус вбил нам в головы, что он очень важен.

Я вижу, как какой-то человек из нашего подразделения направляется к посадочной полосе и понимаю, что пришло время и нам идти. Смотрю на Тэдди, и тот кивает.

– Нам лучше идти или ещё пропустим коктейли на борту самолета, – шутит Тэдди, пытаясь поднять настроение. Он искоса смотрит на меня. – Надеюсь, у них есть те маленькие зонтики, я обожаю их.

– Не будь смешным, Тэдди, – насмехаюсь над ним, закатывая глаза. – Конечно, у них есть те маленькие зонтики!

Мы смеемся, но нашим родителям, как обычно, не настолько смешно от наших выходок. Папа первым выходит вперед и притягивает меня в объятия.

– Я люблю тебя, сынок. Мы так гордимся тобой, – говорит он, хватая меня за заднюю часть шеи и крепко прижимая к себе. – Береги себя, понял?

Я киваю.

– Буду, папа. Я тоже люблю тебя.

Мама смотрит на меня так, словно в любой момент может взорваться рыданиями, и папе приходится подвести ее ко мне.

– Иди сюда, мама-мишка, – улыбаюсь я. – Я нуждаюсь в хорошем объятии на дорожку, – я наклоняюсь и оборачиваю свои руки вокруг нее, поднимая на несколько сантиметров над землей. – Я люблю тебя. Хорошенько заботься о моей маленькой племяннице и вышли мне фотографии, когда она появится на свет, ладно?

Рыдая, она кивает у моей груди.

– Я люблю тебя, милый. Обещай, что будешь осторожен.

– Я обещаю.

Я обнимаю и родителей Тэдди. Всю жизнь они были для меня второй семьей, и прощаться с ними почти так же тяжело, как с моими собственными мамой и папой.

– Вы должны заботиться друг о друге, – говорит мне его мама. – Вы делаете друг друга сильнее, так всегда должно быть, и пока вы присматриваете друг за другом, я могу спать спокойно. Берегите друг друга, мальчики, хорошо?

– Будем беречь, вы же знаете, – говорю я ей. – Мы – команда. Мы заодно. Всегда.

***

Чувствую, как теплые руки обнимают меня, вырывая из плохого сна. Успокаивающий запах Оливии, и ее нежное прикосновение вытягивают меня из тени и возвращают в реальность.

Как бы сильно я не хотел защищать и оберегать ее, правда была в том, что именно она спасала меня. Оливия принесла свет в мою жизнь, но, к сожалению, тьма всегда была неподалеку и тяжелым напоминанием о моем прошлом стучала в дверь.

Я не мог рассчитывать на то, что присутствие девушки будет держать моих демонов на расстоянии. Моей единственной надеждой на ближайшее будущее стало их окончательное уничтожение, только я не знал, как мне этого добиться. Мои кошмары были своеобразным наказанием за прошлое, и я боялся, что не избавлюсь от них, пока не найду способ смириться со всем, что наделал... но именно это могло оказаться для меня недосягаемым.

Глава 20

Оливия

На следующее утро я проснулась одна в кровати, но услышала шум воды из ванной. Декс всегда позволял мне подольше поспать после смены, но, обычно, он всегда возвращался в постель ко мне. Так как я уже проснулась, решила, что тоже могу его удивить.

Когда я ночью приехала к нему домой, Дексу снился кошмар. Хоть он и не был таким болезненным, как тот, который я видела в последний раз, я осознала, через какие пытки парень проходил. Зная, насколько сильно это влияло на него, я хотела подбодрить и отвлечь его от этих мыслей.

Быстро раздевшись, я прокралась в ванную так быстро, как только могла. Через плотное стекло душевой кабинки я могла рассмотреть его обнаженную фигуру, неподвижно стоящую под потоком горячей воды.

– Доброе утро... – пропела я, открывая дверь и ступая внутрь.

– Ммммм... доброе, детка, – он схватил меня за бедра и потянул за собой под поток воды. – Давно проснулась?

– Только что. Мне было одиноко без тебя... – прижавшись к нему в поцелуе, я сразу же почувствовала его эрекцию, упирающуюся мне в живот. Опустилась рукой вниз по груди и животу Декса, обхватила его член и провела по нему вниз-вверх.

Декс зарычал, сильнее сжимая ладонями мои бедра.

– Моя девочка не должна чувствовать одиночество... давай посмотрим, как это можно исправить.

Схватив презерватив с туалетного столика, он надел его в рекордные сроки и развернул меня лицом к стене. Парень прикоснулся губами к моей шее и медленно вошел в меня сзади, вызывая замечательное чувство наполненности. И все наши переживания легко были забыты.

***

Во время дневной смены в аквариуме было тихо и, соответственно, никто не отвлекал меня от мыслей, что роились в моей голове с тех пор, как я встретила Рози. Я не могла перестать думать о том, что она сказала и не могла решить, стоит мне с ней поговорить или нет. Чем больше я хотела узнать правду, тем сильнее боялась, какой она будет.

Я не хотела верить, что мама прятала меня от семьи, особенно учитывая, что у нас больше никого не было. Я любила маму больше всего на свете. Именно она поддерживала меня и была рядом всю мою жизнь. И я не хотела слышать то, что омрачит мои воспоминания.

С другой стороны, я пропустила огромную часть своей жизни. В моем прошлом было ещё столько неизвестного и непонятного, и я хотела ответов. Я чувствовала эту пустоту, сколько себя помню, но расставит ли правда все по своим местам, или сделает ещё хуже?

Я облокотилась на край аквариума черепашки Миртл и смотрела, как она лениво кругами плавал по воде.

– Теперь о вас, мисс Миртл... у вас есть своя маленькая черепашья семья, которая ждет вас? – я вздохнула. – Мне, наверно, не стоит жаловаться, ведь у вас, черепах, положение хуже, чем у меня. Ваша мама кладет яйца в песок и оставляет вас вылупляться, а потом вы сами находите свой путь в океане. Вы, бедные маленькие черепашки, должны сами учиться выживать... это довольно жестоко. Думаю, жизнь вообще жестока в том смысле. Там, снаружи, весь мир, наверно, очень одинокий. Думаю, если у меня появился шанс найти свою семью, я должна воспользоваться им, а?

Я разговаривала с черепахой. Миртл была классной девчонкой и все такое, но я, наверно, уже начала сходить с ума.

Когда рядом появился Френк, мои щеки смущенно вспыхнули. Я даже не слышала, как он подошел. И тут стою я, разговаривая с животным, словно сумасшедшая.

– Миртл здесь довольно хороший собеседник, верно? – хихикнул он, кладя руки на аквариум рядом с моими.

– Поймали, – ухмыльнулась я. – Они оставили меня здесь одну и посмотрите, что произошло.

– Эй, я не осуждаю. Иногда лучше поговорить с тем, кто не может ответить и вместо разговора, позволяет нам просто отвести душу, – он перевел взгляд с меня на Миртл. – Знаешь, черепахи – одиночки по своей природе, но это не значит, что они всегда одни. Многие из них мигрируют в те же места, по тому же пути, а иногда они даже путешествуют в группах. У них может не быть семьи, но мне нравится думать, что в пути они находят каких-то друзей.

Было такое ощущение, что мы больше не говорили о черепахах.

– Думаете, этого достаточно? – мягко спросила я.

– Думаю, все относительно, – он пожал плечами. – Семья важна, в этом сомнений нет. Но семья – это не только люди, родные по крови. Иногда, самые крепкие узы мы устанавливаем с людьми, которые встречаются нам на протяжении жизни. Как говориться: важно знать свои корни. Очень часто нам нужно посмотреть назад, чтобы действительно сделать шаг вперед.

– Вы мудрый человек, Френки, – я повернулась к нему и вопросительно посмотрела. – Уверены, что раньше не работали психологом?

Френк рассмеялся.

– Н-еа, просто за все это время выучил много жизненных уроков, так что мне нравится притворяться, что я знаю ответы на некоторые вопросы. Здесь это обычное явление – ты не первый человек, разговаривающий с животными, и ты не станешь последним! – он успокаивающе пожал мое плечо. – Просто у каждого из нас свой путь в жизни, малышка Ливи. Одна тропка сложнее, чем другие. Нет беды в том, чтобы сделать несколько неправильных поворотов на этом пути.

После этого он развернулся и пошел наверх, оставив нас с Миртл осознавать все сказанное и делать из этого выводы. Прежде чем я смогла разобраться в собственных мыслях, почувствовала, как в кармане завибрировал телефон. Обычно, я игнорирую его на работе, но так как никого рядом не было, я вытащила его и посмотрела на экран. Звонок был с неизвестного номера, так что я не ответила, решив, что кому надо, тот оставит сообщение. Однако они не оставили и продолжали трезвонить.

После третьего звонка я все-таки ответила.

– Алло?

Ответа нет.

– Алло, я могу вам помочь? – раздражаясь, повторила я. Показалось, что я слышала шум на том конце провода, но ответа так и не последовало, и я сбросила звонок.

Я немного испугалась, гадая, кто это мог быть. Когда я уехала из Нью-Йорка, вставила новую, неизвестную никому, SIM-карту, и мой номер знали только несколько людей. Все номера этих людей были у меня записаны, даже если бы кто-то ошибся номером, они должны были услышать автоответчик, и больше не звонить.

На долю секунды я подумала, что это могла быть Рози, но потом я рассмеялась над этой мыслью. Милая пожилая женщина, заявившая, что она моя бабушка, не была похожа на человека, у которого вообще был мобильный телефон. Да и самостоятельно она не могла найти мой номер телефона, если только не была каким-то технически подкованным компьютерным гением.

Решив, что это был просто настойчивый телефонный агент, я забыла об этом и вернулась к работе. Телефонные звонки были последними в списке моих проблем.

Декс

– Эй, чувак, это Портер... Декс Портер. Знаю, я свалился, как снег на голову, но я надеялся, что смогу заскочить сегодня.

Я услышал знакомый голос на другом конце телефона; слышал его во сне каждую ночь. Звук этого голоса встряхнул меня, и так захотелось все прекратить, но я удержался.

Трехчасовой поездки до Уилмингтона, Северная Каролина, не было у меня в планах на сегодня, но после очередного кошмара прошлой ночью я понял, что нужно что-то делать. Оливия очень успешно отвлекла меня в душе, но я знал, что больше не мог убегать от своих проблем. Как только она уехала на работу, я запрыгнул в грузовик и рванул в дорогу.

Указания привели меня к тихой улочке с домами по обеим сторонам дороги. Это был милый район, заполненный семейными домами с белыми деревянными заборчиками и детьми, играющими во дворе. Уже решил, что ошибся улицей, пока не поднялся вверх по дороге и не увидел дом, у которого на подъездной дорожке стоял грузовик с наклейкой на бампере «Морская пехота США». Я сделал глубокий вдох и выбрался из машины. Засунул руки в карманы и пошел к входной двери.

Прежде чем мне удалось постучать, дверь открылась.

– Святое дерьмо, Портер... рад тебя видеть, – обнимая меня, произнес Чейз. – После более дюжины неотвеченных звонков я уже не чаял услышать тебя, пока ты не позвонил мне сегодня утром.

Я неловко потел заднюю часть шеи.

– Знаю, извини. Я просто...

– Все в порядке, – остановил он меня. – Я знаю, как это. Рад, что сейчас ты здесь. Заходи.

Схватив два пива и открыв их, он провел меня в гостиную. Чейз немного хромал, но я сомневался, что для других это заметно. Когда мы разместились в гостиной, я сделал большой глоток пива, которое он мне протянул. Наступило только начало второй половины дня, но в той ситуации мне это было необходимо.

– Как нога? – спросил я.

– Чертовски хорошо, на самом деле, – он поднял штанину, чтобы показать протез ноги под ней. – То, что они сделали с этой штукой, просто невероятно. Теперь она едва беспокоит меня. Конечно, какое-то время мне нужно было привыкнуть к ней, но это малая плата. Все не так уж плохо, если потеряю ногу, но смогу вернуться к прежней жизни.

Я задался вопросом, что со мной было не так. Мой друг потерял полноги, тем не менее, нашел способ двигаться дальше по жизни и был оптимистом. Я же? Помимо частичной потери слуха, я остался цел, однако ни как не мог переступить через прошлое.

– А вообще, то, что я выбрался оттуда, полностью твоя заслуга, – сказал Чейз. – Если бы ты не вытащил меня оттуда, сегодняшней встречи бы не было. У меня бы не было второго шанса, – на его губах появилась огромная улыбка. – Я бы не стал отцом.

Я вскинул голову.

– У тебя есть ребенок? Ты прикалываешься надо мной?

– Пока нет, но через пору недель, да.

– Вау, поздравляю. Это... невероятно, – качая головой, улыбнулся я. – Ты не тратил время зря, да?

– Черт, нет! – рассмеялся Чейз. – Как только я вышел из больницы, сделал предложение Лиле и мы отправились в городскую администрацию. Мы решили, что не хотим ждать, чтобы создать семью, и теперь... теперь мы здесь.

– Теперь вы здесь, – эхом отозвался я. – Я так рад за тебя. Ты это заслужил.

– Не хочешь узнать, как мы решили назвать его?

– Это мальчик?

– Ага, – кивнув, сказал Чейз. – Остин Портер Скотт.

– Что? – в горле встал ком, и я посмотрел на него. – Почему?

– Ты спас мне жизнь, Портер. Ты спасал там все наши задницы. И не один раз. Могу только надеяться, что мой сын вырастет хоть наполовину таким смелым, как ты.

– Я не смелый, – пробормотал я, сфокусировав взгляд на точке на полу. – Я чертова катастрофа, мужик. Иногда такое чувство, словно часть меня все ещё там. Я просыпаюсь от кошмара и все, чего хочу, это набросить снаряжение и пойти грохнуть кого-то. Постоянно оглядываюсь по сторонам в поисках угрозы, как будто в любую минуту сзади могут подкрасться вражеские боевики и прикончить меня. Я никак не могу собраться, а моя голова... Боже, в моей голове полный бардак. Не думаю, что когда-нибудь смогу справиться с этим.

– Нет, справишься, – сказал он мне. – Я был в том же положении, в котором сейчас находишься ты. Кошмары, вина, паранойя... от этого у любого взорвется мозг. Пережив то, что пережили мы все, насмотревшись на все это, ты не можешь ожидать чего-то нормального. То дерьмо не было нормальным, и мы все, вероятно, пронесем через всю жизнь последствия нашей службы. Все оставили там часть себя.

– Не я, я не просто оставил там часть себя... я оставил умирать там своего лучшего друга. Я облажался и не заслуживаю лучшего будущего.

– В чем это ты облажался? – озадачился он. – В том, что бросился в дым, хотя ни хрена не слышал, и в черепушке плавились мозги? В том, что оттащил в безопасное место пол нашей чертовой группы, и мы смогли вернуться к нашим семьям? Для меня это совсем не похоже на провал, Декс.

– Я подвел Тэдди! – выкрикнул я, больше не мог держать это в себе. – Он умирал, звал меня, а я не смог найти его, черт возьми! Я не смог его спасти!

– Никто не смог спасти его! – заорал Чейз, поднявшись со своего места и посмотрев сверху вниз на меня. – Он никогда не звал тебя, Декс. Знаю, ты думаешь, что слышал его, но это не так. Его повреждения были слишком сильными, и ты или кто-то другой ничего не могли сделать, чтобы спасти его. Ты должен был это понять.

В отчаянии я провел руками по лицу.

– Я понимаю, что ты пытаешься мне сказать, правда. Логика говорит мне одно, но я... чувствую я совсем другое.

– Все это является частью посттравматического расстройства. Словно в голове что-то замыкает, и даже если ты хочешь чувствовать одно, у тебя не получается. Хотя со временем становится лучше.

– Как? – спросил я. – Каким образом мне становится лучше?

– Ты говоришь об этом. Говоришь, говоришь и говоришь, пока клубок в твоей голове не начинает распутываться. Мы впитываем все это дерьмо, и оно съедает нас живьем. Они предлагают консультацию у психолога, лечение и прочую фигню, чтобы помочь нам со всем разобраться, и предоставляют все необходимое, чтобы мы могли жить дальше.

– Почему-то мне это кажется нечестным. Почему я должен жить счастливой, нормальной жизнью, когда Тэдди не может этого сделать?

– Ты действительно думаешь, что Тэдди хотел бы, чтобы ты винил себя всю оставшуюся жизнь? Только то, что его жизнь подошла к концу, не значит, что ты тоже не должен жить. Он бы не позволил тебе это сделать, – на его губах появилась небольшая улыбка. – Этот пацан надрал бы тебе задницу, если бы узнал, что ты не прожил свою жизнь на полную катушку.

В этом он был прав.

– А ты счастлив?

– Черт, да, я счастлив. Не уверен, что когда-нибудь смогу полностью все забыть, и, вероятно, весь остаток жизни буду бороться со своими демонами, но я научился с этим справляться и пошел дальше. Я все ещё прохожу лечение, но у меня есть хорошая жена, которая всегда находится рядом со мной. С каждым днем становится немного легче, – он косо взглянул на меня. – А ты нашел хорошую девушку, Портер?

На некоторое время я замолчал, но потом на губах растянулась улыбка и я кивнул.

– Да, нашел.

– Ты справишься, я уверен. Если кто-то и может выбраться из этого, то только ты.

Я провел там остаток дня и встретился с его глубоко беременной женой, Лилой, которая предложила мне остаться на ужин. Мы вели непринужденную беседу, просто болтая и обмениваясь унизительными историями друг о друге, а Лила, смеялась так сильно, что я подумал, будто ребенок выпрыгнет прямо там, в гостиной.

Когда я уже уходил, Чейз протянул мне визитку программы поддержки ветеранов, которая направила его к психотерапевту, специализирующемуся на посттравматических стрессовых расстройствах. Он сказал, что они могут и меня к кому-то направить.

– Спасибо... за все, – сказал я, когда взял визитку.

– Не за что. Не теряйся, ладно?

– Хорошо, – сказал я. – Я хочу встретиться с твоим маленьким пацаном, когда он появится.

– Было бы здорово. Береги себя, брат. Всегда верен.

– Всегда верен (прим. пер.: Semper fidelis от лат. – всегда верен – фраза, служащая девизом и названием некоторых структур; активно используется в массовой культуре как девиз морской пехоты США).

Глава 21

Оливия

– Уже решила, что будешь делать с Роуз? – спросил Декс.

Минуло более недели после инцидента с «бабушкой», и я избегала этой темы. Декс считал, что я должна была увидеться с ней, но после нескольких намеков время от времени, он оставил меня в покое. До этого момента.

– Ещё нет. – Я, правда, надеялась, что он оставит это, но его взгляд говорил об обратном.

– Знаю, здесь нужно многое обдумать, Лив... разве тебе не интересно? Она могла бы дать ответы на имеющиеся у тебя вопросы и заполнить пробелы в твоем детстве.

– Конечно, мне интересно, – сорвалась я. Голос прозвучал жестче, чем я планировала, но я не могла ничего с собой поделать. – Но она же не будет рассказывать мне, что произошло в «Анатомии страсти» на прошлой неделе... мы говорим о моей жизни в этом городе! Это намного серьезнее! (прим. пер.: «Анатомия страсти» – американский телесериал).

– Я знаю, – признал Декс. – И я не пытаюсь давить на тебя, я просто... боюсь, что ты пожалеешь, если не сделаешь этого. Роуз не всегда будет рядом, а я не хочу, чтобы всю оставшуюся жизнь ты задавалась вопросами о самой себе.

С каких пор все решили, что знают, как для меня будет лучше?

– И это мне говорит парень, у которого уже несколько месяцев на кофейном столике лежит не открытое письмо от родителей его лучшего друга. Почему же ты не воспользуешься собственным советом, Декс? – не подумав, выпалила я и сразу же пожалела об этом, когда увидела, как по его лицу прошла волна боли. Дек пытался помочь мне, а я приняла все в штыки. Я была сбита с толку, злилась, и все это вывалила на него.

Декс тихо вышел из комнаты, и я почувствовала себя худшим человеком на планете. Уже собиралась подскочить и пойти за ним, но парень вернулся обратно.

– Прости меня, Декс. Я такая стерва. Я не хотела так говорить, знаю, это совершенно разные вещи. Я растеряна и вывалила на тебя все свое негодование, когда ты пытался помочь. Мне жаль, очень жаль.

– Нет, ты права, – держа письмо в руке, он сел рядом со мной на диван. – Я избегал этого письма, потому что боялся того, что скрыто внутри, но пришло время решить эту проблему. Хорошо это или плохо, но мы не можем вечно прятаться от своего прошлого. Рано или поздно, оно настигнет нас, нравится нам это или нет.

Он был более понимающим, чем я того заслужила.

– Итак, я подумал, – продолжил он. – Что если мы сделаем это вместе? Ты посидишь рядом со мной, когда я открою письмо, а затем мы пойдем к дому твоей бабушки. Давай просто сорвем пластырь и покончим с этим.

– Ты, правда, сделаешь это для меня? – спросила я.

– Для тебя я сделаю, что угодно.

Взглянув в его глаза, я была полностью сражена удивительным, добрым, замечательным мужчиной, стоящим передо мной. Осознание того, что для меня он был готов столкнуться с болью, которую могло принести прочтение того письма... просто сводило с ума. В тот момент я наконец-то призналась себе в том, что, наверно, уже некоторое время знала, но боялась допускать. Я окончательно и бесповоротно влюбилась в Декса.

Конечно, признаться себе в чувствах – это одно, а сказать о них – совершенно другое. Декс однажды ночью признался мне, но с тех пор он молчал. Я знала, что он чувствовал ко мне – он мне это доказал – но я не могла рисковать, признавшись во всем, если мы ещё не были готовы.

Однако это осознание заставило меня понять ещё кое-что – я не могла позволить Дексу открыть письмо в спешке. Ему нужно было открыть его, когда парень сам захочет, когда будет готов. Как бы мило не было то, что Декс готов сделать ради меня, я слишком любила его, чтобы позволить сделать это.

– На самом деле, Декс... если ты не против, я бы хотела сорвать мой пластырь первым, – произнесла я. – Боюсь, я пойду на попятный, если буду ждать слишком долго.

– Не вопрос, детка. Все, что захочешь.

Его облегчение было очевидным, и я знала, что приняла правильное решение. Не сомневалась, что вскоре Декс найдет в себе мужество открыть письмо, но это произойдет не из-за меня. Он должен сделать это ради себя самого.

***

Когда мы поднялись к дому, на подъездной дорожке стоял старый фургон, таким образом, стало ясно, что Роуз дома. Трудно было поверить, что ребенком я жила здесь. Мы с мамой всегда жили в крохотных тесных квартирках в оживленных районах, но это место было другим. Здесь можно было бегать вокруг дома в огромном дворе, лазать по многочисленным деревьям, а по соседству стоял только один дом. Дом Роуз находился на берегу реки, где располагался маленький док, ведущий к небольшому плоту. На крыльце стояли кресла-качалки, а аккуратный сад пестрел самими яркими цветами. Каждый ребенок мечтает расти в таком месте. Единственное, чего бы я хотела, это помнить свою жизнь здесь.

– Ты хочешь, чтобы я пошел туда с тобой или остался здесь? – спросил Декс, помогая мне выбраться из машины.

Я нервно посмотрела на него.

– Пойдешь со мной?

– Да, конечно, – он взял меня за руку и легко сжал ее. – Мы сделаем это вместе, помнишь?

Я кивнула и сделала глубокий вдох.

– Давай сделаем это.

Мы преодолели кирпичные ступеньки, и я нерешительно постучала в большие деревянные двери. Когда никто не открыл, я постучала еще раз, уже немного громче.

– Иду, иду. Придержите коней! – прозвучал голос из глубины дома.

Дверь открыла Роуз и на ее лице появилась улыбка, когда она увидела меня.

– Я уже начала волноваться, зайдешь ли ты когда-нибудь ко мне или нет. – После нескольких секунд неловкой тишины, женщина отошла в сторону, приглашая нас войти в дом. – Ну, заходи, милая.

Внезапно из моей головы вылетели все мысли. К счастью, Декс протянул Роуз руку:

– Здравствуйте, мэм. Я парень Оливии, Декс Портер.

– Роуз Эванс, – улыбнулась она, пожимая его протянутую ладонь. – Рада познакомиться, Декс.

– Извините, я немного нервничаю, – заметила я с дрожью в голосе.

– Да все в порядке. Я сама немного волнуюсь, – сказала Роуз. – Просто рада, что ты пришла. Почему бы вам не разместиться в гостиной, а я пока принесу нам лимонада?

Женщина провела нас в уютную комнату с диваном и двумя креслами, расставленными перед каменным камином. Открытые французские двери вели на крыльцо, впуская в помещение легкий ветерок с улицы. Пока я осматривалась, в памяти всплыли нечеткие образы и моменты из детства, которые я не узнавала.

На полке стоял коллаж из фотографий и, когда я подошла, чтобы взглянуть ближе, взгляд упал на фото в центре. В круглой, старинной серебряной рамке стояла наша с Роуз фотография. Мне было где-то три года, так что нас фотографировали примерно в то время, когда мы уехали. На наших лицах светились одинаковые улыбки, а своими маленькими ручками я изо всех сил цеплялась за женщину. Не трудно было заметить, как сильно эти двое любили друг друга.

– Ты была милым ребенком, – произнес Декс.

– Как я могла это забыть?

Сзади подошла Роуз.

– Это было давно, Олив. Ты была такой маленькой, когда твоя мама уехала. Давайте присядем, и тогда поговорим. – Она протянула нам стаканы с лимонадом и села в одно из кресел.

– Я даже не знаю, с чего начать... – сказала я, занимая место на диване рядом с Дексом.

– Как насчет начать с начала? – предложила она, сделав глоток из стакана. – Как ты, наверно, знаешь, твои родители – Лора и Том – были вместе со средней школы. Лора рано потеряла мать, и ее воспитывал отец, совершенно ничего не смыслящий в воспитании дочери. Когда Лора поняла, что вскоре после выпускного забеременела... Боже, он был в ярости. У него были большие планы на дочь. Она должна была пойти в колледж и заняться собственным делом. Но так как появление ребенка не входило в планы ее отца, он поставил ей ультиматум – или Лора отказывается от ребенка, или убирается сама.

Я сделала резкий вдох. Мама никогда ничего подобного мне не рассказывала. Она не много говорила о родителях, но всегда все выглядело так, словно оба родителя погибли в одно и то же время. Я начала осознавать, что знала о маме не так много, как думала.

– Но твоя мама... она была довольно крепким орешком, – продолжила Роуз. – С резким нравом, но с золотым сердцем. Она полюбила тебя с того момента, как узнала, о беременности, и она боролась за тебя. Собрав сумки и высоко подняв голову, Лора никогда не оборачивалась назад. Я, не задумываясь, забрала ее сюда. Я очень сильно любила эту девушку, и она была для меня, как дочь.

– Том знал, что ему нужно было что-то ещё, помимо аттестата о среднем образовании, если он хотел обеспечивать свою семью, так что осенью он отправился в колледж. Это было всего в паре часов отсюда, так что время от времени он приезжал на выходные, чтобы повидаться с тобой и твоей мамой, но в основном, он приезжал к нам троим. Но со временем, Том начал приезжать домой все реже, ссылаясь на занятость и тяжелую учебу. Я знала, что это беспокоило твою маму, но она никогда не говорила об этом. Он был единственным человеком, которому она не могла противостоять, потому что очень сильно любила и боялась потерять. Она делала ему поблажки и говорила, что все хорошо, если он все время проводил вне дома, потому что Том тяжело работал для вашего же блага. Лора думала, что когда он закончит колледж, то вернется домой, и вы будете счастливой семьей.

– Затем, в один выходной день, после нескольких месяцев отсутствия Тома, Лора поехала к нему, чтобы все выяснить. Вот что она узнала: пока твоя мама одна растила тебя дома, мой мерзавец-сынок больше года встречался там с кем-то. Лора была опустошена, но самое страшное в том, что Том даже не выглядел виноватым. Сказал, что на протяжении лет они отдалились, и он не был готов стать семьянином. Конечно, это была полная чушь, но Том был просто таким... невероятно эгоистичным, он не принимал в расчет то, как чувствовали себя окружающие. Не знаю, откуда в нем это взялось, потому что его отец – упокой Господь его душу – совсем не был таким. Как бы ужасно это не звучало, я всегда знала, что Лора была слишком хороша для него, но, думаю, я надеялась, что он изменится и докажет, что я в нем ошибалась.

История моей мамы была очень похожа с моей собственной, и в то же время, она была намного хуже, потому что у нее был ребенок от мужчины, который ей изменял. Мое сердце разрывалось от мысли, сколько боли он причинил ей. И со всей этой болью она жила до конца своих дней, на самом деле, никогда не шагнув вперед и не отпустив прошлого.

Роуз сделала глубокий вдох и продолжила.

– Лора вернулась совершенно разбитой и решила убраться от него, как можно дальше. Я умоляла ее остаться со мной, говорила, что сделаю все, что угодно, чтобы удержать ее здесь – даже если это значило оборвать все связи с собственным сыном. Я бы и сделала так, и, возможно, это делает меня ужасной матерью, но то, что сделал Том, было непростительным. И единственное, о чем я заботилась, это о том, как защитить тебя и твою маму. Вы двое стали моей семьей.

– Звучит так, будто вы действительно любили ее, – мягко сказала я.

– О, милая, любила. – Она вытерла слезу со щеки. – Правда, любила.

– Тогда, почему она не осталась с вами?

– Она сказала, что это будет нечестно по отношению к Тому или ко мне, если я выберу ее вместо него, – со слезами на глазах сказала Роуз. – Хотя, честно говоря, я думаю, что для нее просто было тяжело находиться здесь. Все в этом доме, как и я, заставляли ее думать о Томе, а Лора больше не хотела иметь ничего общего с ним и его жизнью. Так что она забрала тебя и уехала. – Роуз вытащила платок, чтобы вытереть глаза. – Это разбило мне сердце, но я знала, как сильно она страдала, так что постаралась понять. Шли недели, потом месяцы, а я ничего о ней не слышала. Тогда я осознала, что никогда, наверно, и не услышу. Она чувствовала, что должна была обрубить все концы и, думаю, поэтому она никогда тебе ни о чем не рассказывала. Я все ещё жалею, что позволила ей уйти, и хочу, чтобы ты знала – не проходило и дня, чтобы я не думала о тебе или твоей матери. Я каждый день скучала по вам.

Из моих глаз хлынули слезы, и Декс потянулся к моей руке, успокаивающе сжав ее.

– Как вы узнали, что моя мама... о несчастном случае? – спросила я.

Роуз поднялась и подошла к книжному шкафу, вытащив что-то из-под рамок и протянув это мне. Это было фото моей мамы и меня в день моего окончания средней школы, через несколько недель она умерла. Фотография не была вставлена в рамку и была потертой, с загнутыми краями, словно ее часто брали в руки. Я перевернула фото и на оборотной стороне увидела надпись, выведенную рукой моей мамы.

«Я скучаю по тебе. Прости».

– Она прислала мне это прямо перед случившимся. Я не поверила собственным глазам, когда открыла это. После стольких лет она наконец-то вышла на контакт со мной. Внутри больше ничего не было, но на конверте был обратный адрес, так что я написала ей письмо, умоляя связаться со мной. Когда Лора не ответила, я написала ещё одно, и ещё, пока однажды мне не вернули все отправленные письма. Их не открывали. Я позвонила в главную почтовую службу города Нью-Йорк, и только там узнала о ее смерти. Это уничтожило меня, и я могла думать только о тебе, Олив. Я не знала, смогла ли твоя мама пережить прошлое и есть ли в твоей жизни кто-то, чтобы позаботиться о тебе. Или может ты осталась там совсем одна. Пыталась выяснить, но никто ничего о тебе не знал.

– Мы много переезжали, – пояснила я, пытаясь не подавиться собственными словами. – Мы никогда не жили в одном месте так долго, чтобы все знали наш адрес. И моя мама никогда не забывала прошлого... никогда не увлекалась кем-то ещё. Мы жили... мы жили только вдвоем.

– О, Олив... – воскликнула Роуз, слезы струились по ее щекам. – Мне так жаль, что тебе в одиночку пришлось пройти через все это. Я должна была быть рядом с тобой... я должна была сильнее стараться, искать тебя. Я просто не знала как.

– Это не ваша вина, – заверила я ее. – Когда я впервые встретила вас, я злилась, что мама скрыла от меня ваше существование, но, думаю, она хотела рассказать... только тогда, когда она сама была бы готова. К сожалению, ей так и не представилось шанса. Уверена, все было бы совсем по-другому, свяжись она с вами раньше или расскажи мама мне о вас с самого начала, но я и сама неплохо справилась. Благодаря этому я теперь сильнее.

– Ты так похожа на нее, знаешь об этом? – Роуз улыбнулась. – Лора всегда могла успокаивающе действовать на людей. Обычное пребывание рядом с ней согревало душу, и даже будучи маленькой девочкой, ты пробуждала в людях те же чувства.

– Я начинаю вспоминать некоторые вещи, – произнесла я. – Ничего конкретного, в основном нечеткие картинки из этого места и наши с вами образы, но абсолютно ничего о моем отце. Мы с ним не были близки, верно?

Роуз покачала головой.

– Нет, совершенно. Как я сказала, он редко приезжал и, честно говоря, он совсем не знал, как быть отцом, не говоря уже о том, как быть хорошим отцом. Большую часть времени он наблюдал за всем со стороны, занятый своей собственной жизнью. Дошло до того, что ты перестала спрашивать об отце и даже не замечала его, если он находился рядом.

– Он вообще пытался меня отыскать? Или хотя бы говорил обо мне? – Вопрос прозвучал, прежде чем я смогла остановить себя. Глубоко внутри я знала ответ, но все равно у меня невольно вырвался вопрос.

Роуз печально склонила голову.

– Точно не скажу, но если ты хочешь знать правду... я была бы удивлена, если бы он стал это делать. Хотя он любил тебя, Оливия. Знаю, учитывая обстоятельства, это звучит странно, но по-своему, извращенно и эгоистично, он любил тебя.

Я кивнула, проигнорировав скрутившийся в узел желудок, и попыталась не беспокоиться об этом.

– Где он сейчас?

– Он живет в нескольких часах езды отсюда, в Колумбии. По работе он много путешествует, так что редко бывает дома.

– У него есть семья?

Женщина медленно кивнула.

– Он женился на девушке, которую встретил в колледже, и у них есть дочь. Тем не менее, не думай, будто он превратился в образцового семьянина... потому что это не так. Он остался таким же как был, но в этот раз, когда девушка от него забеременела, ее богатый папочка пригрозил убить Тома, если он не женится на ней. Он совершенно не интересуется жизнью своей дочери, впрочем, его жена не лучше него. Они отправляли девочку в школы-интернаты и лагеря, а вплоть до этого года она проводила каждое лето со мной. Как по мне, так тебе было лучше без него, Олив. И я говорю это всерьез.

– У меня есть сестра? – Я никогда не обдумывала такую вероятность, а от этой новости у меня закружилась голова. Я не совсем знала, как на это реагировать. Можно было бы подумать, что я почувствовала горечь или ревность из-за той идеальной семьи, которая была у девочки, но услышав, о чем говорила Роуз, я могла сказать, что ее жизнь была далека от идеальной. Может, я и росла без отца, но, по крайней мере, рядом со мной была любящая мама.

– Да, определенно, – ответила Роуз. – Девочку зовут Харпер. Ей девятнадцать лет и она такая милашка. Вероятно, потому что ее родители не провели с ней достаточно времени, чтобы испортить. Она – единственная причина, по которой Том все ещё является частью моей жизни. Я злилась на него за то, что он сделал твоей маме, но когда родилась Харпер, я поняла, что девочке нужен человек, который будет любить ее и заботиться.

Я уже ненавидела отца за то, как он поступил со мной и моей мамой, но теперь я ещё сильнее возненавидела его за такое отношение к бедной девочке. Я даже не знала Харпер, но каким-то образом я вдруг захотела ее защитить.

– Она знает обо мне? – спросила я.

– Да, знает. Она не знает, что ты здесь, но она уже давно знает, что где-то у нее есть сестра по отцовской линии. В детстве Харпер всегда хотела братика или сестричку, и никогда не могла понять, почему она не может с тобой встретиться. – Роуз неуверенно посмотрела на меня. – Уверена, что тебе нужно какое-то время, чтобы переварить все это, но когда ты будешь готова... если откроешься... я знаю, что она захочет познакомиться с тобой.

Все было таким подавляющим и, прокручивая услышанное в голове, я на мгновение засомневалась.

– Я не против, – сказала ей. – Я пока не очень к этому готова, и мне может понадобиться некоторое время, чтобы привыкнуть к этим новостям, но, рано или поздно... мне бы действительно хотелось узнать ее.

– Конечно, не торопись, дорогая. Она будет здесь, когда ты будешь готова. Когда бы это ни было.

Через некоторое время, мы с Дексом ушли. Я пообещала Роуз, что скоро вернусь. Женщина проводила нас к двери и притянула меня в долгие и крепкие объятия.

– Оливия Роуз Мейсон, – вслух произнесла я свое полное имя, понимая, наконец, все, что за ним скрывалось. – Помню, как однажды я спросила маму, откуда произошло мое второе имя, и она сказала мне, что это наше родовое имя. Она сказала, что оно принадлежало самому важному человеку в ее жизни, и когда-то она мне все расскажет о ней. Я так рада, что нашла вас, Роуз.

Она улыбнулась, глаза наполнились слезами.

– Я тоже, Олив. Больше, чем ты себе можешь представить.

Декс

Когда мы выехали с подъездной дорожки Роуз, я посмотрел на Оливию. Она выглядела немного потрясенной, но после всего, что Роуз ей рассказала, почему она должна выглядеть по-другому? Иногда во время разговора даже мне приходилось сжимать кулаки, чтобы сдержать гнев. Отец Оливии видимо был самым никчемным куском дерьма на целой планете, и я возненавидел его за то, что он не обеспечил Оливии того детства, которое она заслуживала.

– Ты в порядке? – спросил я ее. Это был глупый вопрос, потому что, конечно, она была не в порядке, но я не знал, что ещё могу сказать. Я боялся, что если девушка будет слишком много об этом думать, в конце концов, она начнет казнить себя.

– Да, в порядке, – сказала она. – Просто странно было слышать все эти вещи. Есть столько всего, чего я ещё не знаю и я... не этого я ожидала. Услышав историю целиком, я осознала, как тяжело было моей маме, и я не виню ее за то, что ничего мне не рассказала. Думала, что буду злиться, но вместо этого я чувствую странное облегчение. Мама для меня осталась тем же человеком, которым я всегда ее считала. И нет никакого шанса, что она могла предвидеть свою смерть, прежде чем смогла бы мне рассказать о своем прошлом... иногда такое просто случается.

– В конце концов, ты приехала сюда, и только это имеет значение.

– Невероятно, да? – Из нее вырвался смех. – Я никак не могла сложить все кусочки вместе, но, вдруг, все встало на свои места, когда я вернулась туда, откуда начинала. Когда я впервые приезжала сюда с Норой, я сразу же почувствовала связь с этим местом. Знала, что частично это произошло потому, что отсюда родом моя мама, но правда скрывалась глубже. Теперь я понимаю почему. Это... дом.

– Итак, насчет твоего отца... – начал я, пытаясь задать вопрос так, чтобы он не огорчил Оливию. – Думаешь, ты когда-нибудь встретишься с ним?

Ничего не сказав, Оливия отвернулась к окну. Я уже подумал, что перегнул палку, но через некоторое время она ответила.

– Нет, я не хочу иметь с ним ничего общего. Не то, чтобы я ненавидела его или злилась... я просто ничего не чувствую в отношении него. Он не был важен для меня, даже когда был рядом. Он никогда не пытался найти меня или позже принимать участие в моей жизни. Отец позволил мне уйти, а теперь и я отпускаю его. Без него мне будет лучше.

Я не мог винить ее. Мне полегчало, раз уж у Оливии не было никаких планов открывать свою душу перед человеком, который не заслуживал ее и мог причинить ей боль. Некоторые люди по своей сути плохие, они не способны меняться и не заслуживают второго шанса.

Я очень боялся, что я – один из таких людей.

– Знаешь, чего я хочу? – Оливия сделала глубокий вдох и повернулась ко мне. – Я хочу выбросить из головы все это серьезное дерьмо. Даже если это ненадолго.

– Понял, – усмехнулся я, точно зная, что делать.

Узкая грязная дорога была безумно заросшей, и я боялся, что мой грузовик не доживет до ее конца. Дорога была вся в огромных выбоинах, и вести машину было бы невозможно, если бы у меня не было такого внедорожника. Место, куда я вез Оливию, как минимум, отдаленное, и только немногие знали, где оно находится. Когда я был в средней школе, мы разжигали там большой костер и устраивали вечеринку, потому что это место находилось так глубоко в лесу, что никто не мог там на нас наткнуться. Я не был там со времени моей последней командировки за границей, но если с тех пор там ничего не изменилось, то это место было идеальным для осуществления моего плана.

– Куда вообще ты меня везешь? – спросила Оливия.

– Увидишь, – ушел я от ответа.

Наконец, дорога превратилась в большую поляну, окруженную деревьями. Потрясающе. Прошлой ночью шел ливень и на земле образовались гигантские лужи. Практически вся поляна была в грязи.

– Я, правда, надеюсь, что твоя романтическая идея не имеет отношения к этому, – ошеломленно проговорила она, с подозрением наблюдая, как я закрыл окно.

Моя ухмылка стала шире.

– Пристегнись, детка.

Оливия бросила мне растерянный взгляд, а я нажал на газ. Колеса рванули вперед, притормаживая, когда грязь проскакивала под шинами и брызгала на окна, скрывая настоящий цвет грузовика. Оливия закричала, схватившись за приборную панель, когда мы устремились прямо к большому ухабу и провалились на дно лужи.

– Ты с ума сошел? – рассмеялась Оливия, оставив попытки сдержать улыбку.

– Что, ты никогда раньше не пачкалась? – я посмотрел на нее. – Если ты хочешь быть южной девочкой, тогда ты просто обязана это сделать!

Машина была вся в коричневой грязи, и через окна едва можно было что-то разглядеть, но важно было только то, что беззаботный смех Оливии эхом разносился по салону. Если что-то и могло отвлечь ее от всякого запутанного дерьма, так это грязь. Гонка по грязи на внедорожнике как-то освобождала; полет в воздухе над ямой и то мягкое чувство, когда на пути вниз твой желудок переворачивается. Это было захватывающе и заставляло забыть о всякой прочей фигне. Я вспомнил детство, тогда веселее всего было играть только, когда игры были связаны с грязью. Взрослые всегда пытаются избежать этого и остаться чистыми, но иногда ты просто нуждаешься в чем-то этаком.

Быть грязным – это часть жизни. Веселая часть.

Время от времени, когда я резко попадал в яму или сильно ускорялся, Оливия тихо вскрикивала, но огромная улыбка не покидала ее лица с тех пор, как я начал. Я обожал эту улыбку. И ради этой улыбки, я сделал бы все, что угодно.

Мы продолжали гонять, пока солнце не начало заходить, а урчание наших желудков не напомнило нам, что со вчерашнего утра мы ничего не ели. По пути домой мы остановились на ужин, а когда проезжали пляж, Оливия попросила меня затормозить.

– Ты чего? – спросил я, забеспокоившись о том, что ей могло стать плохо, или, что день был слишком трудным, и у нее своего рода эмоциональный срыв.

Девушка озорно сверкнула глазами.

– Есть ещё одна легкомысленная и безответственная вещь, которую я хочу сделать.

Она выскочила из машины и побежала в темноте по песку. Я последовал за ней, тщетно просматривая пляж в поисках каких-либо следов Оливии. Стояла кромешная тьма и единственным источником света стало бледное сияние луны на небесах. Когда я двинулся дальше по пляжу, глаза начали привыкать к темноте, и я едва не споткнулся о пару туфель. Туфель, принадлежащих Оливии.

Я поднял их и продолжил путь. Когда я прошел возле бледно-розовой футболки, в которую она была одета, губы сами собой изогнулись в ухмылке, и я ускорил шаг. Следовал за дорожкой из одежды, встречая по пути ее джинсовые шорты, лифчик и, в конечном итоге, трусики Оливии. Я посмотрел вверх и, когда нашел глазами ее, с трудом шагающую в воде, без единого кусочка ткани на теле, едва не проглотил свой чертов язык.

Ее мягкая кожа сияла в свете луны, а четко очерченные изгибы ярко контрастировали с темными водами океана. Светлые волосы каскадом спускались по спине, развиваясь на легком бризе и лаская хрупкие плечи девушки.

За всю свою жизнь я не видел ничего прекраснее.

Оливия посмотрела на меня через плечо и ее глаза засверкали, встретившись с моими.

– Ну, присоединишься ко мне или как?

Действуя молниеносно, я все равно раздевался слишком медленно.

Бросив одежду на песок, я тоже зашел в воду. Нагретая за день палящим летним солнцем вода дарила изумительное чувство свежести.

Подойдя к Оливии сзади, я прижался своим телом к ней и обнял ее за талию, притягивая ближе к себе. Приблизившись губами к ее уху, я прошептал:

– От тебя у меня перехватывает дыхание, Лив.

Девушка задрожала и выгнулась мне навстречу, самым соблазнительным способом прижав свою округлую, идеальную попку к моему каменному члену. Я провел рукой по ее животу и опустился между ее ног, пробежавшись пальцами по ее скользкому жару. Оливия застонала, откинув голову мне на плечо, когда я одной рукой обхватил ее грудь, а второй продолжал потирать ее киску.

Я потянул Оливию туда, где вода была глубже. Океан был спокойным и относительно неподвижным. Вода плескалась о наши плечи, когда я развернул девушку лицом к себе.

– Спасибо за сегодняшний день, – мягко сказала девушка, оборачивая вокруг меня руки и ноги. Она нежно прижалась ко мне губами, но я нуждался в большем. Запустив руки ей в волосы, я углубил поцелуй и легонько прикусил ее нижнюю губу. Оливия раскрыла губы и впустила меня внутрь, переплетая свой язык с моим. Она издавала сладкие, сексуальные звуки.

Девушка идеально прижималась ко мне, и скользнуть в нее было бы очень легко, но ощущения были слишком удивительными, чтобы спешить. Я хотел растянуть время и насладиться тем, как ее влажное, сексуальное тело скользило напротив моего. Тем, как ее соски свернулись в горошинки на прохладном ночном воздухе и задевали мою обнаженную грудь. Тем, как океаническая вода бурлила вокруг нас, согревая каждый сантиметр уже и так разгоряченной кожи.

Я начал прокладывать дорожку из поцелуев вниз по ее шее, вдоль ключицы к ложбинке между грудей. Оливия выгнула спину, и я взял один сосок в рот, посасывая и облизывая, пока она извивалась в моих руках. Из-за воды в океане ее кожа стала соленой, и этот вкус на губах сводил меня с ума. Подтянув девушку ближе к себе, я медленно водил своим твердым членом вдоль ее киски, пока мы оба больше не могли этого выносить. Передвинувшись, я погрузился в нее, и громкий рык вырвался из моих губ. Никогда не чувствовал ничего лучше. Оливия была тесной и чертовски потрясающей, а наши тела подходили друг другу, словно две части одного пазла.

Пальцами она впилась мне в плечи, когда девушка подалась бедрами мне навстречу.

– О мой Бог, Декс... чувствовать тебя так хорошо, детка, вот так. – Схватив ее за попку, я начал толкаться в нее, не в состоянии больше сдерживаться или замедляться.

– Черт, Лив, у меня нет презерватива, – выдавил я, наконец, понимая, почему ощущения были такими невероятными. Потому что между нами не было никакой преграды.

– Не останавливайся, пожалуйста, не останавливайся.

Я знал, что Оливия была близко, но слишком далеко зашел, чтобы теперь остановиться. Стиснув зубы, я начал врезаться в нее, жестко и быстро, пока она не сжалась вокруг меня. Вышел, как раз когда через меня пронеслось мое собственное освобождение и, потянувшись между ног Оливии, довел ее до оргазма уже своими пальцами.

Как только девушка восстановила дыхание, она вопросительно уставилась на меня.

– Тебе не нужно было выходить, – произнесла она, немного надув губы. – Я на таблетках, Декс. Думала, ты знаешь.

– Я не знал, что ты... не против этого... или как бы то ни было, – заикался я.

Оливия рассмеялась.

– Ты же знаешь, что я тебе доверяю. – Прижавшись губами к моему уху, она провела языком по всей ушной раковине. Знала же, что это сводило меня с ума. – Больше так не делай... я хочу чувствовать, как ты взрываешься во мне, выкрикивая мое же имя.

Мой член немедленно напрягся, и она захихикала, когда я зарычал.

– Если сейчас я не отвезу тебя домой, то буду трахать, пока наша кожа не сморщится и не посинеет от долгого пребывания в воде.

– Ммммм, – пробормотала она напротив моих губ. – Должно быть, оно того стоит.

– Ты хочешь убить меня, что ли? – Я привлек девушку ближе и прижался к ней губами, медленно уговаривая впустить язык в ее ротик. Я был полностью готов остаться в воде и начать второй раунд – какими бы сморщенными мы не стали – но почувствовал, как Оливия напряглась в моих руках и отстранилась. – Что случилось? – спросил я.

– Я сейчас увидела что-то там, в дюнах... как будто вспышку света или что-то похожее, – взволнованно проговорила она. – Ты уверен, что рядом никого нет?

Я повернулся к пляжу, выискивая какой-либо признак света или движения, но ничего, кроме темноты, не заметил.

– Сомневаюсь, но, на всякий случай, схожу, проверю.

Она схватила меня за руку, чтобы остановить.

– Нет, давай просто уберемся отсюда.

– Ладно, – согласился я. Девушка, казалось, нервничала, а я не хотел, чтобы Оливия так себя чувствовала. – Уверен, там ничего не было. Может, фары или чудное отражение. В любом случае, сейчас слишком темно, чтобы кто-то мог что-то увидеть. Не волнуйся, детка.

Глава 22

Оливия

Мы быстро собрались, и хотя ничего необычного я не заметила. Когда мы уезжали с пляжа, я не могла отбросить чувство, что за нами наблюдали. Я могла поклясться, что увиденный мною свет был вспышкой какой-то камеры, но надеялась, что я ошибалась. Продолжала говорить себе, что мое сознание играло со мной, или, что Декс был прав и это просто был свет фар с другой стороны дюн.

Обычно я не была таким параноиком, но с недавнего времени я все больше осторожничала. После всех этих странных звонков и визита в ресторан того странного парня, я часто ловила себя на том, что оглядывалась через плечо и постоянно была на чеку. У меня просто появлялось чувство – словно волосы на затылке вставали дыбом – но пока я не видела ничего, что могло бы подтвердить мои опасения. Я ничего не говорила Дексу, потому что знала, как сильно он стремился защитить меня, и не хотела волновать его, когда не было серьезного повода. Возможно, весь стресс был из-за моего прошлого, которое заставляло меня поступать неразумно. Я придумывала в своей голове ненужную драму, чтобы отвлечься от реальных проблем в моей жизни. Нужно прекращать раздувать трагедию из пустяка.

Когда мы заехали на мою подъездную дорожку, Декс затормозил. Он сосредоточил взгляд на том, что находилось дальше по дороге.

– Думаю, это машина Нейта, – произнес он, припарковав грузовик и выпрыгнув наружу. – Какого черта он здесь делает?

Я последовала за его взглядом и убедилась, что это Нейт. Его старая «камаро» была припаркована на обочине, почти полностью скрыта из виду скоплением веток. Ее было бы невозможно заметить, если бы не ярко оранжевая покраска, и я задалась вопросом, почему он просто не остановился на подъездной дорожке.

– Он, должно быть, искал меня, – сказал Декс. – Черт, вдруг что-то случилось с Эми или Сэди?

Декс рванул вверх по лестнице к квартире Эми, и я последовала за ним. В голову закрадывалось подозрение, что у Нейта была другая причина здесь находиться, но прежде чем я смогла остановить Декса, он уже ворвался в дверной проем.

Когда я поняла, что его остановило, то не знала закричать мне, рассмеяться или от унижения уползти подальше.

Нас встретил полуголый Нейт, возвышающийся на такой же полуголой Эми. Они целовались на диване, как два подростка, нарушающие комендантский час в учебный день.

– Какого черта здесь происходит? – гневно воскликнул Декс.

Нейта словно ветром сдуло с дивана, его глаза расширились, а лицо стало белее мела. Увидев яростное выражение лица Декса, я побоялась, что он поступит с Нейтом так же, как поступал со своими противниками на ринге.

– Декс! Черт возьми, что ты творишь, а? – закричала Эми, натягивая рубашку, чтобы прикрыться. – Ты не можешь просто так вламываться сюда. Убирайся!

– Я увидел припаркованную снаружи машину Нейта. Подумал, что что-то случилось! – Дексу хватило порядочности, чтобы немножко постыдиться, но всякий стыд испарился, когда он повернулся к Нейту. – И очевидно, я был прав. Какого черта ты здесь делаешь с моей сестрой?

– Не твоего ума дело, Декс. – Пытаясь защитить, Эми заслонила собой Нейта, который застыл на месте, слишком ошеломленный, чтобы разговаривать. – Я взрослая женщина, а не подросток. Ты не в ответе за то, что я делаю.

– Где Сэди? – спросил Декс. – Не слишком по-взрослому заниматься этим, когда твоя дочь находиться в соседней комнате.

Эми закатила глаза.

– Она у мамы и папы, ты, идиот.

– Серьезно, чувак? – Декс посмотрел на Нейта, который, к счастью, уже нашел свою рубашку и надел ее. – Из всех девушек, ты решил морочить голову моей сестре?

– Я не морочу ей голову, – наконец придя в себя, ответил Нейт. Он подошел, встал рядом с Эми и собственнически обнял ее за талию. – Я люблю ее.

Очевидно, такого Декс не ожидал услышать.

– Тебе лучше не шутить со мной. Последний урод, который говорил мне, что любит ее, сделал Эми ребенка и свалил. Откуда, черт возьми, я могу знать, что ты не поступишь точно так же?

– О, только не это, не сравнивай меня с этим засранцем, – произнес Нейт, делая робкий шаг к Дексу. – Ты – мой лучший друг, Декс. Ты чертовски хорошо знаешь меня, и я уверяю, что мои чувства настоящие. Эми уже давно мне небезразлична, и я устал притворяться, что это не так.

– А что насчет Сэди, ты действительно готов ко всему этому? – спросил Декс. – Потому что, если ты не заметил, она как бы идет в комплекте с Эми.

– Конечно, я знаю это. И ты же знаешь, что я люблю Сэди. Если Эми мне позволит, я буду принимать участие в ее жизни, независимо от того, кем я буду – отцом или просто другом. Я бы никогда не причинил боль никому из них, ты же знаешь.

На мгновение Декс уставился на них обоих, но потом сосредоточил свой взгляд на сестре.

– Это то, чего ты хочешь?

Эми кивнула, посмотрев на Нейта с такой улыбкой, которую я ни разу у нее не видела.

– Да, несомненно, – произнесла она. – Я очень долго хотела этого, и мне правда жаль, что я скрывала от тебя... но он делает меня счастливой. Такой счастливой я не была уже очень давно, – Эми прищурилась, посмотрев на Декса. – Ты мой брат и я люблю тебя, но если попытаешься все разрушить, я сделаю тебе больно. Я не боюсь тебя, Декс Портер!

– Ну, черт, – рассмеявшись, сказал Декс. Он покачал головой. – Тогда, думаю, мы с этим покончили.

Я схватила его за руку и потянула к выходу из комнаты.

– Давай оставим детишек одних. Я уже отморозила себе здесь всю задницу. А теперь в душ, быстро.

Эми с любопытством посмотрела на нас, наконец, заметив наши влажные волосы и мокрую одежду.

– Да, а что произошло с вами двумя?

Тот факт, что мы ворвались к ним, когда те обжимались на диване, а мы сами совсем недавно принимали грязевые ванны и купались голышом, мои нервы уже не выдержали. Я разразилась истерическим смехом. Вот и мы, кучка так называемых взрослых, носящихся словно подростки.

И мне это жутко понравилось.

Есть некоторые развлечения, для которых вы никогда не бываете слишком взрослыми.

Декс

Как бы я не беспокоился о том, что застукал Нейта с моей сестрой, для меня это был толчок к пробуждению. Все вокруг продолжали жить дальше, и только я застыл во времени. Я уже устал от ощущения, что застрял в ловушке прошлого, и был готов как-то решить эту проблему.

На следующий день рано утром я позвонил Оливии и предложил сходить куда-нибудь со мной. Ее голос был хриплым ото сна, и я знал, что разбудил ее, но девушка согласилась и вскоре я забрал ее на машине.

Она улыбнулась, когда увидела меня, и я изумился тому, что девушка могла так красиво выглядеть всего пятнадцать минут после пробуждения. На лице Оливии не было и следа косметики, а волосы она собрала в небрежный пучок. Ее красота была естественной, и я любил, когда она ее показывала.

– Куда мы едем? – спросила девушка, сев на соседнее сидение и подавив зевок.

– Сражаться с кое-какими демонами. – Она не просила пояснить, и я был благодарен за это.

Я припарковался у кладбища и обошел машину, чтобы открыть пассажирскую дверцу. Оливия с заботой изучала выражение моего лица, словно хотела убедиться, что со мной все в порядке. Затем взяла меня за руку и пошла со мной по извилистой тропке к могиле Тэдди.

Маленькая рюмка с прошлого раза, когда я был здесь, все ещё стояла на надгробном камне, а цветы увяли и засохли на палящем солнце.

– Это ты принес? – Она указала на стакан, и я кивнул. – Часто приходишь сюда?

– Всего раз после похорон. На его день рождения, – ответил я. – В основном, я избегал этого места, как будто все остальное выполнил, но мне кажется, что именно здесь лучше всего покончить с прошлым. – Потянувшись к заднему карману, я вытащил письмо от родителей Тэдди и протянул его Оливии. – Прочитаешь мне его? Не думаю, что смогу пройти через это в одиночку.

– Конечно, прочту.

Я сел на траву и прислонился спиной к большому дубу, стоящему всего в нескольких метрах от могилы. Оливия села рядом и аккуратно открыла конверт, пока я настраивал себя на то, что скоро услышу. Я был в ужасе, но был обязан прочитать письмо. Его родители имели право рассказать мне, что они чувствовали, выразить свою злость по поводу обещания, которое я не сдержал, и обвинить в случившемся. Они имели все основания ненавидеть меня.

Это письмо запросто могло разрушить меня, но я больше не мог прятаться. Слишком долго я жил прошлым и единственный способ освободиться – это разорвать сковывающие меня цепи.

Когда Оливия открыла конверт, что-то выпало из него и упало ей на колени. Я узнал звенящий звук, когда девушка передала предмет мне. Обхватил ладонями круглые, алюминиевые удостоверения личности, полностью уверенный, что они принадлежали Тэдди. Я позволил длинной цепочке скользнуть по ладони, пробежался пальцами по выбитым буквам его имени, осторожно провел по краям металлических жетонов, словно они были священными. Потому что для меня, они таковыми и являлись.

Зажав жетоны в кулаке, посмотрел на Оливию, ожидая, пока она начнет. Глубоко вдохнув, девушка наконец-то приступила к чтению письма.

Дорогой Декс,

Мы несколько месяцев собирались написать тебе это письмо, и прости, что это заняло столько времени. Мы никогда не смогли бы подобрать правильные слова, потому что одними словами не выразить, насколько мы благодарны тебе.

Не многим людям везет испытать такую дружбу, какая была у вас с Тэдди. Впервые вы встретились ещё маленькими детьми, но уже тогда вы вместе составляли нечто особенное. С тех пор ты и Тэдди были против целого мира.

Самыми лучшими друзьями являются те, кто пробуждает друг в друге только лучшие качества, вы с Тэдди были именно такими друзьями. Вы делали друг друга сильнее, мудрее и храбрее, и вы учились друг у друга. А что самое важное, вы всегда были рядом друг с другом, до самого конца.

Мы вечно благодарны тебе за то, что ты находился рядом в последние минуты его жизни. За то, что держал его за руку, показал, что он не был один. И ещё за то, что, даже умирая, Тэдди знал, что рядом с ним был человек, которого он любил. Нас утешает знание, что он не покинул этот мир одиноким.

Мы ни на минуту не сомневаемся, что ты сделал все, что мог, чтобы спасти его жизнь, Декс. Мы знаем, ничего нельзя было сделать по-другому, и лишь надеемся, что ты тоже это знаешь. Не всех можно спасти – иногда у Господа есть высшая цель для тех, кого мы любим. Нам остается бороться с болью и учиться принимать то, что они находятся в лучшем месте.

Мы знаем, что ты скучаешь по нему, мы тоже скучаем... каждый божий день. Но с каждым прошедшим днем становится чуточку легче. Некоторые дни труднее остальных, но наша скорбь больше не перевешивает наши улыбки. Мы больше не плачем, когда видим его фотографии, развешенные по дому, а воспоминания больше не приносят боли в наши сердца, вместо этого мы улыбаемся, вспоминая, кем он был. Все мы должны чтить память Тэдди, сосредотачиваясь на том, чего мы достигли, пока он принимал участие в наших жизнях, а не на том, что мы потеряли, когда он ушел. Он хотел бы для нас именно этого.

Тэдди любил жизнь. Он радовался простым вещам и всегда видел хорошее, даже в самых худших ситуациях. Наш сын бы не хотел, чтобы его смерть принесла тебе грусть или лишила тебя радостей жизни. Он бы хотел, чтобы ты помнил только хорошие моменты и сосредотачивался на воспоминаниях, где Тэдди заставлял тебя улыбаться – потому что он был таким человеком, который всех заставлял улыбаться!

У тебя такое большое сердце, Декс, и поэтому ты все всегда чувствовал, немного сильнее и глубже, чем все остальные. Не позволяй боли поглотить тебя. Не носи бремя утраты вечно. Наши шрамы становятся частью нас, но ты не можешь позволять им формировать твою личность. Мы пронесем память о Тэдди через всю жизнь, но двигаться вперед не значит забыть его или оставить позади. Это значит выбрать жизнь.

Спасибо тебе за то, что был частью жизни нашего сына. Частью нашей жизни. Ты принес в его жизнь на Земле столько радости и смеха, и мы всегда будем дорожить этими моментами. Найди утешение в воспоминаниях о нем, не позволяй им причинять тебе боль. Тэдди так сильно любил тебя, и всегда будет любить. Как и мы.

С любовью,

Эйприл и Даг

Я крепко зажмурил глаза, но несколько слезинок все-таки скатилось по щекам. Вытерев их, я посмотрел на Оливию и заметил, что она тихо плакала. Она не сдерживала слезы, а потом потянулась к моей руке и крепко сжала ее.

Все время, пока девушка читала, я ждал, когда в меня ударит вспышка боли или разочарования, но этого не произошло. Наоборот, их слова принесли мне облегчение, которое пронеслось через меня и вернуло меня к жизни. Я даже почувствовал, как камень упал с души, когда до меня дошло – они ни в чем меня не винят. Их жизни не были наполнены скорбью и печалью, эти люди не чувствовали злости или ненависти, а их слова были полны надежды и силы исцеления. Если они смогли жить дальше, почему бы и мне не поступить также?

Я всегда думал, что если перестану грустить, то это будет значить, что я больше не скучал по Тэдди или забыл его. Было время, когда я ловил себя на том, что смеялся или просто улыбался, и мощная волна вины ударяла по мне – как ты можешь быть счастливым, если потерял своего лучшего друга?

Хотя его родители были правы. Тэдди хотел бы, чтобы мы помнили только хорошие моменты, а не жили жизнью, полной боли. Таким он был человеком; всегда заботился о других и изо всех сил старался улучшить их настроение.

– Ты в порядке? – спросила Оливия. – Знаю, это реально тупой вопрос...

– Нет, он не тупой, – возразил я, пробежавшись большим пальцем по костяшкам ее пальцев. – Думаю, что в порядке, правда. Я так долго нес этот груз вины, что начал терять его причину. Все это время я винил себя за то, что не спас его, не защитил, потому что мне отчаянно нужен был тот, на кого можно было бы направить свой гнев. Я был так уверен, что его родители тоже винили меня. Возможно, мне нужно было услышать об этом от них, чтобы самому поверить в свою вину. Это письмо стало для меня толчком к пробуждению. Как бы безумно это ни звучало, у меня такое чувство, словно они освободили меня.

– Для меня это не звучит безумно.

Играя жетонами в моей руке, я почувствовал себя ближе к Тэдди, чем был раньше, но грусть больше не разрушала меня.

– Я не знал, как мне двигаться дальше, не оставив его позади. Вина и боль накрыли меня с головой, и я не позволял себе вспоминать о наших с ним хороших моментах, о том, сколько мы с ним веселились, но это было нечестно по отношению к Тэдди. Забывать лучшие мгновения, которые мы с ним разделили – это хуже, чем забывать его самого. Тэдди заслужил, чтобы его помнили, а я устал прятаться от прошлого. Я хочу иметь возможность смеяться над воспоминаниями и рассказывать истории о нем с улыбкой на лице. Хочу помнить, как он жил, а не как он умер.

И мы поступили именно так. Когда мы сели в тени того дерева рядом с могилой Тэдди, я рассказал Лив все о моем лучшем друге. Рассказал о том, сколько глупостей мы натворили, когда были подростками, и о том, с помощью каких хитростей выходили сухими их воды. И впервые со дня его смерти я по-настоящему улыбнулся, когда подумал о нем.

Прежде чем мы ушли, я поднял жетоны Тэдди и надел цепочку на шею, спрятав ее под рубашку и опустив на грудь. Вина никуда не делась, как и боль, но я не думаю, что эти чувства когда-нибудь полностью уйдут. Я мог только надеяться, что, как и сказали родители Тэдди, со временем станет легче. Мне все ещё предстоит пройти долгий путь, но впервые за все время у меня действительно есть надежда.

Глава 23

Оливия

В попытке загладить свою вину из-за того, что вломились к ним несколько дней назад, мы с Дексом согласились присмотреть за Сэди, чтобы Нейт и Эми могли пойти на ужин. Это было что-то вроде их первого «официального» свидания, и они были невероятно милыми. Эми готовилась целый час и просила моей помощи в выборе одежды и прически для свидания. Появившийся Нейт заметно нервничал, и по такому поводу он привел себя в полный порядок. Никаких масляных пятен на руках и одежде, парень был одет в брюки цвета хаки и темный свитер.

Мы с Дексом смотрели, как они уходили и чувствовали себя, словно гордые родители, отправившие своих детей на их первые танцы. Это напомнило мне о нашем с Дексом первом свидании. Несмотря на то, что раньше мы с ним миллион раз выходили поужинать, та ночь была совершенно другой, потому что она стала началом чего-то большего. Казалось, что прошло уже много лет, но, на самом деле, это было всего пару месяцев назад. Странно было думать, что мы стали такими близкими и так привязались друг к другу в течение настолько короткого отрезка времени. То, что было у меня со Стивеном, в сравнении с отношениями с Дексом, ощущалось, как школьная любовь. И сколько бы доверия ни было в наших отношениях, сколько бы я не чувствовала его к самому Дексу, часть меня все ещё боялась. Мои чувства к нему делали мое сердце уязвимым перед болью, именно из-за этого страха я и не могла полностью раскрыться перед ним. Я итак уже потеряла столько близких людей, но потерю Декса я точно не смогу вынести.

– Мне нравится Нейт, – объявила Сэди, жуя свой кусок сырной пиццы. – Он всегда играет со мной, а мама становится счастливее, когда он рядом. Как думаете, я ему тоже нравлюсь?

– Конечно, нравишься, малышка Сэди, – сказал Декс, игриво дернув ее за хвостик. – Ты самая особенная девочка во всем мире.

Думаю, в этот момент мое сердце взорвалось. Декс постоянно напоминал мне о своей милой и ранимой душе, которая скрывалась за жесткой оболочкой. За последние несколько недель его поведение сильно изменилось, и я так гордилась им, потому что он действительно старался справиться со своим прошлым. Декс казался менее рассерженным и был более игрив, и я любила эту его сторону. Конечно, в спальне он был все таким же напористым и уж точно не стеснялся доминировать в постели... что меня безумно заводило, к слову сказать. Например, этой ночью, когда он прижал меня к...

Мое неуместное сексуальное воспоминание было прервано внезапным вопросом Сэди:

– Вы с дядей Ди поженитесь?

Я подавилась только что сделанным глотком воды, едва не выплюнув ее на стол. Я даже не могла спрятать шокированное выражение лица и чувствовала себя, словно олень в свете фар.

– Ээ... – Повернулась к Дексу за помощью, но он только весело усмехнулся в ответ, показав, что эта тема совершенно не вызывает у него дискомфорта, который сейчас испытывала я.

– Хочешь мороженого на десерт? – заговорил Декс, полностью отвлекая Сэди и спасая меня от ответа на этот вопрос. Поднявшись из-за стола, он подмигнул мне и направился к морозилке.

Когда мы ели мороженое, мой телефон зазвонил. Я посмотрела на экран и, когда там высветилась надпись «НЕИЗВЕСТНЫЙ», я съежилась. Нажала кнопку «игнорировать», не потрудившись ответить, так как знала, что на другом конце никто не ответит.

– Кто это был? – спросил Декс, заметив мою реакцию.

Я выдавила улыбку. Не хотела, чтобы он волновался.

– Какой-то тупица, которому дали неверный номер. Уверена, ничего серьезного.

– Точно? – нахмурился Декс, обеспокоенно посмотрев на меня. – Если кто-то тревожит тебя, просто скажи мне, и я позабочусь об этом.

Его предложение было заманчивым, и я не сомневалась, что он разберется в любой проблеме, но я не была уверена, была ли у меня эта проблема, или это просто моя паранойя. Я не хотела ещё больше загружать Декса, когда у него самого по горло проблем.

– Уверена. Правда, это пустяк, – как можно равнодушнее ответила я.

Я знала, что не убедила Декса, но он не стал заострять на этом внимания, и мы перебрались в гостиную смотреть фильм. Выключив телефон, я бросила его в сумочку, так что больше не нужно было волноваться ни о каких звонках.

***

Уснув на диване во время просмотра фильма, я проснулась в своей кровати со смутными воспоминаниями о том, как Декс нес меня в мою квартиру, когда Эми вернулась домой. Услышав шум работающего в ванной душа, я поняла, что Декс все ещё в квартире. Раздевшись до белья, я набросила одну из футболок Декса, запрыгнула под одеяло и вернулась ко сну.

Я открыла глаза, когда почувствовала, как к моей спине прижалось жаркое тело, а Декс сильными руками обнял меня. Растаяв в его руках с довольным вздохом, потянулась за прикосновением. Декс положил голову на изгиб моей шеи, и я почувствовала его дыхание, когда парень прошептал:

– Я люблю тебя, Лив.

Тело немедленно напряглось, и меня накрыла паника. Я знала, что любила его, и отчаянно хотела ответить взаимностью, но внезапно оказалась не готова к этому. Слова застряли в горле. Раньше я говорила это Стивену, но на самом деле не чувствовала этого. Что касается Декса, чувства были настоящими. Но это значило бы отдать свое сердце в его руки и поверить, что он сохранит его.

Попыталась успокоить свое дыхание, молясь о том, чтобы он подумал, будто я спала вместо того, чтобы понять, что я была трусом. Через несколько минут я услышала, что его дыхание замедлилось, и поняла, что Декс уснул. Я открыла глаза, позволив навернувшимся слезам медленно скользнуть по щекам, и задалась вопросом, что, черт возьми, со мной было не так.

Этот потрясающий, милый, заботливый, прекрасный мужчина – которого я любила – лежал рядом со мной и говорил, что любит, а я даже не могла набраться мужества, чтобы сказать то же самое в ответ. Я хотела сказать эти слова. Хотела посмотреть в глаза Декса, прижаться к его губам и сказать, что я люблю его. Но я не могла. В моей жизни никогда не было ничего постоянного, и я ненавидела ту часть себя, которая все ещё думала, что так будет продолжаться до конца моей жизни.

Декс

– Итак, когда именно тебе начала нравиться моя сестра? – Когда мы сидели в гараже, я спросил Нейта и посмотрел на него поверх пива. Я все ещё не был в восторге от того, что они с Эми были вместе, но, наверное, я в любом случае буду себя так чувствовать, вне зависимости от того, кто это будет – просто все братья таковы. Хотя я пришел в себя и понял, что не доверяю никому больше кроме Нейта, который будет хорошо обращаться с моей сестрой и позаботиться о ней. Он был моим лучшим другом и отличным парнем. Даже если это немного бесило меня.

– Я не знаю, мужик... давно, – Нейт рассмеялся. – Она мне нравилась ещё в средней школе, но она была твоей сестрой, а значит под запретом.

– Почему, черт возьми, я об этом нечего не знал?

– Я не хотел рисковать своим здоровьем, так что хорошо скрывал это, – сказал он. – Потом ты уехал на базовую подготовку, и я реже видел ее. Тогда ещё влез этот отморозок Дункан, Эми забеременела от него, а он, черт возьми, ее оставил. – Нейт сжал руки в кулаки, покачав головой. – Боже, как же я ненавижу этого парня...

– Нас таких двое, – согласился я. – По крайней мере, он получил по заслугам, когда сломал руку и потерял свою футбольную стипендию.

– Это ты сломал ему руку, верно? – с усмешкой спросил Нейт. – Черт возьми, я знал, что это был ты!

Я оборонительно выставил руки.

– Я ни под чем не подписываюсь...

– Эй, я не сужу, – сказал Нейт. – Помнишь то его «BMW», которое он так любил?

– Ой, эй, что ты с ним сделал?

– Насыпал риса в радиатор. Он забил весь чертов движок и вывел его из строя. Я бы, не раздумывая, снова так поступил. После всего, что он сделал Эми, парень легко отделался.

Видя, как сильно Нейт защищал Эми, я почувствовал себя лучше из-за того, что оставил ее на его попечение, но это не изменило того факта, что я сам подвел ее в первый раз.

– Я никогда не должен был подпускать к ней того жалкого идиота. Я должен был знать, что от него не стоило ждать ничего хорошего.

– Ой, да ладно... ты никак не мог знать, что Дункан окажется таким ублюдком. Своим поведением «золотого мальчика» он всех нас обвел вокруг пальца.

– Да, но я ее брат. Это моя работа – приглядывать за ней.

– И ты приглядываешь. Всегда приглядываешь, – произнес Нейт. – Ты тащишь тяжесть всего мира на своих плечах, и если продолжишь брать на себя ответственность за все плохие вещи, случившиеся с окружающими... наступит день, когда ты, в конце концов, сломаешься. Плохое иногда просто случается. Это часть жизни, и не обязательно произошедшее должно быть чьей-то виной. Ты не можешь этого изменить. Все, что ты можешь, это жить дальше.

В последнее время я только это и слушал – от Чейза, от родителей Тэдди и вот, теперь от Нейта. К счастью, теперь я не только слушал, но и услышал.

– Знаешь, это напомнило мне... на следующей неделе я хочу взять выходной. У меня есть кое-какие дела неподалеку от базы на «Паррис-Айленд» (прим. пер.: имеется в виду учебная часть морской пехоты «Пэррис-Айлен»).

– Какие ещё дела у тебя там могут быть? – Он недоверчиво посмотрел на меня. – Это ведь не бой, верно? Я думал, ты обещал Оливии, что покончишь с этим дерьмом.

Я улыбнулся, вспомнив, как умилительно нервничала Оливия, когда спрашивала, занимаюсь ли я до сих пор боями. Понимание того, что она настолько волновалась за меня, намного облегчило выполнение данного ей обещания.

– Нет, не бой, – сказал я. – На самом деле, я, эм... На прошлой неделе я навестил парня из моего подразделения, и он рассказал, что наши консультирующие психологи действительно помогли ему. Он связался со своим психотерапевтом, который порекомендовал мне посетить групповую терапию для ветеранов с ПТСР. И я подумал, попытка – не пытка, – я пожал плечами, чувствуя себя немного смущенным по поводу всей этой ситуации.

Нейт выглядел немного удивленным, но в его глазах не было осуждения.

– Рад за тебя, Декс. Думаю, это действительно здорово. Не буду притворяться, что понимаю, через что ты проходишь, но в том, чтобы рассказать об этом людям, которые понимают тебя, есть смысл... Если поделишься с людьми, которые пережили похожие времена, это может сработать. Я горжусь тобой, мужик. Серьезно. Нужно иметь храбрость для того, что ты делаешь.

– Мне стоило сделать это уже давно, – признал я. – Лучше поздно, чем никогда, правда?

– Чистая. – Он послал мне мальчишескую ухмылку. – Этого нового отношения не было бы без участия некой прекрасной блондинки, я прав?

– Она заслуживает лучшего, чем я, Нейт. Ничего не могу с собой поделать, но чувствую, что думаю только о себе, продолжая встречаться с ней... что я потащу ее за собой на дно или ещё как-то все испорчу.

– Этой девушке повезло, что она заполучила тебя. Ты – хороший парень, несмотря на то, что ты сам о себе думаешь. Оливия видит в тебе тоже, что и все мы, то, что ты отказываешься увидеть – добро – разбитого человека и прочее. Если позволишь, она будет рядом, пока ты работаешь над собой, собирая себя заново. Ты всегда заботишься о других людях... позволь ей позаботиться о тебе, потому что ты заслуживаешь быть счастливым. Она делает тебя счастливым?

– Каждый божий день.

– Тогда держись за нее, – сказал он. – Пошли к черту все остальное. Позволь себе быть счастливым.

Если бы все было так просто.

– Знаешь... – продолжал Нейт. – Недалеко от «Пэррис-Айленд» есть классная автомобильная свалка. Если хочешь, мы могли бы поехать туда вместе. Я бы порылся там, а ты бы съездил на свою групповую терапию.

Я сомневался, что автомобильная свалка образовалась в том же городе, куда я ехал на сеанс, но оценил то, что Нейт хотел поддержать. Приятно было узнать, что мне не придется делать это в одиночку.

– Да, звучит здорово. Спасибо, друг.

Глава 24

Оливия

Весь день я была на взводе, и никак не могла прийти в себя. Я не знала, это было из-за жутких телефонных звонков, моих отношений с Дексом или моей дурацкой реакции на его признание в любви, но было такое чувство, что что-то... не так. Словно в любую минуту то, что я с таким трудом строила, разрушится, и мое счастье разлетится на миллион мелких кусочков.

За последние несколько дней я не часто видела Декса, потому что работала, так что он приходил выпить в ресторан и терпеливо ждал, пока закончится моя смена. Между нами висело напряжение, но я не знала, это я сама себе надумала, или он тоже это чувствовал. Он ничего не сказал по поводу моей реакции – точнее отсутствие ответа – прошлой ночью, так что я не знала, о чем он думал, или на самом ли деле он поверил в то, что я спала и не слышала, как он признался мне в любви.

Работы в баре было много. Когда я на минутку оторвалась от приготовления напитков, увидела, как к Дексу незаметно подошла женщина, села на свободный стул рядом с ним и начала разговаривать с парнем. Злость и ревность немедленно прошли через меня. Глубоко внутри я знала, что так реагировать неразумно, ведь Декс ничего плохого не сделал. Я верила ему. Он не флиртовал с той женщиной и никак не поощрял ее заигрываний. Да он едва посмотрел в ее сторону! Тем не менее, ревнивая часть меня гадала, почему он не мог просто сказать ей оставить его в покое и вообще прекратить разговаривать с ней.

Мои чувства к Дексу и страх потерять его заставили меня совершать безумные поступки. Я не могла вынести саму мысль о том, что он будет с кем-то другим, а в голове начали возникать вопросы, над которыми я не хотела раздумывать. А что, если ему стало скучно со мной? Немного времени прошло с тех пор, как у него каждую ночь была другая женщина. Действительно ли он так сильно изменился за такой короткий отрезок времени, что другие женщины его больше не интересовали? Это казалось маловероятным, и от этой мысли мой желудок скрутило узлом.

Он давал мне все основания, чтобы поверить в это – что он хотел меня и только меня. Черт, именно я тормозила наши отношения. Часть меня все ещё чувствовала иррациональный страх перед расставанием, который преследовал меня вместе с мыслью, что счастье мимолетно, и я не могла выбросить эту мысль из головы.

Смена почти закончилась, но мне нужно было немедленно убраться оттуда. Я сказала другой барменше, что не очень хорошо себя чувствовала и хотела бы отправиться домой немного раньше. Схватив свои вещи, по пути к выходу я подошла к Дексу.

– Ненавижу прерывать вас... но я ухожу. Не стесняйся остаться здесь, если хочешь. – Декс уставился на меня с растерянным выражением на лице, но я проигнорировала это, развернувшись на каблуках и выйдя за дверь. Я знала, что поступала, как стерва, и это было не честно, но моя рациональность отошла на второй план, и все затмила ревность.

Через несколько минут я подъехала к своей квартире и вскоре позади меня

появился грузовик Декса.

– О чем ты там вообще говорила? – гневно спросил он, останавливая меня у входа в квартиру. – Ты хочешь просто смыться без какого-либо объяснения?

Я упрямо скрестила руки.

– Ты, казалось, был занят со своей новой подругой... я не хотела вмешиваться.

– Что, ты ревнуешь? – Декс в неверии посмотрел на меня. – О, да ладно, Лив... ты работала, а я просто проявил вежливость. Не то, чтобы я был заинтересован в ней... я едва произнес три слова.

– Ну, она определенно была заинтересована в тебе.

– И что с того! – прокричал он. – Я не могу контролировать ее. Ты до сих пор не веришь мне? – В его взгляде появилась боль, когда я ничего не ответила. – Я прав, да? После всего, ты все ещё не веришь мне.

У меня не было ответа, потому что я не знала, что сказать, чтобы объяснить свои чувства. В этом не было смысла даже в моей собственной голове.

– Это черт знает что, Оливия! Я полностью посвятил себя тебе с того момента, как мы стали парой. Я теперь даже не смотрю на других женщин, потому что ты – единственная, кого я хочу. Мои чувства были предельно ясны с самого начала, но я понятия не имею, на чьей ты стороне, потому что ты никогда не открывалась мне. Ты держись меня на расстоянии вытянутой руки и такое чувство, словно я могу потерять тебя в любой момент... как будто ты, испугавшись, убежишь и просто исчезнешь. – Декс сделал шаг ко мне, его глаза не отрывались от моих. – Ты даже не вспоминаешь о том, что я рассказал тебе о своей любви. Знаю, что ты слышала меня. Чего я не понимаю, так это почему ты притворяешься, что не слышала.

Я виновато опустила голову, уставившись на землю, когда на глаза навернулись слезы.

– Я не знаю почему.

Декс раздраженно выдохнул.

– Не один я маюсь, Лив. Почему бы тебе не поведать мне, когда ты поймешь, чего хочешь?

Он ушел, а я осталась одна на подъездной дорожке, желая пойти за ним, но, не зная, что сказать. Декс во всем был прав, но я не знала, как мне все сделать правильно.

Я зашла в квартиру, закрыв за собой дверь и бросив ключи на столик. Когда я потянулась, чтобы включить свет, заметила в гостиной силуэт человека.

– Привет, Оливия.

– Стивен? – спросила я, включив свет и сделав робкий шаг в его сторону. – Какого черта ты здесь делаешь?

– Я здесь ради тебя.

В животе от страха все замерло. Стивен никогда не давал мне повода бояться его, но я не узнавала несколько безумное выражение его глаз.

– Как ты вообще нашел меня?

– У меня свои способы... выследить тебя было не трудно. В наши дни можно найти любого, если у тебя есть причины и средства на это. – Он угрожающе улыбнулся и поднялся, направляясь ко мне. – Ты же не думала, что я просто так позволю тебе уйти?

– Ты послал кого-то, чтобы найти меня и следить за мной, верно? – Теперь во всем появился смысл. Жуткий парень в ресторане, человек, фотографирующий нас с Дексом на пляже, телефонные звонки и все это время я чувствовала, словно кто-то наблюдал за мной... это не было моей выдумкой.

– Я так сильно по тебе скучал. Столько всего я хотел рассказать тебе, – произнес Стивен. – Я пытался сказать это по телефону, но каждый раз, когда слышал твой голос, я трусил. Знал, что мне нужно увидеться с тобой с глазу на глаз, чтобы мы могли все обсудить и вернуться к нашей жизни в Нью-Йорке, – он умолял, но его взгляд был требовательным.

– Не имеет значения, что ты должен сказать. Между нами все кончено, – решительно сказал я.

Стивен подошел ближе.

– Нам было очень хорошо вместе, Оливия. Подумай, какая жизнь у нас могла быть! Знаю, я все испортил, но ты не можешь отбросить четыре года отношений из-за одной ошибки. Пожалуйста, вернись со мной домой, чтобы мы могли все исправить.

– Это была не одна ошибка, Стивен. Все наши отношения были неправильными. Глубоко внутри я это знала, только боялась остаться одна. Я превратилась в кого-то другого, потому что хотела вписаться в твой мир, но это было неправильно.

Его поведение изменилось, и гнев волной пронесся по его лицу.

– Это из-за того придурка, с которым ты сейчас встречаешься? Ты не подходишь ему, Оливия. Ему нечего тебе предложить.

– Здесь нечего...

Стивен проигнорировал меня.

– Думаешь, я просто сяду обратно в машину и отдам тебя другому мужчине? После всего, что я для тебя сделал? – Он приближался, пока не остановился прямо передо мной: – Я не уйду отсюда без тебя. Так или иначе, но ты вернешься со мной.

Я начала отходить задом наперед, пока спиной не почувствовала стену, но больше отступать было некуда. Инстинкты кричали мне бежать, но я не могла пошевелиться. Мне хотелось верить, что я была в безопасности; что я прожила с этим мужчиной четыре года, и он бы никогда не навредил мне, но когда я посмотрела ему в глаза, увидела совершенно другого человека. Этого мужчину я не знала. Такое понимание было ужасающим, потому что я не знала, на что он был способен. Я надеялась, что Декс сейчас войдет в дверь, но потом вспомнила, что он ушел. Я глупо оттолкнула его, когда только и хотела, что притянуть ближе. Декс не вернется, чтобы спасти меня. В квартире Эми не горел свет, значит, ее не было дома... не было никого, кто мог бы мне помочь.

Я была одна.

Декс

Я побежал в сторону грузовика, но так и не сел в него. Я не знал, куда, черт возьми, шел, но я был сейчас слишком злым и явно не мог сосредоточиться на дороге. Мне нужно было выпустить пар.

Все это время я думал, что мы с Оливией двигаемся в одном направлении и наши чувства взаимны, но теперь не имел ни малейшего представления, что с нами творилось. И дело было не в том, что она не сказала мне, что любит – я сказал это, потому что я это чувствовал и хотел, чтобы Лив тоже знала, а не потому что мне нужно было услышать то же самое в ответ. Я мог принять тот факт, что она ещё не была готова говорить об этом, и с этим было все в порядке, потому что итак знал, что Оливия меня любила. Это чувствовалось в ее прикосновениях, любовь отражалась в ее глазах, в ее поцелуях... слова были не важны, ведь она каждый день показывала мне, как сильно любила.

Проблемой было доверие. Я не мог отмахнуться от того, что она все ещё не верила мне. За все время, что мы были вместе, я не дал ни одного повода сомневаться во мне. Открывался ей так, как не открывался никому, а это имело очень большое значение для меня. Я принадлежал ей – мыслями, телом и душой – и если она сейчас не доверяла мне, существовала вероятность, что этого никогда не случится. Если между нами не было доверия, что вообще между нами было?

Почти достигнув конца дороги, внезапно остановился. В затылке появилось ноющее чувство; голос внутри твердил, что что-то было не так, что-то не складывалось. Что-то было неправильно.

Если военная подготовка чему-то меня и научила, так это всегда доверять инстинктам и слушать свое чутье. Внимание к деталям и знание окрестностей могли спасти тебе жизнь, так что я научился не игнорировать их.

Возвращаясь, отмечал все вокруг, и разыскивая то, из-за чего в моей голове зазвонили тревожные колокольчики. Почти во всех домах свет уже был погашен, и дорога погрузилась в темноту, освещенная всего несколькими уличными фонарями. На полпути к квартире Оливии я заметил припаркованный на обочине черный седан, который привлек мое внимание с ярко-оранжевыми нью-йоркскими номерами. Меня удивило то, что здесь находилась машина именно с такими номерами, особенно учитывая, что Оливия, так уж получилось, приехала из Нью-Йорка. Это никак не могло быть случайностью. Что-то не складывалось.

Посмотрев через окно автомобиля, я увидел разложенную на пассажирском сидении карту, и сразу же возникло ужасное чувство, что творится что-то непонятное. Увеличив темп до бега, я направился обратно к ее квартире. Мыслями возвращался к странным звонкам, которые она пыталась игнорировать, а ещё к ее желанию, чтобы я уделял ей больше внимания и явно параноидальному поведению.

Когда я подбежал ближе, услышал внутри громкий треск и по-настоящему запаниковал. Вероятность того, что с ней могло случиться что-то плохое, заставила меня бежать так быстро, как только мог, отчаянно желая добраться до нее. Я не мог вынести мысль о том, что могу ее потерять, и никогда бы ни простил себя, если бы с ней что-то случилось. Я должен был защитить ее. За всю мою жизнь я допустил смерть слишком многих людей, но я не собирался дать Оливии умереть.

Услышал приглушенные крики, когда ворвался через двери в ее квартиру. Внутри был мужчина, он прижал девушку к стене и сдавил руками ее горло, грубо пресекая ее попытки закричать. По телу пронеслась ярость, запульсировала в венах и ударила в мозг. Я схватил его за заднюю часть рубашки, оторвав от Оливии, и яростно бросил на пол, затем проверил, как Лив.

– Ты в порядке, малышка? – я осторожно взял ее лицо в руки, посмотрев в прекрасные, полные страха, глаза. – Он не навредил тебе?

Она покачала головой, а пока я отвлекся, что-то твердое ударило меня по затылку, и я повалился на пол. Голова кружилась, но когда я услышал крик Оливии, мгновенно оказался на ногах. Я оттащил его и встал между ними, не позволяя парню добраться до нее.

– Лив, уходи отсюда, – приказал я, не отрывая взгляда от него. – Беги в безопасное место и позови на помощь. Сейчас.

Девушка колебалась, но, в конце концов, задом наперед вышла из гостиной. Теперь я был спокойнее, когда встретился с ним лицом к лицу, потому что знал, что как и все остальные, которых я встречал на ринге, у него не было и шанса против меня. Но в отличие от моих соперников, этот парень навредил моей девушке, так что меня ничто не могло остановить.

Выжидая, я посмотрел на него. Но вместо того, чтобы подойти ко мне, он хитро улыбнулся и вытащил нож, указывая острым, блестящим лезвием прямо на меня.

– Это тебе не какая-то драка, – зарычал он. – Здесь твои штучки из подпольного бойцовского клуба не сработают.

Наклонив голову набок, я произнес:

– Может и нет, но предупреждаю тебя... если ты хочешь воспользоваться ножом, тебе, черт возьми, лучше не промазать, потому что это единственный шанс, который у тебя будет.

Я подавил желание атаковать первым. Это был не тот случай, когда два парня обменивались ударами на импровизированном ринге. Мне нужно действовать по-умному. Оставаясь неподвижным, изучал парня и ждал, пока он нанесет первый удар. Как только он пошел на меня, я был готов и отклонился от ножа, поразив парня сильным ударом в бок. Услышав треск ребер, мужик отступил назад, но я ещё не закончил. Нанес мощный удар ему в челюсть, потом ещё один и ещё.

Он сам нанес несколько ударов, но меня ничто не могло остановить. Адреналин заполнил все тело, когда наносил один удар за другим, пока парень не перестал сопротивляться. Я бы продолжил, наверно, даже пока он бы не умер, но нежная ладошка на моей руке остановила меня.

– С него хватит. Иди сюда, – встряхнул меня голос Оливии, когда она оттаскивала меня.

Позволив его телу повалиться на пол, я встал на колени возле Оливии, отчаянно глядя на нее, чтобы убедиться, что девушка была в порядке.

– Прости, Лив. Я не должен был бросать тебя. Мне так жаль.

Она покачала головой, обвивая меня руками.

– Нет, это мне жаль. Не могу поверить, что ты вернулся. Я думала, что ты ушел, и была так напугана...

Ее тело сотряслось, и я поцеловал ее в лоб, крепко прижимая к себе.

– Шшш... все хорошо. Ты в безопасности.

Неожиданно она отстранилась и посмотрела вниз, туда, где моя рубашка была разорвана и на ней была кровь. Лицо Оливии побледнело, и она посмотрела на меня.

– О Боже, Декс...

Девушка осторожно приподняла ткань и увидела длинный порез в том месте, где тот чувак достал меня ножом. Рана не была глубокой, но довольно сильно кровоточила. Оливия истерически заплакала, отчаянно пытаясь кухонным полотенцем остановить кровь.

– Детка, это всего лишь царапина, – уверил я, погладив ее по влажной щеке. – Я буду в порядке, обещаю.

– Я люблю тебя, – проплакала она мне в плечо. – Я так сильно тебя люблю, Декс. Не знаю, почему я так долго не могла тебе этого сказать, но уже давно люблю тебя. Мне было страшно, и я вела себя, словно идиотка... и, конечно, я верю тебе. Доверяю тебе всю свою жизнь. Прости, что вела себя так, и, о Боже... я не могу потерять тебя, Декс...

– И никогда не потеряешь, Лив. Все будет в порядке. – Я пробежался большим пальцем по ее дрожащим губам, обвел их контуры, а потом нежно прижался губами.

– Я люблю тебя больше всего на свете, – прошептал я.

Глава 25

Оливия

Ненавижу больницы. Я выучила тяжелый урок о том, что в больницах ничего хорошего не происходило и, поэтому нервничала. Мне вспомнился тот день, когда умерла моя мама. Мне тогда позвонили и сказали, что мама попала в аварию и мне нужно срочно приехать в больницу. Когда я туда добралась, мне никто ничего не сказал. Единственное, чего хотела, это увидеть маму, но мне не позволили этого сделать, и я не понимала почему. Одна из медсестер продолжала гладить мою руку и повторяла, что все будет хорошо, и на мгновение я действительно поверила ей.

Пока мрачный, одетый в голубой халат, доктор не вышел ко мне и его взгляд рассказал все, что мне нужно было знать, – моя мама умерла, и я осталась одна. Едва слышала, что он потом говорил, но продолжала стоять, замерев на месте, и притворяться, что слушала. Когда правда полностью дошла до меня, я как можно быстрее выбежала оттуда и опустошила содержимое своего желудка за кустами у входа. Не вернулась обратно в больницу, потому что это не имело смысла? Мамы нет, и люди находящиеся внутри ничего не могли сделать, чтобы это изменить.

Декс продолжал настаивать, что ранение пустяковое, но я не расслабилась, пока врач не уверил меня, что все будет в порядке. Мы его еле затащили в смотровую комнату, потому что он больше волновался обо мне, чем о себе самом, даже если он единственный все это время истекал кровью. Несмотря на мою обеспокоенность, доктор сказал, что рана выглядела хуже, чем была на самом деле, и после наложения нескольких швов, Декс мог быть свободен.

Какое это было облегчение. Я никогда так не боялась, как в тот момент, когда увидела пропитанную кровью рубашку Декса. Он полностью поглотил меня... привел в ужас и разбил сердце одновременно. В тот момент, когда я думала, что могу потерять его, все, чего так боялась и все причины, чтобы держаться от него подальше стали ненужными. Имело значение только то, как сильно я его любила. Только тогда осознала, что хуже, чем потерять Декса, только потерять его, не сказав о своих чувствах.

Съежившись, я наблюдала, как врач начал зашивать рану. Декс только улыбнулся, совершенно равнодушный к боли. Он держал мою руку в своей, нежно проводя пальцами по моей ладони, словно напоминая нам, что мы оба в порядке. Мужчина не отпускал моей руки с тех пор, как мы покинули квартиру. Когда доктора попытались запретить мне войти в смотровую комнату, потому что я не являлась семьей Декса, он ясно дал понять, что не отойдет от меня, даже если придется уйти домой без какого-либо лечения. К счастью, они решили сделать исключение, учитывая обстоятельства.

Два офицера появились в больнице вскоре после того, как приехали мы, и пока Декс заполнял бумаги, один из них подошел ко мне.

– Здравствуйте, мисс, меня зовут офицер Бишоп. Вы не против дать показания и ответить на несколько вопросов? – Он мягко улыбнулся: – Знаю, у вас была тяжелая ночь, но обещаю, я не займу вашего внимания надолго.

Я кивнула. Он сопроводил меня в комнату ожидания и принес чашку кофе, за которую я была невероятно благодарна, так как сейчас было около трех часов утра.

На автопилоте снова пережила всю эту ночь, не в состоянии остановить дрожь голоса и рук, когда описывала жесткую хватку Стивена на моем горле, пугающий взгляд и собственный страх, когда думала, что умру.

– Этот Стивен Чемберс... вы сказали, что это ваш бывший парень, правильно? – Я кивнула, и парень бегло написал мой ответ в своем отчете. – Когда в последний раз вы с ним контактировали?

– В мае, – ответила. – Я не видела его и ничего о нем не слышала с тех пор, как уехала из Нью-Йорка. Ну, не то, чтобы я вообще когда-то знала его. Несколько раз он звонил мне с неизвестного номера, но я не знала, что это был Стивен, пока сегодня он мне об этом не рассказал.

– Было что-нибудь подозрительное или необычное, кроме телефонных звонков?

– Иногда я чувствовала на себе чей-то взгляд... словно кто-то следует за мной... возможно, фотографирует? Хотя списывала все на свою паранойю. Я совершенно не думала, что Стивен будет меня преследовать.

– Раньше он когда-нибудь демонстрировал такое агрессивное поведение? – спросил офицер. – Может, проявлял жестокость по отношению к вам или кому-нибудь ещё?

Я немного подумала об этом и покачала головой.

– Не замечала ничего такого. То есть, он разбалованный богатенький мальчик, который привык получать все, чего хочет, но за все время, когда мы были вместе, он не был жестоким. Я никогда бы не подумала, что он способен на что-то подобное...

Через несколько минут он окончил опрос.

– Думаю, на данный момент это все, мисс Мейсон. Если нам понадобиться что-то ещё, мы вызовем вас в участок, а пока отправляйтесь домой и немного отдохните. В вашей квартире, вероятно, все ещё собирают улики, и там может быть немного людно. Вы можете ещё где-нибудь остаться на эту ночь?

– Да, я могу поехать к моему парню. Его осмотр уже должен быть закончен, – я сделала глубокий вдох, желая перед уходом ещё кое-что узнать. – Эм, офицер... в каком состоянии сейчас находится Стивен?

– Когда мы прибыли на место происшествия, он был без сознания, но дышал. Его сильно избили, но, как я понял, он скоро полностью восстановится.

Я была рада, что он не умер, но почувствовала облегчение только из-за Декса. Не хотела, чтобы он столкнулся с какими-то проблемами, потому что защищал меня. На его лице отобразилась чистая ярость, когда он бил Стивена, и на мгновение засомневалась, что он остановится. К счастью, я смогла его оттащить.

– Что с ним будет?

– Ему предъявят обвинение в нападении с использованием холодного оружия, в незаконном проникновении в квартиру и преследовании. Как только доктора отпустят Чемберса, он явится в суд для приговора. Скорее всего, до слушания его отпустят под залог, но он уже получил судебный запрет в отношении вас с мистером Портером.

Я не очень волновалась по поводу того, что Стивен снова придет за мной. Знала, что как только его отец узнает, что Стивен натворил, он будет держать сына в узде похлеще любой системы уголовного правосудия. Стоил ли упоминать, что у меня есть Декс, который всегда обезопасит и защитит меня.

Офицер Бишоп протянул мне визитку.

– Если вам будет нужно что-то или будут вопросы, не стесняйтесь звонить.

Я поблагодарила его, и несколько минут спустя через больничные двери вышел Декс, без рубашки и с белой повязкой на животе. У него была рассечена бровь и на ребрах образовались несколько синяков, но мужчина оставался таким же невероятно прекрасным, как и всегда. Я подбежала к Дексу и спрятала лицо у него на груди, когда парень притянул меня к себе и сказал:

– Что скажешь, мы уже можем убраться отсюда?

***

Когда мы добрались к Дексу домой, он повел меня прямо в его спальню и помог снять одежду, вместо нее натянув мне через голову свою футболку. Накрыв одеялом, мужчина поцеловал меня в лоб.

– Спи, малышка. Я буду рядом.

Какой бы усталой я ни была, уснуть не смогла, и через некоторое время встала и пошла искать Декса. Парень стоял на балконе, уперев локти на перила и опустив голову вниз. Рядом стоял стакан виски, и было очевидно, что что-то его тревожило.

Выйдя на ночной прохладный воздух, остановилась позади него. Парень немного повернул голову, но полностью не повернулся. Подойдя ближе, я обняла его за талию и начала прокладывать дорожку из поцелуев вдоль напряженных мышц.

– Сегодня я почти потерял тебя, – глубоко вздохнув, произнес он. – Если бы с тобой что-то случилось... Боже, если бы ты пострадала... я бы убил его. Я все ещё чертовски хочу убить его.

– Но ты не потерял меня, – подчеркнула. – Я в порядке, и это благодаря тебе.

– А если бы я не вернулся... Черт, Лив... Я бы никогда не простил себе, если бы позволил чему-то с тобой случиться.

– Ты спас меня, Декс. – Я уперлась лбом в спину, прижавшись своим телом и впитывая его тепло. – Я так испугалась того, что могла потерять тебя. Я-я не могу потерять ещё и тебя, ты мне нужен. Я люблю тебя.

Декс развернулся и притянул меня в свои объятия.

– Я тоже люблю тебя. Каждой частичкой сердца. И я никогда не позволю, чтобы с тобой что-то случилось. Никогда.

Его глаза горели, но не гневом. Они пылали желанием, и я знала, что он нуждался во мне также сильно, как и я в нем. Мне нужно было чувствовать его всего, нужно было убедиться, что он находился рядом и был в порядке. Все произошедшее ранее, отошло на второй план. Важным было только то, что он полностью поглотил меня.

Он собственнически поцеловал меня, яростно и одновременно бережно. Одним поцелуем он рассказал мне обо всем на свете. А также о чувствах, которые нельзя описать словами.

Декс развернул нас, посадив меня на поручни и обернув мои ноги вокруг своей талии. Его руки бродили по моим бедрам, забрались под слишком большую футболку и двинулись вверх по спине. Прикосновения оставляли обжигающую дорожку на коже, находя отклик в моем лоне. Наклонившись, я прикоснулась губами к каждому синяку, желая, чтобы мои прикосновения забрали боль и исцелили Декса. Оставляла поцелуи вдоль его перебинтованного живота, на мускулистой груди, поднималась вверх по его шее к челюсти и наконец-то вернулась к губам парня.

Он застонал. Этот звук вибрацией пронесся в его груди, когда Декс захватил мой рот и толкнулся ко мне твердой плотью. В этот раз застонала я, почувствовав влагу между ног, вскарабкалась по нему, пытаясь притянуть ближе и отчаянно желая почувствовать Декса в себе. Мужчина подхватил меня под попку и поднял. Без усилий внес в квартиру, посадив на край кровати. Я расстегнула пуговицу, а затем молнию на джинсах, и прикоснулась к его эрекции.

Схватив за пояс, я стянула с него штаны вместе с бельем. Толстая эрекция оказалась прямо на уровне моих глаз, и я не смогла устоять перед искушением прижаться губами к головке. Когда я взяла его в рот, Декс громко застонал и положил руки мне на голову. Я скользнула языком по всей длине, пробуя на вкус его гладкую кожу. Мои глаза не отрывались от него. Видела, как лицо Декса исказилось от удовольствия, и слышала гортанные звуки, вырывавшиеся из его горла. Я завелась ещё сильнее от понимания, как сильно на него действую, и мне понравилось то, что заставляю его испытывать такие яркие чувства.

Когда я почувствовала, что он был уже близко, парень отстранился, встал на колени и прижал меня спиной к матрасу.

– Ничто, даже твой сексуальный ротик, не сможет удержать меня сегодня от проникновения в тебя.

Сдвигая рубашку, он руками двинулся вверх по моему животу. Декс поклонялся мне, нежно скользнув рукой по затвердевшему соску, он жадно посмотрел на меня. Сняв рубашку, мужчина ласкал мою кожу, дразнил груди, а потом, повторяя путь ладоней, губами спустился вниз по моему телу. Когда он добрался до трусиков, большими пальцами зацепился за край белья и стянул его с моих ног, отбросив куда-то в сторону.

Встав передо мной на колени, Декс пробежался ладонями вверх по внутренней стороне моих ног, раздвинув их. Когда его глаза встретились с моими, его взгляд был изголодавшимся. К тому моменту, как парень прижался к моему центру языком, я уже отчаянно желала его прикосновения, сжимая простыни и извиваясь под ним. Декс двигался медленно, ласкал меня, нежно надавливая, пока не довел до самого края. Сжав в руке его короткие волосы, я отодвинула голову Декса и потянула его вверх к себе.

– А я хочу кончить, чувствуя тебя внутри, – прошептала я.

Декс ухмыльнулся, опустив бедра и устроившись у меня между ног.

– Почему же ты сразу не сказала?

В одно мгновение он толкнулся в меня, глубоко и жестко, остановившись, когда вошел до упора. Я громко вскрикнула, обвив талию Декса ногами, когда он медленно вышел из меня, а потом снова постепенно входил. Движения были медленными и неспешными, усиливая каждое ощущение. Он не торопясь любил меня, шепча на ухо милые словечки. Наши тела двигались в унисон, заставляя чувствовать такую связь, как никогда раньше.

Дыхание Декса стало тяжелее, когда темп начал ускоряться, и он опустил голову мне на грудь.

– Чувствовать тебя так хорошо, детка. Хочу навсегда остаться в тебе.

Прижав парня к себе, я подняла бедра ему навстречу и схватилась за великолепно загорелую спину, притягивая Декса глубже в себя и испытывая от этого чувство наполненности и цельности. Я рухнула через край, в освобождении выкрикивая его имя. Вскоре Декс последовал за мной, его тепло разлилось во мне, когда он захватил мои губы в поцелуе. Наши грудные клетки поднимались и опускались, пока мы старались выровнять дыхание. Лбы были прижаты друг к другу, а тела все ещё были соединены.

Но когда Декс откатился в сторону, мы осознали, что кровь из его раны просочилась через повязку. Я быстренько сбегала в ванную за ещё одной повязкой, затем промыла кожу вокруг швов и замотала чистым бинтом.

– Уупс... думаю, мы не совсем следовали указаниям врача, – произнесла я, нанося последние штрихи в наложении бандажа.

– К черту указания врача. Сегодня ничто не помешает мне быть с тобой, – Декс хитро ухмыльнулся. – Кроме того, мне нравится, когда ты изображаешь для меня медсестру.

Как только я обработала рану, мы запрыгнули в кровать и завернулись в одеяла. Мужчина прижался твердой грудью к моей спине, и я чувствовала, как теплое дыхание щекотало мне ухо. На улице солнце только начало подниматься, возвещая о новом дне. Мы вместе смотрели, как цвета неба сменяли друг друга, пока не погрузились в мирный сон.

Декс

Мы пропали почти до вечера следующего дня и совсем не спешили выбираться из постели, лениво занимаясь любовью, пока наши животы не заурчали, требуя еды. Оливия ела завтрак, оседлав мои колени, никто не хотел отрываться друг от друга даже на небольшое количество времени. Близость друг друга помогала нам помнить о том, что мы были вместе и в безопасности. Я уже строил планы о том, как удержать ее здесь, потому что совсем не собирался отпускать эту девушку.

– Думаю, самое время мне обзавестись собственной полкой в шкафу или что-то подобное, – предложила Оливия, рассматривая надетую на ней огромную футболку, в которой она просто утонула. – Как бы я не любила носить твою одежду и ходить без белья, было бы неплохо иметь здесь пару моих собственных одежек.

– Хммм... – Я потер подбородок, сделав вид, что раздумывал об этом. – Я собирался предложить тебе весь гардероб, но теперь, когда ты упомянула хождение без нижнего белья и напомнила мне, как сексуально ты выглядишь в моей одежде, мне, возможно, стоит передумать...

Она рассмеялась.

– Мне не нужен весь гардероб! Всего одна маленькая, даже крошечная полочка... пожаааааалуйста? – Обернув руки вокруг моей талии, Оливия посмотрела на меня с улыбкой, от которой мои колени стали ватными.

– Ладно, хорошо. Но уложить все твои вещи на одну полочку будет ой как непросто.

– А зачем мне нужны все мои вещи?

– Затем, чтобы ты смогла переехать ко мне, – осторожно сказал я.

– Ты серьезно? – Ее руки упали по бокам, а губы раскрылись в изумлении. – Это из-за прошлой ночи? Потому что я не хочу торопиться только потому...

– Никаких «потому что», – перебил я, обхватив ее за бедра и удержав ее тело рядом с моим. – Я думал об этом уже некоторое время, а после того, что произошло, я не хочу больше ждать. Я больше не хочу, чтобы ты оставалась одна в квартире, и чтобы я сам оставался один в своей квартире. Каждую ночь я хочу засыпать с тобой и вместе просыпаться утром. Что скажешь?

Некоторое время, показавшееся мне вечностью, Оливия молчала, и я не мог прочесть выражение ее лица. Был уверен, что она мне откажет, но потом на лице девушки расплылась улыбка.

– Давай сделаем это, – сказала она.

– Я чертовски люблю тебя, – счастливо выкрикнул я, поднимая девушку ввысь. Я уже почти стащил ее рубашку через голову, готовый к ещё одному опустошающему раунду, когда услышал, как кто-то колотил по входной двери. Мы недоуменно переглянулись и, когда я поспешил открыть ее, ворвалась внутрь Роуз.

– О, Боже мой, Олив! – Она промчалась мимо меня к Оливии и обвила ее руками, крепко прижав к себе. – Я услышала о произошедшем и ужасно волновалась за тебя. Я должна была увидеть тебя и самостоятельно убедиться, что с тобой все в порядке.

– Роуз? – Оливия удивленно посмотрела на нее. – Как ты так быстро узнала о том, что случилось?

– Это маленький городок. Такие новости здесь распространяются, словно лесной пожар. И ради всего святого, хватит уже этого «Роуз», – сказала женщина, присев на диван и потянув за собой Оливию. – Я твоя бабушка. Если хочешь, можешь ещё называть меня бабулей, просто «ба» или как тебе только нравится. Но «Роуз» мы не рассматриваем. Поняла?

Оливия улыбнулась.

– Вполне справедливо, ба.

Пока Оливия на кухне варила кофе, Роуз повернулась ко мне.

– Спасибо, что уберег мою девочку. Бедняжке за всю жизнь через столькое пришлось пройти. Она всегда боролась за себя сама, и я признательна за то, что в ее жизни появился тот, кто встанет за нее горой. Ты – хороший мужчина, Декс.

Мне действительно понравилась Роуз. Она каким-то образом притягивала к себе людей и в ее компании они чувствовали себя легко. Таким же качеством обладала и Оливия.

– Она спасала меня с тех пор, как мы познакомились, и я намерен защищать ее всю оставшуюся жизнь, – сказал я Роуз.

– Она хочет вернуться обратно? – с опасением спросила женщина. – Не знаю, как мне относиться к тому, что она будет жить там, совершенно одна...

– Ну, мы, э... мы как бы только что решили, что она переедет ко мне. – Я только надеялся, что Роуз не из тех бабушек, которые против совместной жизни до свадьбы. После всех тех симпатий, которые мы испытали, я бы не хотел, чтобы она треснула меня.

– Хороший парень, – сказала она. – Я буду спать спокойнее по ночам, зная, что она в хороших руках. Теперь, когда я наконец вернула ее, я сделаю все, что угодно, чтобы не потерять ее снова.

– Как и я, – кивнул.

Когда Оливия вернулась с кофе, я, извинившись, оставил их поговорить наедине, а сам отправился принять душ и одеться. Хотел заскочить к ней в квартиру, чтобы убедиться, что там убрали все напоминания о прошлой ночи. Последнее, чего я хотел, это чтобы Оливия испугалась, зайдя туда. Я также хотел проверить Эми и Сэди. Их не было дома, когда туда вломился Стивен, но они могли вернуться. Нужно было поговорить с Нейтом о дополнительных мерах безопасности в доме, чтобы убедиться, что ничего подобного больше никогда не случиться.

Я быстро поцеловал Оливию в щеку, прежде чем направиться к выходу.

– Уверена, что не против, если я ненадолго отойду? – спросил я. – Я могу сделать это позже, если хочешь, чтобы я остался.

– Я абсолютно в порядке, честно, – заверила она меня.

– Можешь идти, – сказала Роуз, настоятельно призывая меня закрыть дверь с той стороны. – Если какой-то гаденыш попытается приблизиться к ней, я сама им займусь.

***

– Как все прошло? – спросил Нейт, когда через несколько дней мы вернулись с моего первого сеанса групповой терапии.

– Это было совсем не так, как я ожидал... в хорошем смысле, – ответил я. – Они действительно поняли, через что я прошел, и многие из них побывали в такой же ситуации. Приятно знать, что я не один такой и что я не, знаешь, псих.

Собравшаяся группа невероятно удивила меня. Ожидал кучку травмированных и сломанных старых ветеранов войны, но большинство из них были моего возраста. У некоторых были внешние ранения, а у других же – скрытые, такие, как у меня. Я думал, что будет сложно находиться в комнате, в окружении военных мужчин и женщин, но я, напротив, чувствовал себя своим. Между всеми нами образовались группки; такая же история в прошлом, которая объединяла нас. Я не планировал разговаривать или делиться чем-нибудь на первом сеансе. Подумал, что посижу в углу и послушаю, но впервые за все это время я действительно захотел поговорить об этом, и поговорил. Все они слушали, с пониманием кивали в процессе рассказа, потому что побывали там же, где и я. Успокаивало знание, что не я один испытывал такие муки, и была надежда, что где-то есть такие же, как я.

Обычно, когда я выдавливал из себя что-то о пребывании за границей, я чувствовал, что не мог быть полностью честным в том, что делал и что видел, потому что «обычные» люди не смогли бы выдержать этого или не поняли бы. Но с людьми, которые видели и переживали такие же ужасающие вещи, мне не нужно было приукрашивать увиденное или опускать детали. Я прятал все это глубоко в себе, не отпускал, и оно снова и снова проигрывалось у меня в голове, день ото дня мучая меня. Рассказать обо всех вещах значило разорвать цепи, которыми эти воспоминания сковывали меня, помочь мне взять себя под контроль и освободить меня от демонов, преследующих меня с самого первого отъезда за границу. Я почувствовал себя свободным.

Я не был настолько глуп, чтобы подумать, что уже излечился – до этого было ещё далеко – но впервые чувствовал, что нахожусь на правильном пути и начинаю исцеляться. Я продолжу посещать групповые занятия, и, может быть, даже индивидуальные сеансы. Надеюсь, что в один день тьма внутри меня исчезнет.

Мы были уже возле дома, когда Нейт свернул в центр Чарлстона, а не на мост, ведущий к Фоли Бич.

– Не возражаешь, если мы сделаем быструю остановку? – спросил он, припарковав свою «камаро» на обочине улицы возле витрин магазинов. – Я отложил кое-что ко дню рождения Эми на следующей неделе, и хотел узнать твое мнение, прежде чем куплю его. Я в первый раз дарю ей подарок и не хочу облажаться.

– Ладно, но я не большой эксперт в женских покупках. Так что если подарок ей не понравится, это твои проблемы.

Я последовал за ним в небольшой ювелирный магазинчик и присвистнул, когда посмотрел на стеклянные ящики, заполненные сверкающими камнями и отполированным металлом. Нейт не напортачит со своим подарком.

– Это мой день рождения, тоже, ну, знаешь... мы с Эми двойняшки и все такое... так что, э, что ты мне купишь? – поддразнил я.

Друг пренебрежительно закатил глаза и махнул рукой.

– Просто заткнись и посмотри на это, ладно?

Ожерелье, на которое он показал, оказалось небольшим диамантовым кулоном на серебряной цепочке. Оно было простым и красивым, и я знал, что сестре понравится такой подарок.

– Черт, оно действительно красивое. Я ожидал чего-то в форме машины или какого-то банального медальона с твоим лицом внутри, но у тебя на удивление хороший вкус. Я поражен.

– Думаешь, ей это понравится? – нервничая, спросил он.

– Да, мужик. Она его полюбит.

Когда я ждал, пока Нейт заплатит за кулон и ему упакуют этот подарок, я начал прогуливаться по магазину и равнодушно рассматривать ящики. Я ничего не уделял внимания, пока взгляд не зацепился за кольцо на одной из витрин. Оно выглядело старинным и поэтому выделялось из больших, блестящих безделушек, которые, казалось, были одинаковыми. У этого же был один сверкающий диамант посередине и замысловатые детальки по бокам, прикрепленные к изящному платиновому кольцу. Оно напомнило мне о сережках Оливии, которые она часто надевала. Они принадлежали ее матери и передавались в семье из поколения в поколение. Я невольно представил, как потрясающе это кольцо будет смотреться на ее маленьком пальчике.

– Великолепное, правда? – Один из продавцов появился с другой стороны ящика и вытащил кольцо. – Это антиквариат 1920-го года, полтора карата, бриллиант первичной огранки, по бокам подчеркнутый изысканными филигранными деталями. Честно говоря, он ослепительный и единственный в своем роде.

Она протянула его мне, и я поднял кольцо вверх, наслаждаясь тем, как бриллиант сверкал на солнце. На свете было всего одно место, где кольцу следовало находиться.

– Я возьму его.

Глава 26

Оливия

– Это не может быть все, – озадаченно произнес Декс, рассматривая пару жалких коробок с моими вещами, которые я собрала, чтобы перевезти в его квартиру. – Где остальное?

– Больше нет, – пожала я плечами. – Я захватила только самое необходимое, когда уходила от Стивена, а остальное находится в гараже в Нью-Йорке.

Мужчина нахмурился при упоминании имени Стивена и со злостью сжал кулаки по бокам.

– Я все ещё не могу поверить, что ты просто позволила уйти этому уроду. Он мог убить тебя, черт возьми.

– Но не убил ведь, – сказала я и обвила его руками, пытаясь успокоить. – Мы же знали, что, скорее всего, его выпустят под залог, а самым важным является то, что больше он нас не побеспокоит.

Отец Стивена внес за сына залог и нанял какого-то крутого адвоката. Я знала, что у него были большие шансы легко отделаться – деньги имеют свойство уничтожать факты, а у семьи Стивена их было достаточно. Из-за всей этой ситуации Декс был в ярости, но меня, к собственному удивлению, это не задевало. Через несколько дней после случившегося мне позвонил мистер Чемберс, папа Стивена, и извинился за «инцидент». Он заверил меня, что Стивен понял свою «ошибку», и мне больше не нужно будет о нем беспокоиться. Также он предложил мне компенсацию – в виде пятидесяти тысяч долларов – за «боль и страдания», причиненные мне его сыном. Я вежливо отказалась от его денег и сказала, что мое единственное желание – это чтобы Стивен держался от меня подальше.

– Да, ну, если я ещё когда-нибудь увижу его рожу, он пожалеет, что не сел, – насмехался Декс. – Однажды я уже позволил ему уйти, но больше я точно не подарю ему такой возможности.

– Я знаю, что ты защитишь меня, малыш. – Я поднялась на цыпочках и прижалась к его губам в поцелуе. Когда Декс ответил, я почувствовала, как ушло сковывающее его напряжение. Когда тело мужчины расслабилось, я отстранилась и посмотрела на него. – А теперь, давай отнесем эти коробки в грузовик и поедем домой.

– Мне нравится, как это звучит, – улыбнулся он, игриво шлепнув меня по заднице, когда пошел за одной из коробок.

Погрузка моих вещей заняла всего десять минут. Когда я в последний раз закрывала входную дверь, на подъездную дорожку въехал Нейт на своей «камаро», под завязку нагруженной коробками и сумками.

– Что происходит? – спросила я его.

– Эми не рассказала тебе? – парень усмехнулся. – Я переезжаю сюда.

Я взглянула на Декса, ожидая бури, но он даже не выглядел удивленным.

– Ты знал об этом?

– Конечно, знал, – ответил любимый. – Это была моя идея. Я хотел убедиться, что Эми и Сэди будут в безопасности.

– На самом деле, я думал, что твоей гениальной идеей была установка системы безопасности, – исправил его Нейт. – Именно я предложил переехать к ним.

– Но это я придумал объединить две квартиры, чтобы у вас, ребята, было больше пространства, – самодовольно ответил Декс.

– Довольно! – я рассмеялась, качая головой. – Я просто рада, что все улажено. – Как бы взволнована я ни была из-за переезда к Дексу, единственное, что удерживало меня в том доме, это Эми и Сэди, которых я оставляла одних. Теперь, когда я знала, что к ним переезжал Нейт, я чувствовала себя в миллион раз лучше.

Как и обещал, Декс освободил место в своем гардеробе для меня, и даже купил для меня новый комод. Конечно же, мои скудный запас одежды едва занимал все это пространство.

– Я отвезу тебя по магазинам, – проговорил Декс, улегшись на кровати и наблюдая, как я разбираю вещи. – Ты заслужила, чтобы твой шкаф был переполнен красивыми вещами. Прекрасные вещи для прекрасной девушки.

Я улыбнулась.

– Ты не обязан этого делать. – Я повесила всю одежду и подползла по матрасу к мужчине, забравшись на него верхом. Опустившись к его шее, я губами проследила дорожку по коже и языком попробовала ее на вкус. – У меня здесь есть все, что мне нужно.

Я сразу же почувствовала его твердость под собой, и у меня между бедер стало влажно, когда любимый потянул меня за бедра и прижал к себе.

– Я хочу заботиться о тебе, – произнес он.

– Ты уже заботишься. – Я погрузила язык в его ушную раковину и испустила мягкий стон, заставивший Декса вздрогнуть подо мной.

– Я хочу, чтобы это место стало для тебя домом, – выдавил он, запустив руку под мою рубашку и проведя своей теплой ладонью по моей спине.

– Я чувствую себя дома, потому что ты здесь.

– Что если я…

Я села, качая бедрами вдоль его длины и стрелами посылая по венам желание.

– Что если ты... что? – дразнилась я, совершенно точно зная, что я с ним делала.

– Вот черт... – застонал он, прижимая мое тело к каменной эрекции. – Что если я... договорюсь, чтобы остальную твою одежду с Нью-Йорка отправили сюда?

Я замерла, посмотрев на него.

– В самом деле? Ты бы это сделал?

– Конечно, детка. – Декс убрал спутанные волосы с моего лица. – Но только если ты этого захочешь.

Я улыбнулась, кивнув. У меня никогда не было постоянного места для хранения всех вещей моей мамы и моих детских вещей. Мне нравилось то, что такое место наконец появилось, и то, что было между нами, было настоящим.

– Хорошо, – сказал он. – Если мы это уладили... – Декс перевернул меня на спину и, придавив своим телом к матрасу, потерся об меня бедрами. – То у меня на тебя есть другие планы.

***

Той ночью моя смена в «Сисайд» затянулась благодаря шумной холостяцкой вечеринке, из-за которой в баре было полно работы, и только во втором часу утра я, наконец, вернулась домой к Дексу. Ненавидела поздно приходить домой. Даже если в последнее время Декс намного лучше справлялся со своими кошмарами, я все ещё волновалась, когда он спал один, и меня не было рядом, чтобы помочь ему. Все, о чем я могла думать по дороге домой, что найду его в постели извивающимся и кричащим, со следами страха на лице.

Открыв входные двери, я тихо проскользнула внутрь и поставила сумочку на столик. Из спальни не было слышно никаких звуков, но иногда он мучился без криков, почти не шумя. Пройдя на цыпочках по дому, я немного приоткрыла дверь спальни и пробралась в комнату.

Я облегченно вздохнула, когда поняла, что Декс крепко спал. На привлекательном лице умиротворенное выражение, а сильное тело расслабленное и неподвижное. Сердце наполнилось счастьем. Я так гордилась им. Несколько минут я просто стояла и смотрела на Декса, восхищаясь прекрасным, удивительным мужчиной, лежащим на кровати передо мной. Иногда трудно было поверить, что он был моим.

– Прекращай смотреть, как я сплю, и тащи свою сексуальную попку в кровать, – сонно проворчал он. Его глаза все ещё были закрыты, но Декс вытянул руку вдоль своего бока, оставив место для меня.

Быстро раздевшись, я забралась под одеяло и прижалась к любимому. В тот момент я осознала, что именно здесь я всегда хотела находиться и лучшего места не сыскать нигде.

Декс

– Сюрприз!

Совершенно ошеломленный, я застыл в дверном проеме, никак не ожидая увидеть всю мою семью и друзей, ждущих меня в доме.

Посмотрел на Оливию, стоящую рядом.

– Это ты устроила?

Она просто улыбнулась.

– С Днем Рождения, малыш.

Дом был украшен гирляндами и воздушными шариками, а с потолка свисал огромный плакат «С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ». На обеденном столе были расставлены тарелки с едой, и во дворе установлен навес со столиками и креслами.

Эми первой подбежала ко мне и раскинула руки, крепко обнимая меня.

– С днем рождения, братишка!

– Тебя тоже, сестрёнка, – сказал я. – Откуда ты здесь? Разве не нам двоим должны были преподносить сюрприз?

– Так и должно было быть, но Нейт разболтал секрет несколько дней назад, – ответила Эми. – Так что я решила поучаствовать в этом вместе со всеми.

– Некоторые люди просто не имеют хранить секреты, – Оливия поддразнила Нейта, идущего сюда вместе с Сэди.

– Я не могу хранить секреты от моей девушки, – притянув Эми к себе, сказал Нейт. Она просияла в ответ, выглядя счастливее, чем я когда-либо ее видел.

– Я помогала с украшениями! – гордо объявила Сэди.

Я поднял ее на руки, поцеловав в пухленькую щечку, прежде чем отпустить.

– Ты проделала отличную работу, малышка Сэди. Мне очень нравится! – Наклонившись к Оливии, я прижался губами к ее уху и пощекотал кожу, заставляя ее вздрогнуть. – Спасибо, детка. Ты удивительная.

– Ты заслужил это, – ответила она. – Но я не могу забрать всю славу себе, твои родители мне помогали. Нейт с Эми тоже. Мы хотели, чтобы у тебя был действительно чудесный день рождения.

Я обернул руки вокруг ее талии, притягивая к себе.

– Теперь, когда у меня есть ты, это уже лучший день рождения за всю мою жизнь.

Она немного покраснела.

– Ты очень милый, Декс Портер. Ты об этом знал?

– Шшш... не говори никому, – прошептал я. – Это наш маленький секрет. Кроме того, я милый только с тобой.

– Надеюсь, ты не растратишь всю свою мягкость на меня...

– Черт, нет! Мягким рядом с тобой я становлюсь в последнюю очередь, – я подмигнул, сжав ее задницу, из-за чего она ещё больше покраснела. – И я буду более чем счастлив позже тебе это показать. Или прямо сейчас...

Ее глаза коварно сверкнули.

– Как бы мне это не нравилось, нам следует пойти насладиться твоей вечеринкой. У тебя есть целая ночь, чтобы сделать со мной все, что пожелаешь.

– О, у меня уже есть план, – пообещал я.

Я крутился по комнате, здороваясь со всеми, кто уделил время и пришел отпраздновать со мной. Оливия очень постаралась. Помимо моей семьи, она пригласила Нору и Джейка, Роуз и даже несколько моих школьных друзей, с которыми я до сих пор поддерживал связь. Я уже решил, что поговорил со всеми, когда передо мной, широко ухмыляясь, появился Чейз.

– С днем рождения, Портер, – сказал он, пожав мою руку и похлопав по спине. – Твоя девушка позвонила мне на прошлой неделе и рассказала о вечеринке, которую она устраивала для тебя, а я не смог отказаться.

– Спасибо, что приехал, мужик. То, что ты преодолел такую дорогу, особенно, когда твоя жена должна скоро рожать, многое значит для меня.

– На самом деле, она уже родила. Малыш решил, что больше ждать нельзя. – Гордо улыбаясь, он вытащил телефон и показал мне фото новорожденного сына. – Он нетерпеливый, но здоровый.

– Поздравляю! – сказал я, рассматривая фото. – Ты молодчина, брат. Он потрясающий.

– Может, однажды ты и твоя потрясающая девушка родите ему друга, а? – дразнился Чейз.

– Всему свое время, – сказал я, выдавливая смех, в то время как сердце ускоренно забилось. Мысль о том, чтобы стать отцом, нести ответственность за чью-то жизнь, вводила меня в панику. Я никогда раньше не обдумывал такую возможность, не придавал этому значения. Со всеми моими проблемами, ужасными и жестокими вещами, которых я насмотрелся... я не думал, что такой как я вообще должен стать отцом. Но когда я смотрел на Оливию... когда я представлял, как увеличивался ее живот из-за того, что мы создали, рисовал в голове изображение маленького мальчика или девочки с ее светлыми волосами и голубыми глазами... чувствовал совсем другое. В основном я нервничал, но в дальнем уголке моей души жил восторг. Стремление. Часть меня хотела этого когда-нибудь.

– Хотел бы я остаться, но должен возвращаться к Лиле и помочь с подгузниками, – произнес Чейз. – Но, может, вы с Оливией как-нибудь заглянете на ужин. Ребенка увидеть и все такое.

– Обязательно, – сказал я. – Не могу дождаться, когда встречусь с ним.

Вскоре после ухода Чейза все вышли на террасу за тортом. Пока мы с Эми вместе задували свечи, гости пели «С Днем Рождения». Я желал только одного. У меня уже было почти все, чего я когда-либо хотел.

Когда солнце село и небо стало темным, мы разожгли костер на пляже и жарили зефир. Оливия сидела по другую сторону костра, она разговаривала и смеялась с Норой и Джейком. Я наблюдал за ней сквозь яркие оранжевые языки пламени, очарованный беззаботной улыбкой и яркими голубыми глазами девушки.

– Не возражаешь, если я присяду? – спросил папа, вырывая меня из собственных раздумий.

– Нет, конечно. – Я указал на пустующее место рядом с собой, приглашая его присоединиться. – Ещё раз спасибо за все это. Сегодня действительно был потрясающий день.

– Благодарить, в основном, нужно Оливию, – сказал он. – Она просто удивительная девушка. Та, кто может сделать тебя таким счастливым, каким ты в последнее время ходишь, определенно является хранительницей.

Я улыбнулся.

– Тебе не нужно мне этого говорить. Я сделаю все возможное, чтобы удержать ее.

– Молодец, – сказал он с ухмылкой.

На несколько минут мы замолчали, но тишина угнетала меня. Отец не задавал свои обычные вопросы, но впервые я хотел, чтобы он спросил. Я хотел открыться ему.

– Я, э, начал ходить на консультации к психологу, – произнес я, неуютно ёрзая на своем месте. – В большинстве своем, это групповая терапия, но иногда я прихожу и на индивидуальные занятия. Ты был прав насчет того, что мне нужна была помощь, я просто не мог понять, где ее искать.

– Как все проходит? – спросил он, выглядя не слишком удивленным, или настолько хорошо притворялся.

– Хорошо... правда, хорошо. Иногда это может быть сложно, но сеансы помогают говорить о проблеме. – Я посмотрел на папу, жалея, что когда-то оттолкнул его, а он всего лишь хотел быть рядом со мной. – Прости, что прошло столько времени, прежде чем я смог быть с тобой честным во всем. Я не знал, как выдержать это, но не хотел разочаровывать тебя.

Отец с серьезным лицом повернулся ко мне.

– Ты бы никогда не разочаровал меня, Декс. Никогда. Ни разу за все двадцать шесть лет я не чувствовал ничего другого, кроме гордости за то, что ты мой сын. Я горжусь тобой, потому что ты столько сделал для страны, для семьи и для самого себя... потому что ты нашел в себе мужество, чтобы принять помощь, когда понял, что нуждался в ней. Это нелегко. Но ты сильный и я даже не сомневаюсь, что ты со всем справишься.

– Надеюсь, – пробормотал я, на этих словах горло сжалось. – Какое-то время я думал, что просто... сдался. Прекратил бороться за свою жизнь.

Он посмотрел на Оливию, сидящую на той стороне костра.

– Иногда нужно просто найти того, за кого стоит бороться.

– За нее я буду бороться всю оставшуюся жизнь.

***

Когда наступила полночь, означающая окончание моего дня рождения, все гости ушли, и Оливия наконец перешла в мое полное распоряжение. Чтобы защититься от прохладного ночного воздуха, мы закутались в одеяла и сидели на пляже возле догорающего костра. Я ещё ни когда не был таким довольным. Всю оставшуюся жизнь я мог бы делать то же самое, и никогда бы не устал от этого.

– Спасибо за удивительный день рождения, – сказал я, зарывшись носом в изгиб ее шеи и прижавшись губами к местечку за ухом.

Она развернулась на моих коленях, обвив длинными ногами мою талию.

– Можно я сейчас отдам свой подарок?

– Ты приготовила мне подарок? – спросил я. – Что же это?

Оливия стянула лямки сарафана, открывая свой розовый, кружевной лифчик.

– Я, – она коварно улыбнулась. – Хочешь развернуть его?

– Черт, да, – зарычал я, обрушив свой рот на губы Оливии. Мой член моментально напрягся и уперся в ширинку джинсов. Я прижался бедрами между ее ног. Чувствовал ее влажное тепло через тонкую ткань трусиков, и я знал, что долго не продержусь. Целый день я ждал этого момента и был уже на взводе.

Я прижался губами к горлу девушки, опускаясь поцелуями по ее ключице и ложбинке между грудей, когда Оливия сняла лифчик. На холодном воздухе ее соски свернулись в горошинки, и я накрыл ртом один из них, нежно посасывая, пока пальцами дразнил другой сосок.

– Черт возьми, как хорошо, – воскликнула она, прижимая мою голову к своей груди и потираясь киской о мой член.

Я обожал слушать грязные словечки, слетающие с этих милых губ.

– Прости, детка, я не могу ждать, – сказал я, пытаясь одной рукой снять штаны и стянув их достаточно, чтобы освободить твердую плоть. – Это будет быстро и жестко.

Желание вспыхнуло в глазах Оливии, и она кивнула, прикусив нижнюю губу. Забравшись под подол ее короткого платья, я пробежался руками по ее гладким бедрам, пока пальцами не нашел нежное кружево трусиков и не разорвал их. Не отпуская ее взгляда, я приподнял девушку и, расположившись у ее входа, жестко опустил, заполнив одним движением.

Оливия вскрикнула от удовольствия, поднимая бедра, а потом опускаясь на меня. Из моего горла непроизвольно вырвался стон, когда я задвигался в ее тесном, влажном жаре. Любимая сильнее обняла меня ногами, когда я схватил девушку за бедра, быстро врываясь, пока не почувствовал, как она сжалась вокруг меня. Как только Оливия достигла оргазма, я последовал за ней, с тихим стоном взрываясь внутри нее.

Наши грудные клетки тяжело вздымались, когда Оливия рухнула мне на грудь, водя своими изящными пальчиками по моей спине.

– С днем рождения, – нежно сказала она.

– Я с тобой ещё не закончил, – усмехнулся я. – Даже близко.

Эпилог

Оливия

Наконец наступил наш великий день.

Ну, на самом деле, это был великий день Миртл. После месяцев ухода и реабилитации, она была готова вернуться домой, – вместе с двумя другими морскими черепахами из спасательного центра. Я странным образом привязалась к Миртл. С самого первого дня, как она появилась в аквариуме, черепашка стала моим личным проектом. Поэтому мне было немного грустно видеть, что она уходила, но нельзя жить, проводя дни в скучном резервуаре. Так что я была рада, что Миртл станет свободной.

Меня удивило то, как много людей пришли в окружной парк Фоли Бич посмотреть на освобождение морских черепах. Если верить Френку, то для здешних людей подобные события были важными. Появились даже все мои друзья – Эми, Нейт, Сэди, Нора, Джейк, Грем, мистер и миссис Портер и, конечно же, Декс. Однажды вечером я упомянула об освобождении, только никогда не думала, что кому-то это будет действительно интересно, но так как они все здесь... отложив планы на субботу, чтобы поддержать меня. Я не могла поверить своему счастью, что в моей жизни есть такие потрясающие люди.

Восемь месяцев назад я никак не ожидала, что за столь короткий отрезок времени моя жизнь так кардинально изменится. Ещё важнее то, что я не могла себе представить, что буду так счастлива. Слишком долго я просто плыла по жизни, довольствуясь тем, что было проще и безопаснее, лишь бы уберечь себя от боли. В какой-то момент я вообще перестала что-то чувствовать. Тот момент, когда я забежала к Стивену и увидела его с другой, был лучшим, что со мной случалось, потому что он заставил меня жить. Я поняла, что ничто хорошее легко не дается и жизнь никогда не дает каких-либо гарантий. Жизнь полна боли и разочарований, противоречий и сомнений... но ещё существуют любовь и страсть, радость и смех... эти взлеты и падения наполняют жизнь смыслом. Мы едем не по прямой тропинке, а, выруливая на ухабах и виражах, стараемся сохранить радостной возбуждение от поездки.

Я больше не собиралась довольствоваться малым. Больше не хотела плыть по течению среднестатистической жизни. Теперь я была в окружении любящих людей, которые всегда были рядом и поддерживали меня. Они научили меня самому ценному – семья – это не только по крови. Настоящая семья – это люди, которые рядом в хорошие и плохие времена, даже если ты в них не нуждаешься, независимо от ДНК. Не потому что они чувствуют себя обязанными, просто они хотят быть рядом. Мое семейное древо, может быть, и скудное, но я нашла всю семью, в которой когда-либо нуждалась, даже больше.

Я принесла с собой на пляж камеру и не смогла отказаться от того, чтобы сфотографировать и запечатлеть радость самых важных людей в моей жизни. Декс и Нейт гонялись по пляжу за кричащей и смеющейся Сэди, пока Эми стояла в стороне и наблюдала за ними с блаженной улыбкой на лице.

На пляже также была Нора. Она сидела на коленях Джейка, прижавшись спиной к груди парня, пока он что-то шептал ей на ухо, крепко удерживая девушку. Мы с Дексом стали с ними очень близкими друзьями и, несмотря на то, что на протяжении многих лет мы с Норой были подругами и соседками, по-настоящему мы узнали друг друга только сейчас. Все эти годы в колледже мы были всего лишь тенями самих себя, мы обе двигались по тому пути, которому обязаны были следовать, потому что боялись того, что может произойти, если мы изменим свой курс. К счастью, мы обе нашли путь, созданный исключительно для нас.

Моя бабушка стояла с родителями Декса, радостно болтая, словно они знали друг друга уже много лет. Хотя в этом была вся бабушка. У нее было такое большое сердце и добрая душа, а ещё она была крепким орешком, и я обожала эту ее черту. С тех пор как она вернулась в мою жизнь, мы провели вместе много времени, и я благодарна ей за каждый такой день. Также я начала узнавать свою сводную сестру, Харпер. Мы не спешили, шаг за шагом, но я надеялась, что теперь по-настоящему буду частью ее жизни.

Она потрясающая, и я была удивлена тем, насколько открытой и доброжелательной она была по отношению к появившейся сестре. Часть меня ожидала, что она проявит некоторую враждебность, так как у нас один отец, но ничего подобного не было. Мне показалось, что с бабушкой она была ближе, чем с родителями, и дома много времени не проводила. Надеюсь, однажды она, как и я, поймет, что ты сам выбираешь свою семью. Ты выбираешь того, кто что-то значит для тебя, и кого ты хочешь видеть частью своей жизни.

Сильные руки обвили меня со спины, прижав к твердой груди и прервав поток мыслей.

– Привет, детка, – произнес Декс, поцеловав меня в изгиб шеи.

По коже пробежали мурашки, когда я утонула в его приветственном объятии.

– И тебе привет, – сказала я. Мое тело реагировало на него также как и в первый раз, когда он ко мне прикоснулся, и я никогда не устану от этих ощущений. От простого взгляда или кратчайшего прикосновения я чувствовала тепло, которое пробуждало меня к жизни больше чем, что бы то ни было.

– Я почти не видел тебя сегодня, это нужно исправить. Думал, если переедешь ко мне, то я устану от тебя, а не начну скучать по тебе ещё больше... Что ты делаешь со мной, женщина? – дразнился он.

Я развернулась в его руках и встретилась с его взглядом.

– Ночью я вся твоя, если хочешь...

– О, я определенно хочу тебя. – Его глаза вспыхнули желанием, воспламеняя меня, когда Декс наклонился к моим губам. Внезапно, я начала считать минуты, чтобы отправиться домой.

Жизнь со Стивеном больше всего была похожа на рутину; я мирилась с ней, потому что мне казалось это логичным. Я всегда чувствовала, что как будто задыхалась, находясь рядом с ним все это время и, честно говоря, я сыта по горло им и его раздражающими привычками. Лишь для того, чтобы побыть некоторое время наедине с собой, я придумывала отговорки.

С Дексом я ничего похожего не ощущала. Каждый день рядом с любимым был похож на приключение. Я никогда не уставала от него и скучала, когда его не было рядом. Каждое утро он вызывал улыбку на моем лице, заставлял смеяться, когда у меня было плохое настроение... и, конечно же, каждую ночь Декс удовлетворял меня. Парень давал мне пространство, когда я в том нуждалась. Хотя это было не часто, потому что все дело было в том, что рядом с ним я была счастливее, чем без него.

Мы были откровенны друг с другом, и между нами не было ни секретов, ни стен. Не имело значения, где мы были, или с кем мы были, Декс всегда заставлял меня чувствовать себя так, словно для него во всем мире существую только я. В его руках мое сердце было в безопасности, я целиком и полностью могла ему довериться.

Декс регулярно посещал сеансы групповой терапии, а я не могла им не гордиться. Похоже, они действительно ему помогали, потому что изменения в поведении Декса были невероятными. Ему все ещё иногда снились кошмары, но они были совсем не такими яркими, как раньше, и мучили Декса не на протяжении всей ночи. Тьма, омрачавшая глаза любимого, совершенно ушла. В них появилась радость, которая раньше показывалась лишь мельком.

Мысли о будущем вызывали скорее волнение и надежду, а не страх и сомнения. Мы оба исцелялись. Исцелялись от нашего прошлого и помогали друг другу двигаться вперед.

Вы не можете убежать от прошлого. Оно делает вас такими, какие вы есть, и все ещё остается частью вас. Единственное, что вы можете сделать, это принять его и жить дальше. Двигайтесь вперед вместо того, чтобы оглядываться назад. Сделайте прошлое частью вашего настоящего и будущего; частичкой, которую сохраните напоминанием того, как вы пришли к тому, что у вас есть, и насколько далеко продвинулись с тех пор.

Декс

Родители Тэдди были правы, когда говорили, что лучшие друзья – это те, кто пробуждает друг в друге самые лучшие качества. С Лив у меня так и получилось. Она стала моим лучшим другом, моей напарницей, моим героем, моей возлюбленной... моим всем. С каждым днем мы делали друг друга сильнее, и вместе мы могли противостоять чему угодно.

Кольцо для Оливии было спрятано в моем ящике для носков. До сегодняшнего дня. Не имеет значения спрошу ли я, важно то, когда я спрошу. Будущее полно неопределенностей, но в одном я был точно уверен... в ней.

Она была моим будущим.